Metallica

шипастыми дубинками— шедевр "металлического" художника по имени Pushead, который встретился с группой еще в декабре 1985 и получил этот заказ.

В этом турне Metallica разогревала самого Оззи Осборна, что дало возможность группе очень далеко шагнуть в своей карьере. Маршрут турне прошелся по 75 городам Соединенных Штатов с огромным успехом. "Мы всегда будем снимать свои шляпы перед Оззи,— говорит Ларс Ульрих,— ведь это он помог нам так круто вылезти. Концерты с ним— лучшая для нас реклама. А если еще учесть, что большая часть публики до этого не слышала ни одной нашей песни, а только пару раз встречала название группы в прессе, то это вообще невероятно! Но несмотря на это, реакция была очень хорошей. Люди в зале всегда с самого начала были на нашей стороне, несмотря на то, что мы всего лишь "разогрев". А что касается Оззи и его команды, то, по-моему, лучше условий для разогревающей группы, чем у него, не может и быть. Да и он очень доволен нами, потому что когда он появляется на сцене, зал уже бурлит вовсю".

Что же до 55-минутного шоу самой Metallica, то они как всегда были на высоте. Основной упор делался, разумеется, на песни с "Master Of Puppets", но не забывали, конечно, и старые супер-хиты с первых пластинок.

Новыми были также сценические декорации. За спиной у группы, на всю стену была изображена картина с обложки нового альбома. Причем нарисованные кресты как бы переходили в натуральные, торчащие справа и слева от ударной установки Ларса. "Таким образом, создается впечатление, что мы играем в центре обложки нашей пластинки, прямо в центре могил,— говорит Ульрих,— но мы тут не перебарщиваем, чтобы не отвлекать зрителей от самого главного— от музыки. У нас эти декорации выполняют совсем другую функцию, чем вооруженный лазером вокалист или плюющие огнем драконы. Я говорю о группах, которые на первое место ставят свое шоу. У нас все наоборот".

Действительно, на сцене Metallica выглядят так же, как и в повседневной жизни— потрепанные джинсы, майки— ничего лишнего. "Наша одежда и поведение на сцене— это никакая не часть нашего имиджа. Это все естественно,— объясняет Ларс Ульрих,— нам не нравятся группы, ставящие свой имидж в центр внимания. Так что, по-моему, отсутствие имиджа— это и есть наш имидж".

К такому имиджу можно отнести и знаменитые алкогольные похождения Metallica. "Это даже круто, когда ты разогревающая группа,— смеется Ларс,— выходим на сцену в 19.30, и через час уже свободен— весь вечер впереди. А Оззи заканчивает уже к ночи. За это время мы успеваем уже раза три ужраться. Ха-ха-ха! Да, о таких историях можно, пожалуй, написать целую книгу. Пиво иногда толкает на такое, чего никогда бы не сделал. В самой середине турне я, например, сломал себе пятку, когда мне пьяному пришла на ум мысль прыгнуть из окна своего гостиничного номера в бассейн, находящийся внизу. Тогда мне казалось, что он близко, всего в нескольких сантиметрах. Наутро же, когда я с дикими болями приковылял к окну, я ужаснулся: от окна до бассейна было 4 метра, и плюс на метр была налита вода.

Хорошо, что на бочках я играю носком ноги, но пару концертов мы все же отменили".

Но волна переломов, к сожалению, на этом не закончилась. Следующей жертвой стал Джеймс. 26 июня '86 Metallica прибыла в город Эвансвил. До концерта была еще уйма времени и страстный маньяк скейтборда Хэтфилд схватил свою доску и порулил исследовать новые места. Через несколько минут он выехал на отличную трассу— дорогу, ведущую вниз под хорошим уклоном. Джеймс все набирал скорость, и вдруг впереди возникла стена. Пришлось прыгать со скейта. Прыгнул. Очнулся— гипс. Джеймс сломал себе левое запястье, в результате чего был полностью вырублен как гитарист. Концерт в Эвансвиле конечно же был отменен, но оставшиеся выступления до окончания турне решили оставить. С гитарой Джеймса на сцену выходил гитарный техник Кирка Хэммета Джон Маршалл (сейчас Маршалл гитарист Metal Church), а Хэтфилд как ни в чем не бывало выходил на сцену и просто пел, повесив сломанную руку на висящую на шею повязку, предварительно намалевав на гипсе две черные кости. В остальном шоу проходило как обычно, только сет был немного изменен— из программы были выброшены "Fade To Black", "The Thing That Should Not Be" и "Damage, Inc.". "Мне это ужасно надоело!— вспоминает те концерты сам Хэтфилд.— Нужно было постоянно прыгать, трястись, придумывать, что-то еще. Какой же был кайф потом снова взять в руки гитару!"

Ларc Ульрих тоже порядком помучился за те сейшена. "О, это был настоящий кошмар!— вспоминает он.— дело в том, что на концертах я слушаю только гитару Джеймса и ориентируюсь на нее. Когда же он сломал руку, его гитарную партию Кирк и Джон разделили на двоих. Я не знал, кого слушать!"

Последнее совместное выступление Metallica и Оззи Осборна прошло в Хэмптоне, 3 августа. "Мы очень благодарны Оззи,— говорит Хэтфилд,— благодаря ему мы побывали во множестве мест, где раньше никогда не были. Нам очень нужно было такое горячее турне, и мы знали, что сможем его достойно провести".

Не обошлось, правда, и без скандалов. На концерте в Лонг Бич, во время выступления Metalllca двое фэнов упали с ограждения и один из них погиб. На следующий день газеты запестрели огромными черными заголовками "Смерть на хэви-металлическом концерте!" и тому подобными. "Обычная кампания прессы,— объясняет Ларс,— полнейший идиотизм! В углу той же газетной страницы мелким шрифтов было написано: "7 человек умерли в наркотическом опьянении, а рядом еще мельче: "При волнениях в ЮАР было убито 400 человек". Просто трудно поверить, что пресса так раздувает несчастные случаи во время рок-концертов. Черт возьми! Если во время бейсбольного матча кто-нибудь снесет приятелю башку, это же никого не будет интересовать, и тем более никому не придет в голову мысль запретить весь бейсбол. С ума сойти можно!"

И наконец еще об одном обломе этого знаменитого турне, об отмене нескольких июльских концертов из-за проблем Оззи Осборна со своими дьявольскими голосовыми связками. Впрочем, это коснулось только группы Оззи, которая терпеливо выжидала, пока их шеф не придет в норму. Металлика же, неспособная сидеть без дела, мотнулась в Скандинавию, где 5 июля отыграла концерт в Финляндии, а 6 числа выступила в Копенгагене на фестивале в довольно странной компании с Филом Коллинзом, Эриком Клэптоном и Элвисом Костелло. Правда, на чумовом шоу группы это никак не отразилось.

А тем временем, на очереди была новая посадка— турне по Европе в качестве главной группы. "Это турне будет немного отличаться от американского,— замечает Ларс Ульрих,— в США мы не настолько известны, как в Европе, где мы можем подняться до уровня главной группы. Тут нас знали даже до выхода "Кill 'Em All", а после турне с Venom контингент наших фэнов значительно возрос. Нельзя забывать, где все начиналось, поэтому мы всегда будем приезжать в Европу. Есть много групп, которые начинали в Европе, а потом достигали успеха в Штатах и забывали, откуда идут их корни. Мы никогда такого не сделаем. Европейская публика нам очень близка. Я не хочу сказать, что она лучше американской, но эти ребята немного другие. Они менее критичны и приходят на концерты, чтобы послушать любимую группу, тогда как американцы приходят только на шоу— в первую очередь их интересует спектакль. Но мы все равно охотно играем дома, не забывая, правда, и про Европу".

В списке кандидатов на разогрев Metallica в предстоящем турне стояли Savage, Fastway, Armored Saint, Loudness, однако в конце концов были выбраны старые приятели Anthrax, и 10 сентября 1986 года обе группы отправились в дорогу, отыграв первый концерт в Кардиффе, Уэльс. Впереди была долгая дорога. Это должно было стать самым большим европейским турне Metallica. Ирландия, Англия, Норвегия, Швеция, Дания, Германия, Франция, Испания, Италия, снова Германия и, наконец, 26 октября '86 Metallica ждали в Голландии, на традиционном фестивале "Aardschpkdag" в Зволле, где и должно было закончиться турне "Damage, Inc.". Однако судьба распорядилась иначе, и триумфально начавшееся турне оборвалось чуть ли в самом начале, после всего 10 концертов. Злая ирония судьбы: играя каждый вечер на бутафорском кладбище, Metallica лицом к лицу столкнулись с настоящей смертью.

26 сентября группа играла в Сона, одном из районов Стокгольма, в зале "Солнхаллен". Все было как обычно. В конце шоу как всегда, все четверо высыпали на край сцены, благодаря фэнов за отличный вечер и прощаясь до следующего раза. Если бы только кто знал, что один из них стоял на сцене последний раз в жизни!!! Около полуночи концертный автобус снова отправился в путь. Следующим вечером, 27 сентября Metallica должна была играть в Копенгагене, Дания. В 6.10 утра автобус выехал на шоссе Е-4, ведущее из Вернамо в Юнгбю, Южная Швеция. Дорога проходила рядом с лесом и многочисленными озерами. Было тихое прохладное утро. Солнце только поднималось из-за горизонта. Казалось, ничто не предвещало беды. Вдруг автобус повернул вправо и резко затормозил на расстоянии 1,80 м от края дороги. По инерции автобус пронесло 18 метров вниз по насыпи, после чего он остановился и упал на бок. Было 6.50 утра 27 сентября 1986 года...

"Обычно я всегда сидел напротив Клиффа,— рассказывает о том трагическом утре Джеймс Хэтфилд,— но у меня немного побаливало горло, а в автобусе были сквозняки, и я в ту ночь лег на заднем сидении. Проснулся я от сильной встряски и удара по голове откуда-то упавшей кофеваркой. Автобус завалился набок, началась неразбериха: Моего соседа начало душить его же одеялом, откуда-то на нас свалился Бобби Шнейдер— наш концертный менеджер. Я слышал также, как кричит Джон Маршалл— наш роуди, который сидел рядом с Клиффом, но ничего не было видно, потому что салон наполнился дымом. Мотор гудел еще минут 5, и я думал, что автобус вот-вот взорвется. Потом все стихло, и начали потихоньку выбираться наружу. Было довольно прохладно, и я тут же задубел. Сразу же я заметил Клиффа, он лежал весь исполосованный битым стеклом. Рядом бродили еще несколько человек, и самое ужасное, что никто еще не знал, что случилось".

А случилось непоправимое: Клифф Бертон, 24-летний американец, был мертв. Спящий Клифф умер, не почувствовав боли. Когда автобус начал переворачиваться, его с силой выбросило через окно, и падающая огромная машина перебила Клиффу позвоночник. Смерть наступила мгновенно.

Остальные получили легкие повреждения. Ларc сломал палец на левой ноге, Бобби Шнейдер вывихнул плечо и был порядком поранен разбитым стеклом. У Кирка Хэммета было сотрясение мозга. Другие отделались лишь ушибами и ссадинами.

Вскоре на место аварии прибыли машины скорой помощи и полиции. Дело об аварии было поручено вести инспектору шведской дорожной полиции Эрне Петерсону. Однако ничего определенного выяснить не удалось. 48-летний водитель автобуса утверждал, что он лишь хотел объехать замерзшую на дороге лужу. Но после тщательного обследования каждого метра этого участка дороги не было найдено и следа от лужи. Версии о том, что он просто-напросто заснул за рулем, шофер пытался опровергнуть, говоря, что хорошо выспался перед дорогой. В конце концов он был задержан полицией и дальнейшая история этой аварии никому не известна. Да и кому было дело, виноват ли водитель или нет? Все мысли были только о погибшем Клиффе Бертоне. Все металлисты мира были просто потрясены случившимся. Ушел из жизни один из лучших музыкантов, содрогавший залы и арены. Он никогда больше не выйдет на сцену— в это невозможно было поверить. Во многих городах, через которые должно было пройти это так нелепо оборвавшееся турне, фоны Металлики не сговариваясь собирались в местах так и не состоявшихся концертов, чтобы отдать последний долг тому, кого они не гнали лично, но кто, тем не менее, был им очень близок по духу.

Джеймс, Ларс и Кирк потеряли, кроме всего прочего, и лучшего друга, а родители— любящего и любимого сына. "Он никогда не называл себя звездой,— вспоминает о сыне мать Клиффа Жан Бертон,— а он был ей. Он до последних своих дней скромно говорил, что является просто хорошим музыкантом, но никакой не звездой". "Он выбрал себе дорогу. У него была цель, и он достиг ее,— продолжает Рай Бертон, отец музыканта,— он всегда говорил: "Когда-нибудь мы совсем потеряем нюх, но мы все равно будем делать то, что нам нравится". Да, именно "мы"— он никогда не говорил "я". Он всегда думал о трех остальных и получал взаимность. Были у них, конечно, и неудачи, но я всегда восхищался сыном и его друзьями— Кирком, Джеймсом и Ларсом. Это была фантастическая компания, работающая на полном взаимопонимании. И очень печально, что Клифф так рано ушел от нас".

Потратив на перевозку тела на Швеции в США полторы недели, Клиффа похоронили на его родине в Сан-Франциско. "Похороны нам очень помогли,— рассказывает Хэтфилд,— нам казалось, что Клифф вернулся домой. Он был очень привязан к Америке и особенно к своему городу".

Итак, все было кончено. Однако жизнь продолжалась, и надо было думать о будущем. И если среди фзнов и прессы ходило множество различных слухов и разговоров относительно дальнейшей судьбы Metallica, то в самой группе было все ясно с первого же момента. У нас даже и не было мысли о распаде,— говорит Ларс,— это было бы абсолютно неверным, да и вообще нереальным. Мы были бы просто еще более несчастными.

Клифф первым бы поддержал нас. После похорон мы навестили семью Бертонов, и мать Клиффа, большая поклонница Metallica, просто воодушевила нас на борьбу".

"Семья Бертонов— это одни из самых потрясных людей, которых я когда-либо знал,— поддерживает Джеймс,— я очень люблю их. Они перетерпели боль утраты сына и сказали нам, что гораздо хуже ничего не делать и обсуждать случившееся".

Теперь у нас было еще больше решимости, чем раньше,— продолжает Ларс,— сейчас мы живем ради Клиффа тоже".

Да, истинно пророческими были строки из легендарной "Whiplash": "Мы никогда не остановимся, потому что мы— Metallica!"

Итак, оправившись от шока, Metallica начали поиски нового бас-гитариста. В качестве первого перспективного кандидата Metallica пригласили Джо Вера из Armored Saint, однако тот, не задумываясь, отказался. Затем Ларс позвонил на Metal Blade Records и навел справки о безработных басистах, где ему был порекомендован румын Эмиль Лех, игравший ранее в Sound Barrier. Он приехал в Сан-Франциско, однако не подошел группе по стилю. Почти одновременно получил предложение басист Laaz Rockit Вилли Лэндж, но он тоже не нашел общего