Фейербах

А.А. Гусейнов

Людвиг Фейербах (Ludwig Feuerbach, 1804-1872) представляет собой прямую противоположность и Канту, и Гегелю. В юности студент Гегеля в Берлинском университете, а затем на протяжении ряда лет горячий приверженец его философии, Фейербах в 1839 г. выступил с его решительной критикой в статье "К критике философии Гегеля" [1], определенно заявив о своих материалистических и атеистических [2] позициях.

1 См.: Фейербах Л. Избр. филос. произв.: В 2 т. / Общ. ред. и вступит, ст. М.М. Григорьяна. М., 1955. Т. I. С. 53-96.

2 Фейербах специально оговаривает относительность этого понятия-метки - "атеизм", обращая внимание на то, что в предшествующие два века и Спинозу часто называли атеистом. Фейербах готов согласиться с тем, что он "атеист" в том смысле, что он отрицает принятое в христианстве понимание Бога как "абстрактного, нечувственного существа, отличного от природы и людей и вершащего судьбы мира и человечества по своему собственному благоусмотрению", и утверждает другое понятие Бога как существа, которое "выражает не что иное, как, с одной стороны, существо природы, а с другой - существо человека" (Лекции о сущности религии [III] // Фей-ербахЛ. Избр. филос. произв. Т. II. С. 517-518).

В отличие от Канта и Гегеля, Фейербах отказывается выводить мораль из трансцендентных начал. Выдвинув в качестве исходного положения своего учения тезис: "теология есть антропология", Фейербах и источник морали перенес в человека, а саму мораль разместил в пространстве межличностных отношений, Мораль - это реальное, практическое отношение, но такое, благодаря которому человеку удается прорваться за ограниченные рамки индивидуального существования и действительно возвыситься над самим собой, посвятив себя Другому. Цель своего учения он видел в том, чтобы "превратить людей из теологов в антропологов, из теофилов - в филантропов, из кандидатов потустороннего мира - в студентов здешнего, из религиозных и политических камердинеров небесной и земной монархии и аристократии - в свободных и исполненных самосознания граждан земли" [1]. Поэтому он и религию трактует как выражение высших устремлений человека, а в ее адекватном познании видит залог содействия человеческой свободе, самодеятельности, любви и счастью.

"Эвдемонизм" - произведение, в котором наиболее подробно Фейербах рассматривает моральные проблемы. Над ним философ работал в преклонном возрасте, в 1866-1869 гг., оно осталось неоконченным и было опубликовано посмертно (1874). Интересные суждения о нравственности содержатся также в его наиболее известной работе - "Сущность христианства" (1841), в появившейся вслед за ней работе "Сущность религии" (1845), в развитие которой Фейербахом был написан обширный труд "Лекции о сущности религии" (1845), а также в работе "О спиритуализме и материализме, в особенности в их отношении к свободе воли" (1866).

Счастье как основной нравственный принцип. В "Эвдемонизме" (и это видно из названия) Фейербах дал в первую очередь теорию счастья. Но теория счастья оказалась непосредственно связанной у него с моральной теорией. Свое понимание морали Фейербах раскрывает в теории счастья.

Фейербах осознанно, принципиально и в открытой полемике со спекулятивной философией - главным образом Канта и Гегеля - устанавливает эмпирически достоверное начало нравственности. Это начало - стремление человека к счастью, т.е. к жизни, хорошему здоровью и благополучию. "Стремление к счастью - это стремление стремлений" [2]. Все стремления человека в конечном счете выражают это стремление, даже такие возвышенные, как, например, стремление к знанию. Стремление к счастью тотально. Им опосредствованы все переживания человека, в том числе нужда, скорбь, зло, несчастье, которые переживаются и осознаются именно потому, что есть фундаментальное стремление к счастью. Фейербах даже называет это стремление "проклятым" и "презренным", поскольку оно пронизывает все существование человека, даже в самых низменных его проявлениях.

1 Фейербах Л. Лекции о сущности религии [III] // Фейербах Л. Указ. соч. Т. П. С. 517.

2 Фейербах Л. О спиритуализме и материализме [III] // Фейербах Л. Указ. соч. Т. I.C. 460-461.

Глава IV. Немецкая классическая философия XVIII-XIX вв.

Но стремление каждого индивида к счастью еще не дает морали; это - антропологический факт, это принцип жизни. Этот принцип лежит в основе морали. "Принцип морали есть счастье", - говорит Фейербах, но счастье, не сосредоточенное в одном лице, а "распределенное между различными лицами, включающее Я и Ты" [1]. Фейербах отрицает возможность выведения морали из Я, без соотнесения с Ты и с другими людьми или из разума без соотнесения с чувствами. Мораль невозможна без кантовской "автономии", но она не может быть объяснена и без "гетерономии"; самозаконодательство связано с законодательством.

1 Фейербах Л. О спиритуализме и материализме [IV]. С. 466. Глава IV "О спиритуализме и материализме" содержит компактное и емкое изложение Фейербахом моральной теории.

Подробно описывая различные, встречающиеся в жизни людей противоречия естественному стремлению к счастью, среди которых наиболее сильные порождены "религиозным безумием", Фейербах делает определенный вывод, что стремление к счастью получает достойное человека развитие, когда это - моральное и разумное стремление к счастью.

На этой основе Фейербах снимает, как он считает, противоречия, выявленные Кантом, - между склонностями и долгом, обязанностями к самому себе и обязанностями по отношению к другим. То, что человек делает из склонности, он делает из стремления к счастью. То, что человек делает из долга, он делает, во мнoгом ограничивая себя и свое стремление к счастью, исполнение долга может делать человека на какое-то время несчастливым. Но долгом человеку вменяется делать то, что в конечном счете обеспечит его счастье.

Мораль как отношение Я - Ты. Несомненной заслугой Фейербаха следует признать переосмысление предмета и проблематики нравственности как межперсонального отношения. Как уже можно было видеть, в предшествующей моральной философии существовали две традиции - этика личности (личного совершенства), в наиболее последовательной форме развитая Кантом, и этика социума (общественного блага), в наиболее отчетливом виде представленная у Мандевиля. При этом этика межличностных отношениях не принималась во

внимание Ми в той, ни в другой. Даже говоря об обязанностях по отношению к другому, этика личности сохраняла морального субъекта в качестве единственного предмета своего внимания. Другой существовал как некая абстракция, схема, умопостигаемая данность. Этика социума фокусировалась на гармонизации личных и общественных интересов, а по существу - на путях наиболее эффективного подчинения личных интересов интересам социума; возможность соотнесения различных частных интересов без координации с целым со времен Гоббса рассматривалась как опасность сектантства (в смысле общественно-политической фракционности). Отношения Я - Ты разносторонне анализировались Гегелем, однако вне прямой связи с этическими контекстами.

Фейербах, как было сказано, именно в отношении Л- Ты увидел действительный источник и предмет морали. "Там, где вне Я нет никакого Ты, нет другого человека, там нет и речи о морали; только общественный человек является человеком" [1]. "Общественный" в данном случае значит общающийся - соотнесенный с другим. У Фейербаха не идет речи о соотнесенности индивида с обществом [2]. Он говорит только об отношении индивидов; вне этого отношения нет места для морали.

В рамке этого отношения оказываются взаимоопосредствованными два типа обязанностей: "обязанности в отношении к себе только тогда имеют моральный смысл и ценность, когда они признаются косвенными обязанностями в отношении к другим; когда признается, что я имею обязанности по отношению к самому себе только потому, что у меня есть обязанности по отношению к другим - к моей семье, к моей общине, к моему народу, к моей родине" [3]. Прототипом морали в этом смысле являются любовные отношения - отношения между полами; в половой любви нельзя осчастливить самого себя, не делая счастливым одновременно и другого.

Отношение к другим является критерием моральности и критерием добра и зла. И когда Фейербах говорит, что "добро - то, что соответствует человеческому стремлению к счастью; зло - то, что ему заведомо противоречит" [4], он имеет в виду отношение к чужому стремлению к счастью [5]. Добро выражается только в безусловно хорошем отношении к людям.

1 Фейербах Л. Эвдемонизм [IX] // Фейербах Л. Указ. соч. Т. I. С. 617.

2 Во многом из-за этого критиковал этику Фейербаха Ф. Энгельс в работе "Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии" (Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е соч. М., 1961. С. 296).

3 Фейербах Л. Эвдемонизм [IX] // Указ. соч. С. 616.

4 Там же. С. 623.

5 Тем самым Фейербах задает совершенно иную проекцию оценки, чем те, которыми ограничил возможные подходы к "доброму - злому" и "хорошему - плохому" Ф. Ницше,разведя аристократический и плебейский способы оценки (Ницше Ф. По ту сторону добра и зла [9]; К генеалогии морали [I, 10] // Ницше Ф. Соч.: В 2 т. М., 1990. Т. 2. С. 260; 425).

В контексте межчеловеческих отношений преобразуется и естественное стремление человека к счастью как эгоистическое в своей основе стремление. При моральном и разумном стремлении к счастью эгоизм, по Фейербаху, трансформируется в любовь к себе подобным и заботу о них, иными словами, в альтруизм [2].

В свете этого трактуется и долг, в котором тоже проявляется эгоизм и стремление к счастью. Но это забота о чужом эгоизме и стремление к счастью другого. Долг, говорит Фейербах, - это самоотречение, диктуемое эгоизмом другого. В этом и заключается задача морали - "сознательно и добровольно сделать законом человеческого мышления и действия эту связь между собственным и чужим стремлением к счастью" [3].

Счастье и свобода. В этом же духе Фейербах раскрывает проблему свободы. Человек изначально не свободен, "не-волен". Лишь в ходе своего развития он обретает свободу, так же, как человечество в ходе истории преодолевает рабство. "Воля не свободна, но она хочет быть свободной", - говорит Фейербах [4]. Свобода, к которой стремится воля, свобода, которую действительно обретает человек, это свобода в стремлении к счастью. Воля как выраженное в действии желание - это воля к благу. Осуществление этой воли означает обретение счастья. Фейербах не принимает, как он выражается, "спекулятивной свободы немцев", поскольку это свобода вне бытия и небытия, вне различия добра и зла.

2 Фейербах Л. Лекции о сущности религии [VII] // Указ. соч. С. 547.

3 Фейербах Л. О спиритуализме и материализме [IV] // Указ. соч. С. 469.

4 Фейербах Л. Эвдемонизм [I] // Указ. соч. С. 580.

Но свобода основывается не просто на стремлении к счастью, а на моральном и разумном стремлении к счастью. Свобода, тем самым, обнаруживается в практических отношениях людей, т.е. во взаимном согласовании людьми своих стремлений к счастью. Такая свобода обеспечивается правом - не аристократическим и деспотическим правом, как говорит Фейербах, а правом демократическим, направленным на счастье людей. Такая свобода проявляется в морали как добровольное и честное согласование интересов.

Благодаря антропологически-критическому переосмыслению предшествующей философии Фейербаху удалось повернуть этику к эмпирическому человеку и представить мораль не как сферу умозрения, а как саму жизнь в практических отношениях людей. Гуманизм Фейербаха оказал большое влияние на молодого К. Маркса, что легко прослеживается даже на уровне текстов, и на философию антропологического материализма Н.Г. Чернышевского.

Однако это гуманизм, который не выходит за рамки просветительской теории "разумного эгоизма", пусть и в ее утонченной, психологически и этически более достоверной форме.

В плане собственно философской теории морали, уровня и степени методологической рефлексии этического анализа Фейербах делает шаг назад от Канта и Гегеля в сторону французских материалистов, что проявилось как в привнесении натурализма в этическое рассуждение, так и в смешении теоретического и нормативного анализа морали.