Сочинение: Общие сведения о Дельвиге

Название: Общие сведения о Дельвиге
Раздел: Биографии
Тип: сочинение

План.

1. Общие сведения о Дельвиге

2. Семья Дельвига

3. Первые поэтические опыты

4. Особенности характера

5. Жанры поэзии Дельвига

6. Смысл жизни для Дельвига

7. Мотивы лирики Дельвига

8. Условный герой

9. Античность в лирике Дельвига

10 Анализ некоторых идилий

11 Заключение

Литература


Когда постиг меня судьбины гнев,
Для всех чужой, как сирота бездомный,
Под бурею главой поник я томной
И ждал тебя, вещун пермесских дев,
И ты пришел, сын лени вдохновенный,
О Дельвиг мой: твой голос пробудил
Сердечный жар, так долго усыпленный,
И бодро я судьбу благословил.
"19 октября", 1825г

Дельвиг Антон Антонович, барон. Родился в 1798 году в Москве. Один из ближайших друзей Пушкина с лицейской поры. Поэт. Окончил Лицей с чином коллежского секретаря и был определен сначала в департамент горных и соляных дел, затем в министерстве финансов. С 1821 года служил помощником библиотекаря в Публичной библиотеке. С Пушкиным Дельвига сблизила общая любовь к поэзии: "С ним толковал обо всем, что душу волнует, что сердце томит", - вспоминал впоследствии Пушкин. Дельвиг первым из лицейских поэтов стал печататься в журналах. В этих изданиях Дельвига Пушкин принимал деятельное участие. Еще в 1815 году, в пору ученья, Дельвиг опубликовал стихотворение "К Пушкину" - первый в русской литературе восторженный отзыв о молодом поэте, уверенно предрекавший ему бессмертие:

Пушкин! Он и в лесах не укроется:

Лира выдаст его громким пением,

И от смертных восхитит бессмертного

Аполлон на Олимп торжествующий.

Антон Антонович Дельвиг начал печатать стихи ещё будучи лицеистом. В 1818 году избран в вольное общество любителей словесности, наук и художеств. Вольное общество любителей российской словесности – это литературное общество в Санкт-Петербурге в 1816-25. Среди членов: Ф. Н. Глинка (председатель), К. Ф. Рылеев, Н. А. и А. А. Бестужевы, В. К. Кюхельбекер, Н. И. Гнедич, А. А. Дельвиг, А. С. Грибоедов и др. В поэзии Дельвиг выступил оригинальным продолжателем классической традиции (К. Н. Батюшкова и других). Основные жанры его лирики – подражание деревни – греческим поэтам (идиллии) и стихи в духе русских народных песен. Увлечение Античностью было связано для Дельвига с романтическими поисками гармоничной простоты и естественности чувства. Несмотря на свою камерность, лирика Дельвига сыграла важную роль в развитии поэтических форм и метрической техники (Дельвиг одним из первых разработал форму сонета). Пушкин писал, что в его стихах заметно необыкновенное чувство гармонии и той классической стройности, которой никогда он не изменял. Также Пушкин ценил Дельвига как рассказчика.

В эти годы Пушкин посвящает Дельвигу ряд стихотворений: “Послушай, муз невинных” (1815 г.), “Блажен, кто с юных лет увидел пред собою” (1817 г.), Любовью, дружеством и ленью”, “Се самый Дельвиг тот, что нам всегда твердил” (1817-1820 гг.); он упоминает Дельвига в “Пирующих студентах” (1814 г.), в стихотворениях “Мы недавно от печали” (1814 г.), “Мои завещания друзьям” (1815 г.) и “Послание к Галичу” (1815 г.).

К 1827-1836 гг. относятся стихотворения и отдельные строки, посвящённые Дельвигу: “Прими сей череп, Дельвиг”, “Кто на снегах возрастил Феокритовы нежные розы?”, “Сонет”, “Мы рождены, мой брат названный”, “Чем чаще празднует лицей” и “Художнику”.

С 1825 года, Дельвиг издавал альманах “Северные цветы”, потом - “Подснежник”. “Северные цветы” - это литературный иллюстрированный ежегодный альманах, 1825-1831 годов, выпускаемый в Санкт-Петербурге, под редакцией А. А. Дельвига. Основную роль играл стихотворный отдел, где публиковались произведения А. С. Пушкина, Е. А. Баратынского, В. А. Жуковского и др. Последний выпуск издан Пушкиным.

А с 1830 года “Литературную газету”. Пушкин участвовал во всех изданиях Дельвига в качестве сотрудника, помощника и редактора. Эти издания объединяли поэтов пушкинского круга и защищали их позиции в литературной борьбе 20-х годов.

Дельвиг откликался на многие литературные события жизни. Он первым печатно приветствовал Пушкина и предсказал ему славный творческий путь. С исключительным достоинством он вёл полемику с писателями и критиками, которые отстаивали устаревшие и ложные принципы художественного творчества.

Дельвиг, как и его друзья, подлежал к поколению дворянских интеллигентов, воспитанному в атмосфере патриотического и революционного подъёма русской общественноё мысли. Два крупнейших события обусловили характер мироощущения Дельвига и его современников. Это отечественная война 1812 года и восстание декабристов на Сенатской площади в Санкт-Петербурге 1825 года.

В молодости Дельвиг посещал собрания “Зелёная лампа” (филиал “Союза благоденствия”) и испытал непосредственное влияние дворянской революционности. “ЗЕЛЕНАЯ ЛАМПА”, литературное общество в Санкт-Петербурге (1819-20), по литературно-политической ориентации связанное с “Союзом благоденствия”. Участвовали Н. В. Всеволожский (основатель), А. С. Пушкин, А. А. Дельвиг, Н. И. Гнедич и др.

Позднее, однако, он не вошел ни в одну из декабристских организаций. Как поэт и человек, Дельвиг не обладал могучим темпераментом Пушкина, революционной страстью Рылеева и Кюхельбекера, однако он никогда не был чужд духу своей эпохи, по-своему выражая протест, против не удовлетворяющей его российской действительности. Поэт сознавал что, ни его характеру, ни его таланту не свойственны одическая речь или гневное обличение.

Дельвиг участвовал в издании “Русской потаённой литературы XIX столетия”. Это литературный сборник, изданный в Лондоне в 1861 году с предисловием Н. П. Огарева. Опубликованы поэмы, памфлеты, эпиграммы политической направленности, а также эротическая лирика русских поэтов. Среди авторов - А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, Е. А. Баратынский, А. А. Дельвиг, К. С. Аксаков, К. Ф. Рылеев, И. П. Мятлев и др. Сборник нелегально распространялся в России. Пушкин!

В годы ссылки Пушкина Дельвиг поддерживал с ним переписку как личного, так и литературного характера. Радостным был приезд Дельвига в Михайловское в апреле 1825 года. По этому случаю, Пушкин написал:

Когда постиг меня судьбины гнев,

Для всех чужой, как сирота бездомный,

Под бурею главой поник я томной

И ждал тебя, вещун пермесских дев,

И ты пришёл, сын лени вдохновенный,

О Дельвиг мой: твой голос побудил

Сердечный жар, так долго усыплённый,

И бодро я судьбу благословил.

Встречи Пушкина и Дельвигом возобновляются летом 1827 года. Петербургский салон Дельвига был одним из культурных центров столицы, и Пушкин посещал его ежедневно.

За помещение в “Литературной газете” стихотворения Де ла Виня, посвященного жертвам Июльской революции во Франции, Дельвиг получил грубейший выговор от Бенкендорфа; ему было запрещено издавать "Литературную газету". События эти сильно потрясли Дельвига, и вскоре, заболев горячкой, он умер.

"Никто на свете не был мне ближе Дельвига", - писал Пушкин П. А. Плетневу, потрясенный известием о ранней смерти своего лицейского друга, и несколько позже: "Помимо его прекрасного таланта, это была отлично устроенная голова и душа склада необычного. Он был лучший из нас". Преждевременная смерть Дельвига была для Пушкина ужасным известием. В стихотворении, написанном на лицейскую годовщину 1831 года ("Чем чаще празднует лицей..."), Пушкин с глубокой болью говорит о безвременно ушедшем друге.

Дельвигу посвящен ряд стихотворений и отдельных поэтических строк: "Прими сей череп, Дельвиг", "Кто на снегах возрастил Феокритовы нежные розы?", "Мы рождены, мой брат названный", "Чем чаще празднует лицей", "Художнику". Пушкин посвятил Дельвигу "Сонет":

Суровый Дант не презирал сонета; В нем жар любви Петрарка изливал; Игру его любил творец Макбета; Им скорбну мысль Камоэнс облекал. И в наши дни пленяет он поэта: Вордсворт его орудием избрал, Когда вдали от суетного света Природы он рисует идеал. Под сенью гор Тавриды отдаленной Певец Литвы в размер его стесненный Свои мечты мгновенно заключал. У нас еще его не знали девы, Как для него уж Дельвиг забывал Гекзаметра священные напевы.

Пушкин был знаком с семьей Дельвига: женой Софьей Михайловной, дочерью Елизаветой и малолетними братьями Дельвига Александром и Иваном, жившими вместе с Дельвигом в Петербурге. После смерти друга Пушкин издал в пользу вдовы его и братьев альманах "Северные цветы" на следующий, 1832 год. Преждевременная смерть друга потрясла поэта: "Никто на свете не был мне ближе Дельвига. Изо всех связей детства он один оставался, когда собиралась наша бедная кучка. Без него мы точно осиротели" - писал Пушкин П.А. Плетневу 21 января 1831 года.

Семья Дельвига.

Дельвиг Антон Антонивич (старший), барон (1772 г. - 8 июля 1828 г.) – отец поэта. С 1806 года плац-майор, полковник лейб-гвардии Измайловского полка. С августа 1816 года генерал-майор, позднее окружной генерал внутренней службы. Мать поэта – Дельвиг Любовь Матвеевна . Дельвиг был не единственным ребёнком в семье. У него было много братьев и сестёр: Александр, Антон, Дмитрий, Иван, Анна (Антонида), Варвара, Глафира, Любовь и Мария.

Дельвиг Софья Михайловна родилась 20 января 1806 года и умерла 4 марта 1888 года. Её отец - Михаил Александрович Салтыков действительный камергер при дворе Александра I. Мать - Елизавета Францовна Ришар (умерла 4 ноября 1814 года в Казани). Воспитание и образование закончила в Петербургском женском пансионе девицы Елизаветы Даниловны Шрётер. Одним из ее педагогов был Петр Александрович Плетнёв. Была знакома со многими декабристами. Внимание влюбленного Каховского льстило ей, однако отец был против этого брака. На уговоры декабриста о тайном венчании отвечала отказом. Со временем эта любовь стала тяготить Салтыкову и за полтора месяца до восстания она вышла замуж за А.А. Дельвига. Казнь Каховского никакого сожаления не вызвала. Вторым браком с лета 1831 года замужем за Сергеем Абрамовичем Баратынским, дочь — Елизавета (7 мая 1830 года — август 1913 года). В 1866 году вторично овдовела. В 1880 году потеряла единственного сына. Умерла в Маре.

Первые поэтические опыты.

"Дельвиг никогда не вмешивался в игры, требовавшие проворства и силы; он предпочитал прогулки по аллеям Царского Села и разговоры с товарищами, коих умственные склонности сходствовали с его собственными. Первыми его опытами в стихотворстве были подражания Торацию. Оды "К Диону", "К Лилету", "Дориде" писаны им на пятнадцатом году и напечатаны в собрании его сочинений безо всякой перемены. В них уже заметно необыкновенное чувство гармонии и той классической стройности, которой никогда он не изменял.

В то время (1814 году) Измайлов был издателем "Вестника Европы". Дельвиг послал ему свои первые опыты: они были напечатаны без имени его и привлекли внимание одного знатока, который, видя произведения нового, неизвестного пера, уже носящие на себе печать опыта и зрелости, ломал себе голову, стараясь угадать тайну анонима. Впрочем, никто не обратил тогда внимания на ранние опресноки столь прекрасного таланта! Никто не приветствовал вдохновенного юношу, между тем как стихи одного из его товарищей, стихи посредственные, заметные только по некоторой легкости и чистоте мелочной отделки, в то же время были расхвалены и прославлены, как некоторое чудо!

Но такова участь Дельвига; он не был оценен при раннем появлении на кратком своем поприще; он еще не оценен и теперь, когда покоится в своей безвременной могиле!"

Трудно, иногда невозможно было разделить литературный и душевный талант "милого Тоси"."Жизнь Дельвига, - скажет один из близких, - была прекрасная поэма; мы, друзья его, читали и восхищались ею".

Особенности характера Дельвига.

Даже мрачный недоброжелатель Мартын Пилецкий, давая характеристики своим "подопечным", никак не мог соединить воедино Дельвиговых недостатков и достоинств.

"Способности его посредственны, - записывал надзиратель, - как и прилежание, а успехи весьма медленны. Мешкотность вообще его свойство и весьма приметна во всем, только не тогда, когда он шалит и резвится: тут он насмешлив, балагур, иногда и нескромен; в нем примечается склонность к праздности и рассеянности. Чтение разных русских книг без надлежащего выбора, а может быть, и избалованное воспитание поиспортили его, почему и нравственность его требует бдительного надзора, впрочем, приметное в нем добродушие, усердие его и внимание к увещаниям, при начинающемся соревновании в российской истории и словесности, облагородствуют его склонности и направят его к важнейшей и полезнейшей цели".

Дельвига искренне любили товарищи и незлобно потешались над ним. Так уж повелось с лицея, где поэт учился в 1811-1817 годах. Мемуары, письма, стихотворения донесли до нас облик Дельвига – ленивца сонливого и беспечного. Пушкин в стихотворении “Пирующие студенты” писал:

Дай руку, Дельвиг, что ты спишь?

Проснись, ленивец сонный!

Ты не под кафедрой сидишь,

Латынью усыплённый.

Лень, ленивец, лентяй, феноменальная леность, сонливость - кажется, все, приятели и недруги, помнили об этом примечательном качестве Дельвига.

Дельвиг мыслит на досуге

Можно спать и в Кременчуге…

Это куплет из коллективного лицейского сочинения (в Кременчуге служит в ту пору отец "ленивейшего из смертных"). Близкие друзья, однако, рано распознали, как много в этой лени маскировки, позволяющей хитроумному ленивцу жить и действовать, как ему нравится, и отстаивать свою личность порою в очень непростых обстоятельствах.

Леность Дельвига – особенная. Это не леность ума или воображения, а черта характера, граничащая с удивительной сосредоточенностью, с исключительной погруженностью в размышления над самым заветным и дорогим. Известно, что Дельвига, уносившегося мечтой в созерцании гармонии античного мира и слагавшего шёпотом мерные гекзаметры, лицейские профессора часто заставали врасплох. Но тот же Дельвиг долго и тщательно, иногда годами, отделывал свои стихотворения, прежде чем отдать их в печать. И в творчестве, и в практической жизни, лень Дельвига, по его собственному признанию, имела свои пределы.

С легендарной ленью поэта никак не вяжется и его кипучая, многообразная деятельность по изданию альманахов. В “северных цветах” - лучшем альманахе 20-х годов – Дельвигу удалось объединить самых выдающихся писателей современности. Это потребовала затраты огромного количества сил, борьбы с цензурой, громадной переписки, незаурядных организаторских способностей. А “Литературная газета” Дельвига и Пушкина, хотя и не долго просуществовавшая, сыграла очень важную роль в истории русской журналистики, пропагандируя и поощряя реалистические тенденции в литературе, выступая против беспринципности, продажной печати Булгарина, Грега, Сенковского и закладывая основы русской критике в России.

Жанры поэзии Дельвига.

Жанры поэзии Дельвига отразили эту особенность его таланта. Наибольшие художественные достижения выпали ан долю идиллий, русских песен, а так же замечательных элегий, широко известных русскому обществу, и пленительных романсов, которые с удовольствием исполнялись в салонах и гостиных. Некоторые песни Дельвига положены на музыку Алябьева и Глинки.

Жанровой диапазон в лирике Дельвига в целом ряде стихотворений, и в особенности в его знаменитом “Подражании Беранже”, в котором поэт возвышается до сатирического обличения современности и самого принципа самодержавной власти.

Смысл жизни для Дельвига.

Ещё в лицее Дельвиг, как и многие его товарищи, усвоил гуманное представление о смысле жизни. И высокое понятие о предназначении человека. Воспитанный на русской поэзии (он не расставался с Державиным, прочёл всех самых крупных писателей) Дельвиг пришел к твёрдому убеждению, что жизнь дана человеку для счастья и наслаждения. Не для того бездумного и пустого наслаждения, которое называется праздностью или бездельем, а для наслаждения высокого, состоящего в одухотворённом созерцании жизни, в ощущении её красоты и гармонии, в полном удовлетворении чувственных и духовных потребностей. Жизнь – это радостное пребывание человека на земле, и она должна быть веселой и творческой, счастливой и простой. Человек – лучшее создание природы, и его ум должен быть в ладу с сердцем. Окружает человека прекрасная природа, и самые естественные его отношения с ней – гармонические. И между людьми не должно быть никаких других чувств, кроме дружеской привязанности и любви. Всё это так просто и так мудро!

Это идеи прочно вкоренились в сознание Дельвига.

Однако поэт усвоил не только представление о радостях жизни, но и о невозможности их обрести.

Русская жизнь не удовлетворяла романтически настроенного поэта. В ней Дельвиг видел всякого рола несправедливость, коварство, ложь, разобщённость человека с другими людьми, с природой, внутреннюю дисгармонию, то есть невозможность поступать так, как думается, и рассуждать, так как чувствуется. Поэзия Дельвига запечатлела мир страданий простых русских людей в печальных, заунывных мелодиях песен, настроенных на народный лад.

Мотивы лирики Дельвига.

Содержание лирических песен Дельвига всегда грустно: не сложилась судьба девицы, тоскующей о суженом (“Соловей мой, соловей…”). Нет воли у молодца, заливающего грусть вином (“Не осенний частый дождичек…”). Любовь никогда не приводит к счастью, а приносит лишь неизбывное горе, из которого нет выхода. Русский человек в песнях Дельвига жалуется на судьбу даже в том случае, когда нет ясной причины: просто из его жизни ушли радость и веселье.

Дельвиг угадал дух и строй русской народной песни. Он внёс в неё глубоко современное содержание, поведав о скорби русского человека, по утраченной молодости и недостижимому счастью. Песни Дельвига, широко вошедшие в народный репертуар, проникнуты гуманным сочувствием к простым людям. Поэт был недалёк от социального объяснения причин их страданий, - его интересовали лишь их интимные чувства. Но это не мешало Дельвигу замечать, как вянет молодость, лишённая свободы, любви, непосредственного проявления высоких жизненных эмоций.

В лирических песнях Дельвига слышится тихая жалоба на жизнь, отнимающую у человека его законное право на счастье. И вместе с тем в этих унылых мотивах ясно звучат и другие ноты – ожидания светлой и радостной жизни.

Не найдя счастья ни в простонародной России, ни в дворянской среде, лирический герой поэта находит его в домашнем и частном быте. Поэт создаёт идеальный мир удовольствий, основанный не на социальных связях, а на личных достоинствах человека. В лирике Дельвига возникает образ беспечного баловня судьбы, который наслаждается молодостью, здоровьем, любовью, вином, поэзией.

Условный герой Дельвига.

Вымышленный условный герой поэта уединяется на лоно природы, подальше от роскошных дворцов, от чопорных и надменных богачей. Ему дороги не богатство и знатность, не чины и титулы, а дружеское общение, чистая и нежная любовь, вдохновенная и свободная беседа с друзьями, весёлая, дружеская, шумная пирушка. Среди притязательной обстановки хижины ищи домика все равны. Здесь царствуют простые, естественные отношения между людьми, законы милого гостеприимства и личной независимости.

Продолжая мотивы “Моих пенатов” Батюшкова, Дельвиг пишет стихотворения “Моя хижина”, “Домик”, в которых прославляет домашний уют и высокую прелесть интимных наслаждений:

За далью туманной,

За дикой горой

Стоит над рекой

Мой домик простой;

Для знати жеманной

Он замкнут ключом,

Отвёл я веселью

Мечтам и безделью.

Однако этот домашний быт достаточно узок и замкнут. Безмятежное личное счастье добывалось слишком дорогой ценой: лирический герой Дельвига отгораживается не только от светской дворянской России, но и от широкого вольного мира народной жизни. Искомая поэтом полнота бытия не могла быть в нём достигнута. К тому же Дельвиг понимал, что это лишь условный идеальный островок, которому постоянно грозит уничтожение в среде беспощадной стихии железного века.

Стихотворения, подобные “Домику” и “Моей хижине”, по мере созревание таланта Дельвига совершенно исчезают из его поэзии. Романтическая мечта о большом идеальном мире человеческого счастья всё чаще связывается в сознании Дельвиг с седой древностью, где человек, по тогдашним представлениям, не уединялся от общественного и народного бытия, а жил с ним в согласии.

Античность в лирике Дельвига.

В античности поэт нашёл свой романтический идеал гармонического общества и прекрасного, совершенного человека. В ней он увидел прообраз счастливого будущего человечества.

Огромный интерес к поэзии Эллады, к её мифам, легендам, духу её народа появился у Дельвига ещё в лицее. С тех пор и до последних дней короткой и небогатой внешними событиями жизни Дельвиг не изменил своего пристрастия к античности. К культуре древнего мира Дельвига приобщил Кюхельбекер, любовь к нему в последствии поддерживал знаменитый переводчик “Илиады” Гнедич. Стихотворения Дельвига в антологическом роде восхищали его верных друзей – Баратынского и Пушкина.

Удивительно при этом было то, что сам Дельвиг “родом германец” - не знал не только греческого языка, но доже родного ему немецкого, и только позже выучился понимать по-немецки. Пушкин изумлялся силе воображения своего друга. Ведь Дельвиг сквозь немецкие переводы и латинские подражания безошибочно угадывал дух и строй мыслей и чувств человека “золотого века”. Из XIX столетия Дельвиг легко и свободно переносился в “детство человечества”. Он открыл в нём неисчерпаемый кладезь мудрости и красоты.

Но Дельвиг был человеком нового времени, и его античность – не достоверная копия древнего мира. Он вносил в античность, пользуясь словами Пушкина, “вкус и взгляд европейца”. Можно даже сказать, что античность Дельвига – славянская, русская античность. Недаром Пушкин называл Дельвига “молодой славянин”: по жажде совершенства, по устремлённости к нему Дельвиг, конечно же, очень русский человек.

Воссоздавая идеальный, романтический воспринятый мир античности, Дельвиг опирался в первую очередь на идиллии Феокрита. В лирике этого замечательного древнегреческого поэта он заметил интерес к простоте и народности.

Феокрит тяготел к жанровым картинкам, сценкам, изображающим скромную, добродетельную, свободную от сильных страстей жизнь простых людей – пастухов и пастушек на лоне природы. Герои идиллий (кстати, “идиллия” в переводе означает “сценка”, “картинка”) Феокрита не умеют притворятся и лгать. Идиллии часто драматичны, но оканчиваются всегда благополучно, потому что победа над своим чувством радостна, а тем более радостна разделённая любовь. Дельвига пленило в идиллиях Феокрита обращения к народному быту и гармоническое равновесие между изображённой картиной и нравственной выразительностью движений души.

Действие идиллий Дельвига разворачивается обычно над сенью рощи или деревьев, в прохладной тишине, у сверкающего источника. Поэт придаёт картинам природы яркие краски, пластичность живописность форм. Состояние природы всегда умиротворённое, и это подчёркивает гармонию внутри и вне человека. На фоне мирной природы появляются герои, испытывающие силу любви или дружбы. Стихийная, внезапно вспыхивающая страсть, в конце концов, подчиняется разуму. Дельвиг считает это нормой гармонии, чрезвычайно характерной чертой древнего человека. На фоне мирной природы появляются герои, испытывающие силу дружбы. Стихийная, внезапно вспыхивающая страсть, в конце концов, подчиняется разуму. Дельвиг считает это нормой гармонии, чрезвычайно характерной чертой древнего человека.

Герои идиллий Дельвига – цельные существа, никогда не изменяющие своим чувствам. В одном их лучших стихотворений поэта – “Идиллии” - восхищенно рассказывается о прекрасной любви юноши к девушке, сохранённой ими навеки. В пластичной и чистой зарисовке поэт сумел передать благородство и высоту нежного и глубокого чувства. И природа, и боги сочувствуют влюблённым, оберегая и после их смерти неугасимое пламя любви.

Чувства героев и Дельвига всегда земные, реальные. Пушкин проницательно заметил, что Дельвиг не любил мистической поэзии. Это, конечно, звучало в устах Пушкина большой похвалой. Чуждый всякой неопределённости, туманности, зыбкости ощущений, Пушкин наблюдал тоже отвращение к поэзии потустороннего мира и у своего друга.

Герои Дельвига не рассуждают о своём чувстве – они отдаются его власти, и это приносит им радость. У поэта нет подробных психологических описаний любви, - она выражается через мимику, позы, жесты, поступки, через непосредственное действие. Зрительная выразительность картин дополняется музыкой речи, мерной и строгой, лишенной внешних эффектов.

Для создания античного колорита, Дельвиг не прибегает к археологическим и историческим реалиям, не стремится удивить своей осведомленностью в античной мифологии или античном быте. Он передаёт дух античности простыми намёками. Так, древний грек, думал, что богов нужно благодарить. За посланную ими любовь, и Титир и Зоя посвещают деревья Эроту.

Анализ некоторых идиллий (“Цефиз” и “Друзья”).

В идиллии “Цефиз” нежная и бескорыстная дружба увенчивается даром: Филинту понравились плоды с груши, и Цефиз с радостью дарит ему дерево, обещая укрывать его от холода: “Пусть оно для тебя и цветёт и плодами богатеет!”. Старый Филинт вскоре умер, но Цефиз не изменил прежнему чувству: он похоронил своего друга под его любимой грушей, а “холм увенчал кипарисом” - его деревом скорби. Сами эти деревья, вечно живой кипарис и плодоносящая груша, стали символами не умирающей дружбы, духовной чистоты и человечности.

В “священном листьев шептание” Цефиз слышал благодарность Филинта, а природа одаривала его благовонными плодами и прозрачными гроздями. Так духовная красота Цефиза тонко слилась в идилии с красотой и щедростью природы.

Природа и народная среда воспевают в людях благородство, укрепляют их дух и нравственные силы. В труде и на лоне природы человек становится духовно богатым, умеющим наслаждаться истинными ценностями жизни – дружбой, любовью, красотой, поэзией.

В идиллии “Друзья” весь народ от мала до велика живёт в согласии. Ничто не нарушает его безмятежного покоя. После трудового дня, когда “вечер осенний сходил на Аркадию”, “вокруг двух старцев, друзей знаменитых” - Полемона и Дамета, - собрался народ, чтобы ещё раз полюбоваться их искусством определять вкус вин и насладиться зрелищем верной дружбы. Привязанность друзей родилась в труде, а самый их труд – чудный дар природы.

Отношения любви и дружбы выступают у Дельвига мерилом ценности человека и всего общества. Ни богатство, ни знатность, ни связи определяют достоинства человека, а простые, интимные чувства, их цельность и чистота. И конец “золотого века” наступает, когда они рушатся, когда исчезает высокая духовность.

Заключение.

“Добрый Дельвиг”, “Мой парнасский брат” - называл любимого друга Пушкин, и эти славные титулы навечно останутся за поэтом своеобразного, неподдельного лирического дарования. Дельвигу, воспевшему красоту земного бытия, радость творчества, внутреннюю свободу и достоинство человека, принадлежит почётное место среди звёзд пушкинской плеяды.

Литература:

1. Большой энциклопедический словарь (том 8).

2. Лирика А. А. Дельвига.

3. Л. А. Черейский. Пушкин и его окружение. С-П: Наука, 1989 г.