Тактика борьбы Советской власти с Православной Церковью

Содержание

Введение 3

1. Феномен Новомучеников и Исповедников Российских 5

1.1. Первые Российские Новомученики и Исповедники 5

1.2. Вызов богоборчества 7

1.3. Причины враждебности богоборческой власти в

отношении Церкви 8

2. Тактика борьбы Советской власти с Православной Церковью 14

2.1. Обновленчество 14

2.2. «Каноничный» раскол митрополита Сергия 17

3. Мировоззренческие узлы 24

3.1. Формирование осознанного мировоззрения 24

3.2. Всякакя ли власть от Бога? 25

Заключение 48

Список использованных источников и литературы 49

Введение

В 1947 году выдающийся философ и мыслитель Иван Александрович Ильин писал: «Россия нуждается сейчас больше всего в правде и в свободе.

И к свободе она придёт только через правду. Пока будем лгать, будем рабами, ложью свидетельствуя о своём рабстве и закрепляя его. Вот почему наши исповедники и мученики последних десятилетий вели нас к свободе, а лицемеры и лжецы наших дней ведут нас в рабство.

Мы не выйдем из этой окаянной смуты, пока не отделим честно и чётко правду от лжи и не начнём стойко и мужественно выговаривать правду. Вот уже тридцать лет прошло с тех пор, как нас утопили во лжи и продолжают нас унижать ложью, страхами и насилием. А ныне им удалось заразить многих из нас этой ложью; и скорбно видеть, как честные начали верить ей и повторять её...»1

В начале девяностых годов прошлого века коммунизм в России бесславно рухнул, и многим показалось, что страна наша должна, наконец, обрести долгожданную свободу, но вместо этого на долгие годы Российское государство вновь охватила «окаянная смута».

Сегодня мы переживаем период некоей политической и экономической стабильности, но всем очевидно, что стабильность эта обманчива, что внутри общества и политической элиты зреют серьёзные противоречия и конфликты, которые больше подавляются, нежели решаются. Противостояние жёстко консервативной современной российской власти и откровенно безответственной «болотной оппозиции», претендующей на эту власть, в любой момент способно раскачать и без того неустойчивую лодку нашего государства. Призрак Майдана бродит по просторам современной России. Устоим ли? Не окажемся ли под обломками коммунизма, отравившем и переродившем до неузнаваемости душу нашего народа?

Почему так произошло? Почему, освободившись от ига коммунистической идеологии, наш народ не стал свободным? Почему его душой и сознанием завладели очередные политические и нравственные химеры, ввергающие страну в следующие одна за другой кризисные ситуации? Видимо, прав был Иван Ильин, когда пытался донести до нас простую истину: действительно свободной Россия может стать только через правду, только через честное отделение правды от лжи. Но, увы, его тревога за будущее России оказалась небезосновательной: многие честные люди заразились ложью, поверили ей и начали повторять её. А раз так, значит, до свободы нам не дотянуться.

Эта работа – попытка сквозь громогласные величания Новомученикам и Исповедникам Российским услышать их собственные голоса, их собственную правду, их обращение к нам, и через эту их правду попытаться скинуть с духовных очей тех, кому небезразлична Истина, завесу лжи и конформизма.


  1. Феномен Новомучеников и Исповедников Российских

  1. Первые Российские Новомученики и Исповедники

Как это ни покажется удивительным, первые Российские Новомученики и Исповедники были прославлены в лике святых не в Русской, а в Сербской Православной Церкви.

Ещё в 1925 году в сербской печати появилось описание чудесного явления во сне Царя-Мученика одной пожилой сербке, и с этого времени в Сербский Синод стали поступать свидетельства о том, что сербский народ не только глубоко чтит память убиенного русского императора, но почитает его как святого. Приблизительно к тому же времени относятся и первые известные нам иконописные изображения Царственных Мучеников. 

В августе 1927 года в газетах Белграда появилась статья «Лик императора Николая II в Сербском монастыре св. Наума, что на Охридском озере», в которой рассказывалось о первом таком изображении на стене храма.

Замечательный русский художник С.Ф. Колесников (1879-1955) был приглашён для росписи храма в этом монастыре. Исполняя порученную ему работу, он задумал написать лики пятнадцати святых, разместив их в овалах. Четырнадцать ликов им были написаны сразу же, а место для пятнадцатого долго оставалось пустым. Необъяснимое чувство мешало ему закончить эту роспись. Однажды в сумерки он вошёл в храм. Внизу было темно, и только купол прорезывали лучи заходящего солнца. На стенах была дивная игра света и теней. Всё казалось неземным и необыкновенным. В этот момент Степан Фёдорович увидел, что оставленный им чистый пятнадцатый овал ожил, и из него глядел скорбный лик императора Николая II. Поражённый этим чудесным видением, он некоторое время стоял в оцепенении. Затем, охваченный молитвенным порывом, он начал, не нанося углём контуры чудного лика, быстро работать кистью. Спать он не мог всю ночь, и едва забрезжил свет, принялся снова за работу и быстро её закончил. Этот портрет-икону он снабдил надписью: «Всероссийский император Николай II, принявший мученический венец за благоденствие и счастье славянства».

В марте 1930 года в сербских газетах было опубликовано сообщение, что жители города Лесковац обратились к Синоду Сербской Православной Церкви с прошением о причислении к лику святых русского императора Николая II, которого они почитают наравне с сербскими народными святыми: Симеоном, Саввой, Лазарем, Стефаном и другими. На Белградском Новом кладбище в 1935 году был возведён памятник с часовней-усыпальницей Николаю II и двум миллионам русских воинов, погибшим на фронтах Первой Мировой войны 1914-1918 годов. Часовня-памятник усопшим русским эмигрантам, Николаю II и его августейшей семье возведена и на кладбище в Загребе в 1935 году. Известно, что подобные часовни в 30-е годы были установлены и в Харбине, куда ушли белые эмигранты Восточного фронта Русской армии под командованием Владимира Оскаровича Каппеля.

Впервые канонизация Николая II состоялась в 1938 году в Сербской Православной Церкви. Вторым актом прославления русского царя было причисление его вместе с членами семьи и погибшими слугами к лику святых мучеников в 1981 году Русской Православной Церковью Заграницей. И, наконец, в 2000 году Николая II и его августейшую семью причислила к лику святых царственных страстотерпцев Русская Православная Церковь Московского Патриархата. Последний русский царь Николай II был, таким образом, первым Российским новомучеником (РПЦЗ) и страстотерпцем (РПЦ МП). За ним последовал целый сонм новых святых, прославленных Русской Православной Церквью.

1.2. Вызов богоборчества

Но в результате чего стал возможен этот никогда ранее небывалый в церковной истории феномен, когда за столь короткое время в одной из поместных православных церквей были причислены к лику святых более двух тысяч подвижников? И ведь это только те, чьи имена нам известны. А какое великое множество русских святых предстоят пред Богом, чьих имён мы не знаем! Как стало возможным, что Русская Церковь дала миру тысячи и тысячи святых в одном только XX веке – больше, чем любая другая поместная православная церковь за всю свою историю? Что за событие сделало возможным это?

Не будет преувеличением сказать, что в двадцатом столетии по Рождеству Христову Единая, Святая, Соборная и Апостольская Церковь впервые в своей истории встретилась с уникальным Вызовом. Впервые одна из Её поместных церквей, а именно Русская Православная Церковь (до 1918 года она носила название «Российская Греко-Кафолическая Церковь»), была вынуждена существовать в условиях тотального господства не просто атеистической, не просто безбожной, а откровенно богоборческой власти. Произошедшее в России в октябре 1917-ого года было явлением удивительным, потрясающим и чудовищным по своему характеру. На планете Земля в самом большом по территории государстве к власти пришли богоборцы, ставившие одной из своих главных целей искоренение религии вообще, преодоление в человеке самого религиозного чувства, забвение человеком самой памяти о своём Создателе. Такого ещё в истории человечества не было никогда.

Символическим памятником этого времени вполне можно считать икону Валаамской Божией Матери, сохранившейся в одном из храмов близ местечка

Костомарово (ныне – Воронежская область). Согласно преданию местных верующих, несколько большевиков вошли в храм, и когда увидели в человеческий рост икону Матушки Божией с Младенцем Иисусом на руках, начали упражняться в меткости стрельбы, пытаясь попасть в Святые Лики.

1.3. Причины враждебности богоборческой власти в отношении Церкви

Враждебность в отношении Русской Церкви новая большевистская власть проявила буквально с первых дней своего правления. Это и не удивительно, ведь именно Церковь лидеры коммунистов считали оплотом контрреволюции, для них священнослужители были эксплуататорским классом, который подлежал физическому истреблению.

Александр Блок так описывает атмосферу 1918 года в своей гениальной поэме «Двенадцать»:

А вон и долгополый -

Стороночкой и за сугроб...

Что нынче не весёлый,

Товарищ поп?

Помнишь, как бывало

Брюхом шёл вперёд,

И крестом сияло

Брюхо на народ?

Чёрное, чёрное небо.

Злоба, грустная злоба

Кипит в груди...

Чёрная злоба, святая злоба...

Товарищ! Гляди

В оба!

Гуляет ветер, порхает снег.

Идут двенадцать человек.

Винтовок чёрные ремни

Кругом - огни, огни, огни...

В зубах цигарка, примят картуз,

На спину надо бубновый туз!

Свобода, свобода,

Эх, эх, без креста!

Тра-та-та!

Кругом - огни, огни, огни...

Оплечь - ружейные ремни...

Революционный держите шаг!

Неугомонный не дремлет враг!

Товарищ, винтовку держи, не трусь!

Пальнём-ка пулей в Святую Русь -

В кондовую,

В избяную,

В толстозадую!

Эх, эх, без креста! 2

Глядя на всё это, Патриарх Тихон обращается к пастве со следующим обращением (22 декабря 1918 года оно было официально одобрено и закреплено всем Церковным Собором):

«Смиренный Тихон, Божиею милостию Патриарх Московский и всея России, возлюбленным о Господе архипастырям, пастырям и всем верным чадам Православной Церкви Российской

Да избавит нас Господь от настоящего века лукавого.

(Гал. 1:4)

Тяжкое время переживает ныне святая православная Церковь Христова в Русской Земле: гонение воздвигли на истину Христову явные и тайные враги сей истины и стремятся к тому, чтобы погубить дело Христово и вместо любви христианской всюду сеят семена злобы, ненависти и братоубийственной брани.

Забыты и попраны заповеди Христовы о любви к ближним: ежедневно доходят до нас известия об ужасных и зверских избиениях ни в чем не повинных и даже на одре болезни лежащих людей, виновных разве только в том, что честно исполняли свой долг перед Родиной, что все силы полагали на служение благу народному. И все это совершается не только под покровом ночной темноты, но и вьявь, при дневном свете, с неслыханной доселе дерзостию и беспощадной жестокостью, без всякого суда и с попранием всякого права и законности - совершается в наши дни во всех почти городах и весях нашей отчизны: и в столицах, и на отдаленных окраинах (в Петрограде, Москве, Иркутске, Севастополе и др.).

Все сие преисполняет сердце наше глубокою и болезненной скорбью и вынуждает нас обратиться к таковым извергам рода человеческого с грозным словом обличения и прещения по завету Св. Апостола: «согрешающих пред всеми обличай, да и прочии страх имут» (1 Тим. 4:20).

Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело, это - поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей – загробной, и страшному проклятию потомства в жизни настоящей - земной.

Властью, данною нам от Бога, запрещаем вам приступать к Тайнам Христовым, анафематствуем вас, если только вы носите еще имена христианские и хотя по рождению своему принадлежите к Церкви Православной.

Заклинаем и всех вас, верных чад Православной Церкви Христовой, не вступать с таковыми извергами рода человеческого в какое-либо общение, «измите злаго от вас самех» (1 Кор. 5:13).

Гонение жесточайшее воздвигнуто и на Святую Церковь Христову: благодатные таинства, освящающие рождение на свет человека или благословляющие супружеский союз семьи христианской, открыто объявляются ненужными, излишними; святые храмы подвергаются или разрушению через расстрел из орудий смертоносных (святые соборы Кремля Московского) или ограблению и кощунственному оскорблению (часовня Спасителя в Петрограде); чтимые верующим народом обители святые (как Александро-Невская и Почаевская лавры) захватываются безбожными властелинами тьмы века сего и объявляются каким-то якобы народным достоянием; школы, содержавшиеся на средства Церкви Православной и подготовлявшие пастырей и учителей веры православной, признаются излишними и обращаются или в училища безверия, или даже прямо в рассадники безнравственности. 

Имущества монастырей и церквей православных отбираются под предлогом, что это - народное достояние, но без всякого права и даже без желания считаться с законною волею самого народа… И, наконец, власть, обещавшая водворить на Руси, право и правду, обеспечить свободу и порядок, проявляет всюду только самое разнузданное своеволие и сплошное насилие над всеми и в частности над Святою Церковью Православною.

Где же пределы этим издевательствам над Церковью Христовой? Как и чем можно остановить это наступление на нее врагов неистовых?

Зовем всех вас, верующих и верных чад Церкви: станьте на защиту оскорбляемой и угнетаемой ныне Святой Матери нашей. 

Враги Церкви захватывают власть над нею и ее достоянием силою смертоносного оружия, а вы противостаньте им силою веры вашей, вашего властного всенародного вопля, который остановит безумцев и покажет им, что не имеют они права называть себя поборниками народного блага, строителями новой жизни по велению народного разума, ибо действуют даже прямо противно совести народной.

А если нужно будет пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою словами святого Апостола: «кто ны разлучит от любве Божия: скорбь ли, теснота, или гонение, или глад, или нагота, или беда, или меч?» (Рим. 8:35).

А вы, братие Архипастыри и Пастыри, не медля ни одного часа в вашем духовном делании, с пламенною ревностью зовите чад ваших на защиту попираемых ныне прав Церкви Православной, немедленно устрояйте духовные союзы, зовите не нуждою, а доброю волею становиться в ряды духовных борцов, которые силе внешней противопоставят силу своего святого воодушевления, и мы твердо уповаем, что враги Церкви будут посрамлены и расточатся силою Креста Христова, ибо непреложно обетование Самого Божественного Крестоносца: «созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ея» (Мф. 16:18).

Тихон, патриарх Московский и всея России. Января 19 дня, 1918 г.»3

С самого начала православное церковное сознание отнеслось к насильственным большевистским преобразованиям неодобрительно. Таким образом, в период Гражданской войны Русская Церковь рассматривалась Советской большевистской властью как составная часть того эксплуататорского общества, которое они хотели разрушить. Духовенство было одним из тех сословий бывшей Российской царской империи, которое должно было исчезнуть. Поэтому первоначальная политика большевиков была прямолинейной и примитивной. Им казалось, что стоит только конфисковать у Церкви всё Её имущество, разрушить Её административную структуру, начать антирелигиозную пропаганду, которая всем трудящимся раскроет глаза и покажет, что священнослужители – это эксплуататоры, стяжатели и жулики, и Церковь, как институт, точно также как и дворянство, потерявшее свои поместья, и буржуазия, потерявшая свои капиталы, лишится экономической, а следовательно, и социальной основы, и в скором времени просто исчезнет, объективно перестанет существовать. Вплоть до 1922 года лидеры большевиков и не предполагали, что основа Церкви не экономика, не поддерживающее Её эксплуататорское государство, а сама человеческая душа, жаждущая связи со своим Творцом. В результате большинство священнослужителей погибали, главным образом, не потому, что они проповедовали Христа, а потому, что священники, как и дворяне, купцы, офицеры и интеллигенты, не пошедшие на службу к большевикам, подлежали ликвидации как враждебный класс. Это главная причина огромного числа погибшего духовенства, многие из которых причислены к Новомученикам и Исповедникам. Согласно современным исследованиям с 1918 по 1922 годы было уничтожено порядка 30 тысяч священников.4


2. Тактика борьбы Советской власти с Православной Церковью

2.1. Обновленчество

К окончанию Гражданской войны среди лидеров большевиков начинает происходить переоценка многих марксистских догм. Реальная жизнь и революционная практика приводят их к пониманию того, что, например, без новой экономической политики (НЭП) Советам не удержаться, а Русская Церковь, оказывается, лишившись своей экономической и политической основы (собственности и поддержки власти эксплуататоров), вовсе не спешит кануть в лету и, более того, имеет среди населения страны значительный авторитет и влияние. Большевикам становится понятно, что борьба с Церковью – это, прежде всего, борьба за умы людей, что необходимо разрушить Церковь изнутри, попытаться насколько это возможно извратить Её учение руками самих же священнослужителей, сделать Её сначала абсолютно лояльной себе, и только после этого уничтожить.

В верхах РКП (б) возникает план раскола Церкви во всероссийском масштабе. В начале 1922 года один из большевистских лидеров, Л.Д. Троцкий, предложил расколоть Русскую Церковь на два крыла, обозначив их как «черносотенное контрреволюционное» и «сменовеховское советское». После того, как этот разрыв будет спровоцирован, следовало, по мысли Троцкого, «повалить контрреволюционную часть церковников», опираясь при этом на «сменовеховское духовенство», а затем, «не давая сменовеховским вождям очухаться», превратить их начинания в «выкидыш»5.

Практическое проведение в жизнь плана Троцкого было возложено на 6-е отделение секретного отдела ГПУ (с ноября 1923 года – ОГПУ), возглавляемое Е.А. Тучковым. Во многом именно благодаря его услиям появился так называемый обновленческий раскол. Если в годы Гражданской войны врагом Советской власти признавался практически каждый священнослужитель, как представитель реакционного класса, то теперь, по замыслу Троцкого и его

соратников, уничтожению подлежали только те священники, которые не подчинятся Высшему Церковному Управлению, состоявшему из одних только обновленцев. Напомню, что главной отличительной чертой обновленчества помимо перехода на григорианский церковный календарь, введение в богослужение современного русского языка взамен церковнославянского, разрешение епископату жениться, было восторженное признание новой Советской власти как власти прогрессивной и народной, которой необходимо безусловно подчиниться и всячески с ней сотрудничать.

Использование обновленцев позволило ОГПУ значительно эффективнее вести работу по ликвидации Русской Церкви. При их содействии были репрессированы наиболее достойные представители духовенства во главе со святым Патриархом Тихоном. С ролью доносчиков, провокаторов и сподручников преступной власти обновленцы справлялись очень хорошо. Выразительнейший пример их деятельности – активное соучастие с властями в вынесении в 1922 году смертного приговора группе петроградских

священнослужителей и мирян во главе со священномучеником митрополитом Петроградским Вениамином (Казанским). В постановлении Высшего Церковного Управления обновленцев говорилось: «Бывшего петроградского митрополита Вениамина (Казанского), изобличенного в измене своему архипастырскому долгу, лишить священного сана и монашества».6

«Архипастырским долгом», согласно обновленцам, являлось признание законной и непременно «властью от Бога» власть большевиков-богоборцев.

В мае 1923 года аналогичное постановление было вынесено и в отношении Патриарха Тихона. Стоит отметить, что на сторону обновленцев в это время перешёл будущий Предстоятель Московской Патриархии – митрополит Сергий (Страгородский).

Однако в полной мере реализовать план Троцкого не удалось. Церковный народ в подавляющем большинстве не пошёл за обновленцами.

Характерным примером того времени является деятельность архиепископа Петра (Зверева), возглавившего Воронежскую епархию в 1925 году. К его приходу на воронежскую кафедру значительное число храмов и монастырей были захвачены обновленцами. Однако твёрдое стояние архиепископа Петра на позициях Патриарха Тихона, его ораторский дар, привлекавший на проповеди огромное число верующих, традиционный строй совершаемых богослужений, и, как следствие, стремительное обезлюдивание обновленческих храмов, - всё это немало встревожило местные власти.

Архиепископа не раз вызывали в ОГПУ. В течение почти всего 1926 года продолжалось сопротивление верующих властям. Наконец, 28 ноября владыка Петр вместе с группой клириков и мирян был арестован. Но с этой поры влияние обновленцев в Воронеже сошло на нет. Священномученик Петр (Зверев) погиб в 1929 году в Соловецком лагере.

Не удалось ОГПУ добиться послушания себе и от Патриарха Тихона. Всякий раз как только Патриарх Тихон начинал понимать, что его лояльность в отношении богоборческой власти может нарушить внутренний мир в Церкви, он тут же возвращался на прежние позиции. В результате подготавливаемый ОГПУ церковный раскол так и не произошёл, а Патриарх Тихон в апреле 1925 года отшёл в вечную жизнь как выдающийся исповедник Христовой Церкви.

Такую же позицию в отношении Советской власти, как и Патриарх Тихон, занял и местоблюститель патриаршего престола митрополит Петр (Полянский).

2.2. «Каноничный» раскол митрополита Сергия

К концу 1926 года власти убеждаются в необходимости запустить новый механизм церковных разделений. Иерархов, которые ставили интересы Церкви выше указаний с Лубянки, во главу церковного управления больше не допускали. Нужен был архипастырь, который бы на вполне каноничных основаниях возглавил административное управление Церковью и при этом стал бы проводить от лица Церкви политику ОГПУ. Расчёт был на то, что такая его деятельность вызовет негативную реакцию в глубине православной среды, в результате чего произошёл бы церковный раскол, а тех, кто не пошёл бы за «своим» иерархом, можно было бы обвинить не только в расколе, но и в антисоветской контрреволюционной деятельности со всеми вытекающими из этого последствиями.

В 1927 году такой иерарх Е.А. Тучковым был найден. Им стал согласившийся исполнять требования ОГПУ митрополит Сергий (Страгородский). Первые же действия митрополита Сергия буквально взорвали православную среду. В августе 1927 года органы ОГПУ с явным удовлетворением в обзоре политического состояния СССР, подготовленном для И.В. Сталина и других высших руководителей страны, отмечали: «Разосланное в августе митрополитом Сергием «Послание Синода ко всем верующим», которым Сергий торжественно провозглашает полную лояльность церкви к советской власти, внесло смятение в среду верующих и духовенства. Произошло разделение на две части».7

План уничтожения Русской Православной Церкви руками самих же церковных деятелей, предложенный ещё в 1922 году Троцким, наконец-то начал осуществляться во всей своей полноте.

Следователям ОГПУ не нужно было лишний раз доказывать, что тот или иной оппонент заместителя патриаршего местоблюстителя – контрреволюционер. Достаточно было сослаться на его собственные показания в отношении того же митрополита Казанского Кирилла (Смирнова), митрополита Петроградского Иосифа (Петровых), многих других отстранённых от служения церковных деятелей. Действия Сергия (Страгородского) ничем не отличались от действий его бывших соратников-обновленцев. В августе 1929 года Е.А. Тучков так говорил о работе заместителя местоблюстителя патриаршего престола: «Митрополит Сергий всецело находится под нашим влиянием и выполняет все наши указания. Сергий готов сместить любого нам неугодного и заменить его любым кандидатом по нашему указанию. Сергий приступил к репрессированию, увольняя виновных попов».8

Всё это привело к массовым арестам священства внутри СССР. К 1930 году на свободе в стране не осталось практически ни одного епископа не лояльного митрополиту Сергию. Власть убийц помазанника Божьего, ставившая своей целью уничтожение религии и Церкви, была признана «властью от Бога». Произошло глубинное нравственное и духовное перерождение высшего церковного управления. Митрополит Сергий в феврале 1930 года заявил: «Гонения на религию в СССР никогда не было и нет, а храмы закрываются по желанию населения и по постановлению самих верующих».9

Священнослужителей и верующих мирян, не согласных с линией митрополита Сергия, новое церковное руководство с 1928 года причислило к раскольникам, а таинства, совершаемые ими, были объявлены недействительными. В священнослужении были запрещены такие видные архипастыри, как первый согласно завещанию Патриарха Тихона кандидат в местоблюстители патриаршего престола митрополит Казанский Кирилл (Смирнов), митрополит Петрогорадский Иосиф (Петровых), Первоиерарх Русской Православной Церкви Заграницей митрополит Антоний (Храповицкий)… В 1931 году в «Журнале Московской Патриархии» в статье митрополита Сергия (Страгородского) в отношении этих архипастырей говорилось: «После запрещения, наложенного на вождей нового раскола, мы признаём эти иерархии безблагодатными и Таинства их недействительными (кроме крещения)… В таком же положении находятся и заграничные расколы, например Карловацкий».10

Таким образом, задача раскола Единой Русской Церкви с помощью действий лояльного большевикам иерарха, наконец-то была решена. Некогда Единая Поместная Русская Православная Церковь самим ходом исторических событий была разделена на три основные части.

Первая из них – это та часть Русской Церкви, которая не смогла смириться с властью богоборцев и открыто выступила против неё в годы Гражданской войны. Результатом, как известно, стал Великий и трагический Исход этой части Поместной Русской Церкви за пределы Родины. Так образовалась Русская Православная Церковь Заграницей, каноническим основанием для образования которой послужил Указ Патриарха Тихона № 362 от 7/20 ноября 1920 года.

Вторая часть Русской Церкви, не согласившаяся с политикой митрополита Сергия (Страгородского) и отделившаяся от него, в результате жестоких репрессий и гонений была вынуждена перейти на нелегальное в Советском государстве положение. Впоследствие эта часть Церкви начинает называть себя Катакомбной или Истинно-Православной Церковью, дабы обозначить смысл своего отличия от обновленцев и Синода, созданного митрополитом Сергием (Страгородским). Один из основателей Истинно-Православной Церкви, священномученик митрополит Кирилл (Смирнов), прекрасно понимал, что в богоборческом государстве в условиях жестоких гонений, учинённых Советской властью в отношении верующих людей, Церковь может сохранить свою духовную неповреждённость только в том случае, если она примет иную форму своего существования. В противном случае лояльность в отношении большевистской власти на её условиях неминуемо приведёт к недопустимой степени духовной зависимости от неё. Пастыри Истинно-Православной Церкви видели иные пути осуществления своего призвания, нежели тот, который был выбран митрополитом Сергием и его последователями. Для митрополита Сергия «спасти Церковь» означало практически любую степень взаимодействия с Советской властью для сохранения Её внешнего положения и легального существования. Митрополиты же Кирилл (Смирнов), Иосиф (Петровых) и выбравшие их сторону духовенство и миряне, считали, что главным для служителей Церкви является свободное свидетельство о возвещённом Христом Истине и верность во всём этой Истине. И тогда Сам Господь сумеет спасти Свою Церковь. А форма Её существования? – она может быть разной, что, кстати, и следовало из Указа № 362 Патриарха Тихона.

О третьей части Русской Церкви выдающийся философ Иван Ильин незадолго до своей смерти сказал так: «Эти решились сказать большевикам: «да, мы с вами», и не только сказать, а говорить и подтверждать поступками; помогать им, служить их делу, исполнять все их требования, лгать вместе с ними, участвовать в их обманах, работать рука об руку с их политической полицией, поднимать их авторитет в глазах народа, публично молиться за них и за их успехи»11. Речь здесь идёт о той церковной организации, которая в тесном контакте с ГПУ-ОГПУ-НКВД была создана митрополитом Сергием (Страгородским). Впоследствии, как известно, она самочинно присвоила себе право говорить от имени всей полноты Русской Православной Церкви, наименовав себя Московским Патриархатом. Тот же Иван Ильин очень точно раскрыл духовную суть этой церковной организации: «Православие, подчинившееся Советам, есть не православие, а соблазнительная ересь антихристианства, облекшаяся в растерзанные ризы исторического Православия».12

Митрополит Сергий, однако, уверял, что лояльность Церкви существующей богоборческой власти позволит ослабить давление и репрессии государства, но в реальности всё обстояло ровно наоборот. Именно с началом управления Церковью митрополитом Сергием гонения на неё начинают возрастать небывалыми ранее темпами. Об этом свидетельствуют следующие данные об арестах священнослужителей:13

Год

Количество арестованных священнослужителей

1926

124

1927

191

1928

284

1929

921

1930

2 713

Таблица 1. Рост числа арестованных священнослужителей после Декларации 1927 года

И если во время Гражданской войны священнослужители уничтожались только потому, что они священнослужители (равно - контрреволюционное сословие), то с 1922-ого и особенно после Декларации 1927-ого года Синода митрополита Сергия важнейшим обвинением стало непризнание священнослужителями и православными мирянами большевистской власти как власти от Бога, а также духовная, внутренняя нелояльность ей. Следует отметить, что это было именно духовное, внутреннее несогласие с ней и неприятие её, в то время, как во внешнем своём проявлении практически все священнослужители и православные миряне вели законопослушный образ жизни. Но новой власти простого непротивления было уже мало, теперь она требовала от Церкви признания себя властью абсолютно законной и легетимной, то есть властью от Бога. Теперь она требовала со-трудничества с собой.

Итак, главной причиной феномена новомученичества и новоисповедничества стал Вызов богоборчества, с которым столкнулась Русская Православная Церковь. Он был настолько мощным, настолько беспрецедентным, настолько жестоким и одновременно с этим хитрым и лукавым, а по временным рамкам столь стремительным, что очень многих он просто застал врасплох. И если к открытым репрессиям со стороны Советской власти православные христиане были ещё хоть как-то готовы (в самом деле, чего же ещё от неё можно было ожидать?), то раскол Церкви изнутри, учинённый пошедшими на со-трудничество с большевиками сначала обновленцами, а затем иерархами во главе с митрополитом Сергием (Страгородским), привёл в смятение и паству и многих пастырей. И тем не менее, большинство российского епископата и рядового священства предпочли подвиг мученичества и исповедничества тому искушению, которое подготовил для них лукавый. Из почти сотни российских епископов, участвовавших в работе Церковного Собора 1917-1918 годов, к концу 20-х годов признавшими свою полную лояльность большевикам и, соответственно, оставшимися на свободе, оказались только четыре архиерея, кстати сказать, все в своё время побывавшие в лагере обновленцев.


  1. Мировоззренческие узлы

  1. Формирование осознанного мировоззрения

Как правило, с 14-15 лет у человека начинает формироваться осознанное мировоззрение. Молодые люди начинают искать ответы на вопросы, которые ещё совсем недавно даже и не приходили им в голову: «Зачем и для чего я живу?», «Что есть добро, и что есть зло?», «Каким мне надо стать и быть, чтобы прожить свою жизнь не впустую?», «Есть ли смысл у моей жизни и жизни вообще?», «Кто я?»… В сознании и душе взрослеющих людей появляется множество мировоззренческих узелков-вопросов, на которые необходимо найти свой ответ.

Не исключением являются и те из нас, кто уже с раннего детства воспитывался в церковной среде, нередко посещал храм, принимал участие в церковных таинствах. Вопросы-узелки здесь не менее сложные: «Что есть Церковь?», «Каким надо стать, чтобы быть Христовым?», «Как быть в государстве, если оно гонит Церковь?», «Всякая ли профессия хороша для христианина?», «Как построить настоящую христианскую семью?», «Как воспитывать детей в современном мире?»…

Внутренний мир верующего человека, уж тем более молодого, не менее сложен и напряжёнен. Это только недалёким людям кажется, что все свои заботы верующие люди возложили на Бога, сели Ему на шею, крепко ухватились за неё, свесили ножки, и теперь ничто их не тревожит, никакой груз ответственности не давит на их плечи. На поверку часто выходит, что как раз религиозные люди более ответственны, ведь они отвечают за свой выбор, за свои деяния не только перед собой, не только перед окружающими их людьми, но кроме того, и прежде всего, перед Богом.

Двадцатый век и особенно история нашей страны поставила перед мыслящими и верующими людьми немало мировоззренческих узлов, развязать которые в христианском духе мы можем только обратившись к опыту Новомучеников и Исповедников Российских. Их жизнь и подвиг и есть тот истинно христианский ответ, который предложили они нам. В этой работе делается попытка дать ответ на один из таких мировоззренческих узлов-вопросов: «Всякая ли власть от Бога? И как быть верующему христианину, если государство гонит Церковь?»

  1. Всякая ли власть от Бога?

Казалось бы, вопрос этот исключительно философский и к практической нашей жизни не имеет никакого отношения. Но так кажется только на первый взгляд. Стоит, однако, вникнуть в него глубже, как со всей очевидностью обнаруживается колоссальное его влияние на жизнь государства и его граждан. Тот или иной ответ на него способен самым решительным образом формировать политику государства, если ты – лицо, наделённое властью, а также сделать тебя, если ты простой гражданин, или манипулируемым властью лицом, или бунтовщиком против существующей власти, или зрелой личностью, которая строит свои отношения с властью исходя не из сиюминутных политических интересов той или иной группы людей, не исходя из своих личных эгоистических предпочтений, не исходя из ожиданий к тебе государства, а исходя из своего христианского служения в этом мире, исходя из голоса христианской совести в тебе.

Всё достаточно просто, если человек или атеист, то есть верит в своё неверие, или язычник (как подавляющее большинство людей, причём во все времена и эпохи), верящий всему одновременно – и Богу, и перебежавшей дорогу чёрной кошке, и Вселенскому Разуму, проявляющему себя во всех религиях и явлениях природы, и «бабе Гале – колдунье в пятнадцатом поколении, одним взмахом руки поднимающей моё настроение»14). Такой человек будет относиться к государству и государственной власти потребительски. Его отношение к ней будет меняться в зависимости от того, насколько власть удовлетворяет или не удовлетворяет его потребности. Оно будет спокойным, если человек сыт, и его жизнь достаточно комфортна, и, напротив, человек будет готов пойти на штурм Бастилии, Зимнего или на Болотную, Майдан, если, как ему будет казаться, власть окажется несправедливой, нечестной и прочее, и прочее, и прочее… Поведением такого человека руководят его собственное эго и его собственные страсти, которые, как известно, имеют свойство легко сливаться со страстями толпы, слепо и глупо возомнившей себя всей полнотой народа.

Если же человек действительно верующий и воцерковлённый, если хождение в храм для него является императивной потребностью сердца, преодолевающей лень и праздность души и тела, если центром жизни человека являются Господь Бог и Его Церковь, здесь всё значительно сложнее. И сложнее по той причине, что в этом случае человеком и его поступками двигает не только его собственный разум, а его разум и совесть, соединённые с разумом и совестью Церкви. И если эго верующего воцерковлённого человека приходит в противоречие с разумом и совестью Церкви, он отвергает себя, смиренно соглашаясь с опытом Церкви.

И вот здесь верующий человек встречается с чрезвычайной для себя опасностью и риском. А что, если ты подчинишься голосу не Церкви, а тех, кто самочинно вещает от Её имени? Как распознать, как отличить действительное учение Церкви от земного учения Её функционеров, выдающих свои личные построения за учение Той, что является «столпом и основанием Истины»? И возможно ли такое? Увы, история доказывает, что да, возможно, и, более того, нередко случалось.

В «Братьях Карамазовых» Ф.М. Достоевский устами одного из своих героев рассказывает «Легенду о Великом инквизиторе». Это, по сути, есть горькая повесть об извращении учения Христова теми, кто завладел папским престолом в Римско-Католической Церкви. Пришедшему на землю Спасителю они заявляют: «Мы исправили

подвиг твой и основали его на чуде, тайне и авторитете. И люди обрадовались, что их вновь повели как стадо и что с сердец их снят наконец столь страшный дар, принесший им столько муки. Правы мы были, уча и делая так, скажи? Неужели мы не любили человечества, столь смиренно сознав его бессилие, с любовию облегчив его ношу и разрешив слабосильной природе его хотя бы и грех, но с нашего позволения? К чему же теперь пришёл нам мешать? И что ты молча и проникновенно глядишь на меня кроткими глазами своими? Рассердись, я не хочу любви твоей, потому что сам не люблю тебя. И что мне скрывать от тебя? Или я не знаю, с кем говорю? То, что имею сказать тебе, всё тебе уже известно, я читаю это в глазах твоих. И я ли скрою от тебя тайну нашу? Может быть, ты именно хочешь услышать её из уст моих, слушай же: мы не с тобой, а с ним, вот наша тайна! Мы давно уже не с тобою, а с ним…. Мы взяли от него то, что ты с негодованием отверг, тот последний дар, который он предлагал тебе, показав тебе все царства земные: мы взяли от него Рим и меч кесаря и объявили лишь себя царями земными, царями едиными, хотя и доныне не успели ещё привести наше дело к полному окончанию. Но кто виноват? О, дело это до сих пор лишь в начале, но оно началось. Долго ещё ждать завершения его, и ещё много выстрадает земля, но мы достигнем и будем кесарями и тогда уже помыслим о всемирном счастии людей».15

Уйди, не мешай нам, говорят те, кто воссел на папский престол. Мы лучше Тебя знаем, как сделать человечество счастливым, как освободить его от ненужных страданий, на которые обрёк его Ты, наделив каждого из них даром свободы.

Было бы наивным считать, что в «Легенде о Великом инквизиторе» Фёдор Михайлович делится своей тревогой о судьбе одного только католичества. Нет, речь здесь идёт не о католиках только, ставших заложниками воли римских пап, придумавших учение о своём наместничестве на земле. Великий инквизитор – это всякая церковная власть, искусившаяся лукавым и согласившаяся, что нет власти выше власти кесаря, и что долг всякого христианина не противиться ей. А чтобы легитимировать власть кесаря в глазах церковного народа, в умы верующих людей ненавязчиво, словно проникновение вируса, вкладывается теория о том, что всякая земная власть есть власть от Бога. И, соответственно, если ты посягаешь на власть земного правителя, ты посягаешь не на правителя, а на Самого Господа.

Но действительно ли это учение Церкви? Действительно ли Церковь учит, что всякая власть есть власть от Бога и ей надлежит повиноваться?

Да, это действительно так, - учит митрополит Сергий (Страгородский) и учинённый им Синод, впоследствие Московский Патриархат:

«Послание Заместителя Патриаршего Местоблюстителя Митрополита Нижегородского Сергия

Божиею милостию, Смиренный Сергий, митрополит Нижегородский, заместитель Патриаршего Местоблюстителя и Временный Патриарший Священный Синод Преосвященным Архипастырям, боголюбивым пастырям, честному иночеству и всем верным чадам Святой Всероссийской Православной Церкви о Господе радоватися.

Одною из забот почившего Святейшего Отца нашего Патриарха Тихона пред его кончиной было поставить нашу Православную Русскую Церковь в правильные отношения к Советскому Правительству и тем дать Церкви возможность вполне законного и мирного существования. Умирая, Святейший говорил: «Нужно бы пожить еще годика три». И, конечно, если бы неожиданная кончина не прекратила его святительских трудов, он довел бы дело до конца. К сожалению, разные обстоятельства, а главным образом выступления зарубежных врагов Советского Государства, среди которых были не только рядовые верующие нашей Церкви, но и водители их, возбуждая естественное и справедливое недоверие правительства к церковным деятелям вообще, мешали усилиям Святейшего, и ему не суждено было при жизни видеть своих усилий увенчанными успехом.

Ныне жребий быть временным Заместителем Первосвятителя нашей Церкви опять пал на меня, недостойного митрополита Сергия, а вместе со жребием пал на меня и долг продолжать дело Почившего и всемерно стремиться к мирному устроению наших церковных дел. Усилия мои в этом направлении, разделяемые со мною и православными архипастырями, как будто не остаются безплодными: с учреждением при мне Временного Патриаршего Священного Синода укрепляется надежда на приведение всего нашего церковного управления в должный строй и порядок, возрастает и уверенность в возможность мирной жизни и деятельности нашей в пределах закона.

Теперь, когда мы почти у самой цели наших стремлений, выступления зарубежных врагов не прекращаются: убийства, поджоги, налеты, взрывы и им подобные явления подпольной борьбы у нас у всех на глазах. Все это нарушает мирное течение жизни, создавая атмосферу взаимного недоверия и всяческих подозрений. Тем нужнее для нашей Церкви и тем обязательнее для нас всех, кому дороги ее интересы, кто желает вывести ее на путь легального и мирного существования, тем обязательнее для нас теперь показать, что мы, церковные деятели, не с врагами нашего Советского Государства и не с безумными орудиями их интриг, а с нашим народом и с нашим правительством.

Засвидетельствовать это и является первой целью настоящего нашего (моего и Синодального) послания. Затем извещаем вас, что в мае текущего года по моему приглашению и с разрешения власти организовался Временный при Заместителе Патриарший Священный Синод в составе нижеподписавшихся (отсутствуют преосвященные Новгородский митрополит Арсений, еще не прибывший, и Костромской архиепископ Севастиан, по болезни). Ходатайство наше о разрешении Синоду начать деятельность по управлению Православной Всероссийской Церковью

увенчались успехом. Теперь наша Православная Церковь в Союзе имеет не только каноническое, но и по гражданским законам вполне легальное центральное управление; а мы надеемся, что легализация постепенно распространится и на низшее наше церковное управление: епархиальное, уездное и т.д. Едва ли нужно объяснять значение и все последствия перемены, совершающейся таким образом в положении нашей Православной Церкви, ее духовенства, всех церковных деятелей и учреждений... Вознесем же наши благодарственные молитвы ко Господу, такое благоволившему о святой нашей церкви. Выразим всенародно нашу благодарность и Советскому Правительству за такое внимание к духовным нуждам православного населения, а вместе с тем заверим Правительство, что мы не употребим во зло оказанного нам доверия.

Приступив, с благословения Божия, к нашей синодальной работе, мы ясно осознаем всю величину задачи, предстоящей как нам, так и всем вообще представителям Церкви. Нам нужно не на словах, а на деле показать, что верными гражданами Советского Союза, лояльными к Советской Власти, могут быть не только равнодушные к православию люди, не только изменники ему, но и самые ревностные приверженцы его, для которых оно дорого, как истина и жизнь, со всеми его догматами и преданиями, со всем его каноническим и богослужебным укладом. Мы хотим быть православными и в то же время сознавать Советский Союз нашей гражданской родиной, радости и успехи которой наши радости и успехи, а неудачи – наши неудачи. Всякий удар, направленный в Союз, будь то война, бойкот, какое-нибудь общественное бедствие или просто убийство из-за угла, подобное варшавскому, сознается нами как удар, направленный в нас. Оставаясь православными, мы помним свой долг быть гражданами Союза «не только из страха, но и по совести», как учил нас Апостол (Рим. XIII, 5). И мы надеемся, что с помощию Божиею, при вашем общем содействии и поддержке, эта задача будет нами разрешена.

Мешать нам может лишь то, что мешало и в первые годы Советской Власти устроению церковной жизни на началах лояльности. Это – недостаточное сознание всей серьезности совершившегося в нашей стране. Учреждение Советской Власти многим представлялось каким-то недоразумением, случайным и потому недолговечным. Забывали люди, что случайности для христианина нет, и что в совершающемся у нас, как везде и всегда, действует та же Десница Божия, неуклонно ведущая каждый народ к предназначенной ему цели. Таким людям, не желающим понять «знамений времени», и может казаться, что нельзя порвать с прежним режимом и даже с монархией, не порывая с православием. Такое настроение известных церковных кругов, выражавшееся, конечно, и в словах, и в делах и навлекавшее подозрение Советской Власти, тормозило и усилия Святейшего Патриарха установить мирные отношения Церкви с Советским Правительством. Недаром ведь Апостол внушает нам, что «тихо и безмятежно жить» по своему благочестию мы можем, лишь повинуясь законной власти (I Тим. II, 2), или должны уйти из общества. Только кабинетные мечтатели могут думать, что такое огромное общество, как наша Православная Церковь, со всей ее организацией, может существовать в государстве спокойно, закрывшись от власти. Теперь, когда наша Патриархия, исполняя волю почившего Патриарха, решительно и безповоротно становится на путь лояльности, людям указанного настроения придется или переломить себя, и, оставив свои политические симпатии дома, приносить в Церковь только веру и работать с нами только во имя веры, или, если переломить себя они сразу не смогут, по крайней мере, не мешать нам, устранившись временно от дела. Мы уверены, что они опять и очень скоро возвратятся работать с нами, убедившись, что изменилось лишь отношение к власти, а вера и православно-христианская жизнь остаются незыблемы.

Особенную остроту при данной обстановке получает вопрос о духовенстве, ушедшем с эмигрантами за границу. Ярко противосоветские выступления некоторых наших архипастырей и пастырей за границей, сильно вредившие отношениям между правительством и церковью, как известно, заставили почившего Патриарха упразднить заграничный Синод (5 мая – 22 апреля 1922 года). Но Синод и до сих пор продолжает существовать, политически не меняясь, а в последнее время своими притязаниями на власть даже расколол заграничное церковное общество на два лагеря. Чтобы положить этому конец, мы потребовали от заграничного духовенства дать письменное обязательство в полной лояльности к Советскому Правительству во всей своей общественной деятельности. Не давшие такого обязательства или нарушившие его будут исключены из состава клира, подведомственного Московской Патриархии. Думаем, что, размежевавшись, так, мы будем обезпечены от всяких неожиданностей из-за границы. С другой стороны, наше постановление, может быть, заставит многих задуматься, не пора ли и им пересмотреть вопрос о своих отношениях к Советской Власти, чтобы не порывать со своей родной церковью и родиной.

Не менее важной своей задачей мы считаем и приготовление к созыву и самый созыв нашего Второго Поместного Собора, который изберет нам уже не временное, а постоянное центральное церковное управление, а также вынесет решение и о всех «похитителях власти» церковной, раздирающих хитон Христов. Порядок и время созыва, предметы занятий Собора и пр. подробности будут выработаны потом. Теперь же мы выразим лишь наши твердые убеждения, что наш будущий Собор, разрешив многие наболевшие вопросы нашей внутренней церковной жизни, в то же время своим соборным разумом и голосом даст окончательное одобрение и предпринятому нами делу установлеия правильных отношений нашей Церкви к Советскому Правительству.

В заключение усердно просим вас всех, Преосвященные Архипастыри, пастыри, братие и сестры, помогите нам каждый в своем чину вашим сочувствием и содействием нашему труду, вашим усердием к делу Божию, вашей преданностью и послушанием святой Церкви, в особенности же вашими за нас молитвами ко Господу, да даст Он нам успешно и богоугодно совершить возложенное на нас дело к славе его Святого Имени, к пользе Святой нашей Православной Церкви и к нашему общему спасению.

Благодать Господа Нашего Иисуса Христа и любы Бога и Отца и причастие Святого Духа буди со всеми вами. Аминь.

16/29 июля 1927 г. Москва».16

Но если митрополит Сергий прав, если, по его мнению, Советская власть заслуживает всенародную благодарность за внимание к духовным нуждам православного населения, если учреждение Советской власти есть действие Десницы Божией, если духовенство, не давшее письменного обязательства своей лояльности Советскому правительству, подлежит исключению из клира своей родной церкви, то как же тогда быть с решением Собора всей полноты Русской Православной Церкви от 22 декабря 1918 года (а это уже время власти в России большевиков): «Власть, обещавшая водворить на Руси право и правду, обеспечить свободу и порядок, проявляет всюду только самое разнузданное своеволие и сплошное насилие над всеми и в частности над Святою Церковью Православною. Все сие преисполняет сердце наше глубокою и болезненной скорбью и вынуждает нас обратиться к таковым извергам рода человеческого с грозным словом обличения и прещения по завету Св. Апостола: «согрешающих пред всеми обличай, да и прочии страх имут» (1 Тим. 4:20).

Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело, это - поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей – загробной, и страшному проклятию потомства в жизни настоящей - земной.

Властью, данною нам от Бога, запрещаем вам приступать к Тайнам Христовым, анафематствуем вас, если только вы носите еще имена христианские и хотя по рождению своему принадлежите к Церкви Православной.

Заклинаем и всех вас, верных чад Православной Церкви Христовой, не вступать с таковыми извергами рода человеческого в какое-либо общение «измите злаго от вас самех» (1 Кор. 5:13)».17

Что, неужели в 1927 году Советская власть и Советское правительство – это не те же самые имена большевистских лидеров, что глумились над Церковью в 1918-ом? Разве не они дали приказ расстрелять царскую семью, причисленную впоследствии к лику святых? Разве в 1927 году не в советских лагерях отбывали свои сроки тысячи священнослужителей и верующих мирян?

Так давайте всё же разберёмся, где мы слышим голос Церкви, которая есть «столп и утверждение Истины»: в 1918-ом, когда Она анафематствует богоборческую власть и заклинает верных чад Православной Церкви Христовой не вступать с ней в какое-либо общение, или в 1927-ом, когда Синод Московской Патриархии отлучает от клира и причисляет к раскольникам тех священнослужителей, которые не дают письменного обязательства лояльности Советскому правительству? Ответ всякому честному человеку очевиден.

Но почему же до сих пор дело митрополита Сергия, что называется, живёт и побеждает? Неужели прав Великий инквизитор, когда говорит Христу, что миллионы и миллионы пойдут за ним, инквизитором, а Его, Спасителя, как и прежде, изгонят из храма?

Тому есть, по крайней мере, три причины.

Первая – непонимание большинством верующих слов апостола Павла о повиновении властям, которыми так любят прикрываться апологеты Сергия (Страгородского). В самом деле, разве можно богоборческую Советскую власть, насильственным путём утвердившуюся в нашей стране, считать властью богоустановленной? Для ясного решения этого вопроса, необходимо внимательно прочесть все эти слова святого апостола и вдуматься в их истинный смысл, вопросив свою совесть: насколько сказанное апостолом Павлом может подходить к Советской власти? И чтобы уже окончательно разобраться в этом вопросе, нужно затем обратиться к святым отцам Церкви, дабы узнать, как они понимали и толковали эти слова.

Итак, вот что говорит апостол Павел: «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению. А противящиеся сами навлекут на себя осуждение. Ибо начальствующее страшны не для добрых дел, но для злых. Хочешь ли не бояться власти? Делай добро, и получишь похвалу от неё; ибо начальник есть Божий слуга, тебе на добро. Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое. И потому надобно повиноваться не только из страха наказания, но и по совести» (Рим. 13; 1-5).

Прежде всего отметим, что, по мнению специалистов, написано это было апостолом Павлом в 58 году новой эры, то есть за шесть лет до первого гонения на христиан при императоре Нероне. И, кстати, причиной этого гонения стало не преследование христиан за исповедование их веры в Господа, а попытка свалить вину за пожар в Риме на еврейскую христианскую общину, к которой местные римские жители традиционно относились недружелюбно. И вот что важно: как после этого первые христиане начали относиться к императору Нерону? Считали ли они его власть властью от Бога? Ответ ровно противоположный. С тех пор христиане почувствовали полное отвращение к Римскому государству. Нерон в глазах христиан стал антихристом, который ещё раз явится для борьбы против народа Божия, а Римская империя - царством демонов, которое в скором времени совершенно уничтожится с пришествием Христа и основанием благодатного царства Мессии.

Теперь давайте вдумаемся в смысл слов апостола Павла. Почему надо быть покорным высшим властям? Потому, пишет апостол, что эти власти «страшны не для добрых дел, но для злых». Потому, что эти власти «дают похвалу делающему добро». Потому, что эти власти «нам на добро». Потому, что эта власть есть «отмститель в наказание делающему злое».

И давайте теперь посмотрим, насколько богоборческая власть большевиков соответствует этим характеристикам. Собор Русской Церкви в 1918 году в своём анафематствовании свидетельствует: «Забыты и попраны заповеди Христовы о любви к ближним: ежедневно доходят до нас известия об ужасных и зверских избиениях ни в чём не повинных и даже на одре болезни лежащих людей, виновных разве только в том, что честно исполняли свой долг перед Родиной, что все силы полагали на служение благу народному…

Всё сие преисполняет сердце наше глубокою и болезненной скорбью и вынуждает нас обратиться к таковым извергам рода человеческого с грозным словом обличения и прещения…

Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы. Ведь то, что творите вы, не только жестокое дело, это - поистине дело сатанинское, за которое подлежите вы огню геенскому в жизни будущей - загробной и страшному проклятию потомства в жизни настоящей – земной».18

Выдающийся деятель Русской Православной Церкви Заграницей архиепископ Аверкий (Таушев) сказал об этом следующее: «Как может быть «властью от Бога» та власть, которая с Богом борется, поставляя при том свою борьбу с Богом за искоренение всякой религии одной из главных целей своей деятельности?

Разве мы не знаем, сколько зла причинила богоборческая советская власть Русской Земле, сколько невинной крови она пролила, скольких русских людей сделала несчастнейшими из смертных, сколько великих исторических святынь русского народа разрушила и осквернила, как надругалась она над душой православного русского человека, сколько всякой мерзости, низости, гнусности и самого разнузданного хамства внесла в русскую народную жизнь, искусственно вызывая и взвинчивая в душах всевозможные порочные и преступные инстинкты, возбуждая зверя в человеке, в том самом русском человеке, который так славился прежде своим смирением, кротостью, милосердием и самыми добрыми истинно-христианскими качествами души?

Можно ли, после всего этого и зная всё это, решиться сказать о начальствующих лицах советской власти, что они страшны не для добрых дел, но для злых?

Можно ли сказать о советской власти: Хочешь ли не бояться её? - Делай добро, и получишь похвалу от неё?

Не звучит ли всё это самой злой иронией?»19

Что называется, ни прибавить, ни убавить.

Посмотрим теперь, как понимали слова апостола Павла великие Вселенские учителя и святители, отцы Церкви.

Вот что говорит святитель Иоанн Златоуст: «Власти учреждены от Бога. Как это? Неужели всякий начальник поставлен от Бога? Не то говорю я, отвечает Апостол. У меня теперь идёт речь не о каждом начальнике в отдельности, но о самой власти. Существование властей, причём одни начальствуют, а другие подчиняются, и то обстоятельство, что всё происходит не случайно и произвольно, так чтобы народы носились туда и сюда, подобно волнам, — всё это я называю делом Божией премудрости. Потому Апостол и не сказал, что нет начальника, который не был бы поставлен от Бога, но рассуждает вообще о существе власти... Так как равенство часто доводит до ссор, то Бог установил многие виды власти и подчинения, как-то: между мужем и женою, между сыном и отцом, между старцем и юношей, рабом и свободным, между начальником и подчинённым, между учителем и учеником... А безначалие везде есть зло и бывает причиной беспорядка... Ведь от властей для государств бывают бесчисленные блага: если упразднить их, всё погибнет и не устоят ни города, ни сёла, ни дома, ни торжище и ничто другое, но всё ниспровергнется, так как более сильные поглотят более слабых...»20

Итак, от Бога, как учит Иоанн Златоуст, не какая-то конкретная власть того или иного начальника или правителя, а власть как таковая, сам институт власти. Иными словами, от Бога сам принцип иерархии, сама иерархия, которая позволяет сохранять мир Божий в порядке, не допуская хаоса и несправедливого насилия.

Другой великий и весьма авторитетный отец Церкви преподобный Исидор Пелусиот учит о власти в этом же духе: «Поэтому вправе мы сказать, что самое дело, разумею власть, то есть начальство и власть царская установлены Богом. Но если какой злодей беззаконник восхитит сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему изблевать сие лукавство, как фараону, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна жестокость, как царь вавилонский уцеломудрил иудеев».21

Таким образом, необходимо различать власть от Бога, которая есть Его благоизволение (таковой являлась, например, власть российских самодержцев, венчанных на царство Церковью Христовой), от власти беззаконных злодеев, восхищающих, то есть похищающих её, которая есть не Божье благоизволение, но результат Его попущения, в определённом смысле Его самоустранение, цель которого – обращение на правый путь заблудших. Вспомним поучительный мультфильм «Праздник непослушания», когда родителям пришлось покинуть своих любимых детей, дабы те, вдоволь пресытившись плодами своей вседозволенности и мнимой свободы, в слезном покаянии не призвали их вернуться. Вне всякого сомнения, и Временное правительство, а затем уже и большевистские Советы – всё это, как учит св. преподобный Исидор Пелусиот, беззаконные злодеи, восхитившие власть у законного её представителя. Всё это и есть Праздник Непослушания.

Вторая причина торжества дела митрополита Сергия (Страгородского) – это охлаждение в современных людях стремления к Правде и Истине. Протоиерей Георгий Митрофанов, профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии, участвовавший в комиссии по прославлению Московским Патриархатом Новомучеников и Исповедников Российских, с горечью замечает: «На деле широкого народного почитания новомучеников в нашей Церкви мы не встречаем. Канонизация новомучеников как будто стала способом их духовного забвения. Жизнь Церкви течёт сама по себе – так, как будто этих святых никогда не было. Советский менталитет, сформировавшийся в нашей стране, породил в душах наших соотечественников и единоверцев патерналистические настроения. Это духовное иждивенчество, особенно неприемлемое в Церкви, конечно же, имеет место и в отношении святых. Вот почему употреблю такое неблагочестивое слово: «рейтинг». «Рейтинг» блаженной Матроны на много порядков превосходит «рейтинг» новомучеников. Священнослужители уже давно кормятся от этих самых православных иждивенцев».22

Думаю, не погрешу против истины, если скажу, почему в Московском Патриархате нет широкого народного почитания новомучеников. Ответ на поверхности: эти святые по большей части и не имеют к Московскому Патриархату никакого отношения. Это не его святые. Его святые – это именно Матрона Московская, но не те Новомученики и Исповедники, которые отделились в своё время от митрополита Сергия и его Синода, не признав богоборческую большевистскую власть властью от Бога.

Первоиерарх Русской Православной Церкви Заграницей, священноисповедник Филарет (Вознесенский), незадолго до прославления в лике святых мучеников августейшей семьи Николая II, в одной из своих проповедей сказал: «Такого разгула лжи, неправды, всяких заблуждений, всяких духовных подделок и разврата никогда ещё человечество не видело. А почему? Потому что стало оно, как и предсказано в Священном Писании, равнодушным к Божественной Истине.

Вероятно, из вас многие читали Священную книгу Апокалипсис, и читали там, как Господь обращается к семи церквям. Причём святые отцы, которые толковали это место в Апокалипсисе, всегда говорили, что помимо того, что имело место обращение Господа к каждой церкви, под каждой церковью, под её жизнью подразумевался определённый период в жизни церковной от начала до конца. Причём последнее обращение Господа и Спасителя – это обращение к церкви Лаодикийской. Там Господь страшно говорит. Угрожающе говорит. Он говорит Ангелу-Возглавителю Лаодикийской церкви: «Знаю твои дела. Ты ни холоден, ни горяч. О, если бы ты был холоден или горяч! Но так как ты не холоден и не горяч, а тепл, то извергну тебя из Уст Моих». А по церковнославянски ещё резче: «Изблевати тя имам из Уст Моих», то есть отброшу тебя так, как организм отбрасывает от себя то, что ему противно и вредно. И дальше объясняет Господь: «Ты говоришь, что ты богат, а ничего не знаешь, что ты окаянен и будешь нищ». Но дальше Господь говорит: «Кого Я люблю, тех обличаю. Итак, будь ревностен и покайся!» Но вот этой ревности-то и покаяния как раз и не стало. Лаодикийцы наших дней! Людям стало всё равно. И это проявляется во многом. Например, существуют так называемые различные церковные юрисдикции, у которых нет молитвенного общения друг с другом. А люди идут то туда, то туда… Но Истина-то может быть только одна. Церковная Правда одна. Трёх или четырёх истин нет. Нескольких церковных правд нет. А вот люди, к сожалению, идут то туда, то сюда, везде, говорят они, одинаково служат. Очень хорошо на это ответил какому-то вопрошайке один православный пастырь. Тот как раз ему говорит: «Батюшка, какая разница, в какую церковь зайти, везде ведь одинаково служат. Те же молитвы, та же служба». А батюшка ему на это говорит: «У меня две монеты. Они совершенно одинаково выглядят! Но только одна монета настоящая, а другая фальшивая».

Так и теперь в наше страшное время. Если человеку Истина дорога, то он не вынесет никакой мысли о том, что Истина не здесь, а где-то в другом месте. Он непременно будет искать Её, потому что, повторюсь, Истина и Церковная Правда только одна. И его сердце верующее только тогда успокоится, когда он убедится, что Истина там, где он живёт, где он молится. Господь Иисус Христос в своё время Своим последователям говорил: «Не бойся, малое стадо, благоволил Господь дать именно вам Царство Свое». Малое стадо!

И вот на что я хочу обратить ваше внимание. На то, о чём многие совсем не думают. Отец архимандрит Константин, покойный редактор журнала «Православная Русь», глубокий христианский ум, из всех достижений Советской власти самым страшным считал то, что коммунизм создал свою лжецерковь, советскую, которую он подсунул народу несчастному вместо настоящей Церкви, которая ушла в катакомбы, скрылась с поверхности. Не думайте, что я преувеличиваю, или что отец Константин преувеличивает. Когда-то был Всероссийский Церковный Собор, в 1918-ом году. И вот вся Всероссийская Церковь во главе со своим Первосвятителем Патриархом Тихоном анафематствовала, отлучила от Церкви как самих богоборцев-безбожников, так и всех тех, кто будет сотрудничать с ними. Эту анафему никто никогда не снимал. Она наложена законной властью, и до сих пор она остаётся в полной силе. А вот в 1927-ом году возглавлявший тогда Русскую Церковь митрополит Сергий издал страшную и позорную Декларацию, в которой от лица всей Церкви объявил, что радости и успехи Советской власти – наши радости, её печали – наши печали. Объявил о полном сотрудничестве с богоборческой государственной властью. То есть, другими словами, получилось то, о чём мы читаем в молитве перед исповедью, когда священник, молясь о кающихся Господу Богу, в числе их грехов перечисляет, что они под свою анафему падоша, то есть попали под свою анафему. Так вот и митрополит Сергий и вся иерархия с ним согласная, под свою анафему падоша, потому что Синод их объявил о своём сотрудничестве с теми, кого Церковь анафематствовала. Под свою анафему падоша! Мало того, когда была издана эта позорная Декларация, то от официальной советской лжецеркви отделилась Катакомбная, Истинная Православная Церковь, которая, уходя в подполье, анафематствовала ещё раз советскую официальную церковь. Следовательно, эта церковь анафематствована два раза законной церковной властью.

Нас учит апостол Павел, что Церковь есть Тело Христово, что в Церкви пребывает Сам Иисус Христос и Его Благодать и Истина, которые в Нём и с Ним. А скажите, может ли верующий разум и сердце верующее допустить, что Христос находится в этой организации, которая сотрудничает с Его осатаневшими врагами? Хвалит их! Благословляет их! Я говорю своё мнение, но я убеждён, что в этой самой советской лжецеркви благодати нет и не может быть, потому что отступила она от верности Христу. Это моё глубокое убеждение. Я его не навязываю никому, но я говорю откровенно, как я думаю.

Часто говорят: но что же такое? Если это лжецерковь, то чем же виноват народ, который в этом не разбирается, что это лжецерковь. Он же не виноват! Вы, наверное, слышали часто такие речи. А я на это отвечаю: как же это не виноват? Народ знает, какая у него власть? Знает: богоборческая! Власть против Бога! Разве можно такую власть признавать? Но ему всё равно. Они её признают и ей повинуются. И так вместо Истинной Церкви получается лжецерковь.

Мы не произносим суда над каждой человеческой душой, которая верует в Бога и по своему стремится к Нему, это дело Божие. Но я лично допустить, что благодать Божия находится в советской лжецеркви никак не могу».23

С тех пор прошло немало времени, коммунизм рухнул сам собой, красный дракон сменил окраску, бывшие партийцы возглавили новые партии, но от Ангела-Предстоятеля Московской Патриархии никто никогда так и не услышал слов покаяния и достойных ему ревностных дел веры. Напротив, курс митрополита Сергия (Страгородского) признаётся нынешними иерархами абсолютно верным и спасительным. И не только иерархами, а и подавляющим большинством прихожан Московского Патриархата. Выбор Новомучеников и Исповедников Российских по прежнему чужд пониманию большинства верующих в России людей. И лишь единицы, как, например, тот же протоиерей Георгий Митрофанов, пытаются достучаться, докричаться до окаменевших в равнодушии людских сердец: «Когда мы вспоминаем собор новомучеников, благо такой день у нас существует, в кадильном дыму и колокольном звоне мы теряем самое главное – чувство исторической реальности. Мы не торжествовать в этот день должны, а каяться, потому что это день не торжества нашего, а позора, ибо мы отмечаем память лучших чад Христовых, которых уничтожили худшие чада Церкви Христовой. В центре нашей молитвенной памяти о новомучениках и исповедниках российских должно быть не столько прославление жертв гонений, сколько покаяние за деятельность палачей, ведь большинство из нас – потомки тех, кто Церковь либо гнал, либо Церковь не защищал»24. Глас вопиющего в пустыне.

Третьей причиной парадоксального соединения в одной человеческой душе оправдания действий митрополита Сергия и одновременно с этим прославления подвига Новомучеников и Исповедников Российских, является банальный страх маленького человека оказаться в меньшинстве. Из Евангелия известно, как многие принимали Христа, узнавали Его, но «страха иудейска ради», из страха быть отлучёнными от синагоги, вместе со всеми были вынуждены прокричать: «Распни Его, распни!»

«Но ведь Сергий своим сотрудничеством с богоборцами сохранил Церковь! Ведь если не с Сергием, это же тогда оказаться в расколе! Ведь тех, кто не признал Сергия своим архипастырем, сегодня ничтожное меньшинство!», - таков примерный набор аргументов современного православного конформизма.

Но если следовать этой порочной логике, подавляющее большинство Новомучеников и Исповедников Российских были самыми настоящими раскольниками, поскольку они сами сознательно отделились от молитвенного общения и единства с Синодом митрополита Сергия. Впервые в церковной истории разделение произошло не по каким-то каноническим или догматическим причинам, а в результате духовного и нравственного размежевания среди российского православного духовенства и народа.

Однако с падением коммунизма в тепло-хладной Московской Патриархии люди одинаково чтут и «мудрого» митрополита Сергия, и одновременно с этим в день памяти какого-либо новомученика громогласно поют: «Величаем тя, священномучениче (имя рек), и чтим честная страдания твоя, яже за Христа во утверждение на Руси Православия претерпел еси».

Незадолго до расстрела в своём последнем письме священномученик митрополит Казанский Кирилл (Смирнов) пишет иеромонаху Леониду (личность его не установлена): «Милость Господня да будет с Вами, боголюбивый о. иеромонах Леонид! Получил письмо Ваше и перевод на 10 р. Спаси Вас Господи за попечение о моих нуждах, только смотрите, чтобы это не было самому себе в обиду и лишение чего-нибудь необходимого.

По поводу Ваших недоумений относительно сергианства могу сказать, что те же самые вопросы и в такой же почти форме были обращены ко мне из Казани десять лет тому назад, и тогда я отвечал на них утвердительно, потому что считал всё сделанное митрополитом Сергием ошибкой, которую он сам сознает и пожелает исправить. К тому же среди рядовой паствы нашей было множество людей, не разбиравшихся в происшедшем, и нельзя было требовать от них решительного и деятельного суждения о событиях. С

тех пор много воды утекло. Ожидания, что митрополит Сергий исправит свои ошибки, не оправдались, но для прежде несознательных верующих членов Церкви было довольно времени, побуждений и возможности разобраться в происходящем, и очень многие разобрались и поняли, что митрополит Сергий отходит от той Православной Церкви, какую завещал нам хранить патриарх Тихон, и, следовательно, для православных нет с ним части и жребия. Спасутся ли пребывающие в сергианстве верующие, мы не можем знать, потому что дело спасения вечного есть дело милости и благодати Божией, но для видящих и чувствующих неправду сергианства было бы непростительным лукавством закрывать глаза на эту неправду и там искать удовлетворения духовных своих потребностей.

С митрополитом Иосифом25 я нахожусь в братском общении, благодарно оценивая то, что с его именно благословения был высказан от Петроградской епархии первый протест против затеи митрополита Сергия и дано было всем предостережение в грядущей опасности.

23 февр./8 марта 1937г.»26

Остаться пусть и гонимыми, но свободными во Христе, не поклониться антихристианской власти, не встать перед ней на колени, не встать на путь со-трудничества с ней, не признать её духовно законной – вот тот Ответ, который дали истинно-православные духовенство и миряне брошенному им Вызову богоборчества. Ответ полностью и во всём согласный с учением отцов Церкви.


Заключение

Выдающий русский философ Константин Николаевич Леонтьев однажды сказал: «Я пойду против моей Родины, если моя Родина пойдёт против Христа». Страшные слова. Честные слова. И, увы, пророческие слова. Их мог произнести только истинный христианин. Их мог сказать только настоящий христианский Сократ. Удивительное время, когда Родина и государство в сознании российских людей не были ещё разделены. Тогда и представить себе никто не мог, что пройдёт несколько десятилетий, и людям действительно придётся разбираться, где Родина, а где государство, и не просто разбираться, а и выбирать между ними.

Служение своей Родине через служение Христу, и служение Христу через служение своей Родине – вот в чём нравственный подвиг Новомучеников и Исповедников Российских. Сохранить в себе личность, образ Божий, сохранить себя неосквернённым от дел тьмы, не предать того самого святого, что есть в твоём сердце, не смешать в нём правду и ложь, не дать мутной воде лукавого мира и века сего отравить в твоей душе чистую воду реки, текущей в жизнь вечную, чётко осознать предел, за которым наступает духовная измена и перерождение и не переступить его (а ведь это сохранило бы тебе жизнь!), – вот чему учат нас новоявленные российские святые, ставшие достойными гражданами не только своего земного, но и Небесного Отечества. И это при том, что практически каждый из них закончил свой земной путь в ранге государственного преступника и «врага народа».

Достойны ли мы их подвига? В той ли мы Церкви, Которую отстояли непоруганной и нелукавствующей Новомученики и Исповедники Росиийские? И ради нас ли их подвиг был совершён?

Хочется верить, что да, достойны. Хочется верить, что да, ради нас. Было бы только покаяние. Было бы только стремление жить по правде.


Список использованных источников и литературы

  1. Мазырин Александр, иерей. Высшие иерархи о преемстве власти в Русской Православной Церкви в 1920-х – 1930-х годах – М.: Изд-во ПСТГУ, 2006. – 444 с.
  2. Священномученик Иосиф, митрополит Петроградский: Жизнеописание и труды // Сост.: М.С. Сахаров и Л.Е. Сикорская. – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Братонеж; СПб.: Кифа, 2011. – 648 с.
  3. Шумило В.В., Шумило С.В. Русская Истинно-Православная Церковь: происхождение, история. – Чернигов: Вера и Жизнь, 2012. – 68 с.
  4. Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти, 1917-1943 / Сост. М.Е. Губонин. М.: Изд-во ПСТБИ, 1994. – 1064 с.
  5. Галин В.В. Интервенция и гражданская война. (Серия: Тенденции) – М: Алгоритм, 2004. - 608 с.
  6. Емельянов Н.Е. Оценка статистики гонений на Русскую Православную Церковь с 1917 по 1952 гг. Богословский сборник. Вып. 3. М.: Изд-во ПСТБИ, 1999 г.
  7. Письма митрополита Кирилла (Смирнова). – Режим доступа: http://www.ipc.od.ua/ist0kirill.html
  8. Иван Ильин. О советской церкви. - Режим доступа: http://internetsobor.org/arkhiv-rptcz/biblioteka/arkhiv-rptcz/ivan-ilin-o-sovetskoi-tcerkvi
  9. Стихи Блока. Двенадцать. - Режим доступа: http://www.staratel.com/poems/begXX/block/dvenad.htm
  10. Послание святейшего патриарха Тихона от 19 января 1918 года. - Режим доступа: http://azbyka.ru/otechnik/?Tihon_Belavin/poslanie-patriarha-tihona-s-anafemoj-bezbozhnikam
  11. Декларация митрополита Сергия. - Режим доступа: http://drevo-info.ru/articles/2463.html
  12. Протоиерей Георгий Митрофанов, профессор Санкт-Петербургской Духовной Академии. Новомученики и исповедники российские – духовные предстатели своих церковных собратьев или небесные лоббисты своих земных иждивенцев. – Режим доступа: http://www.mitras.ru/seminary/2012-04-03.htm
  13. Архиепископ Аверкий (Таушев). Учение Церкви о власти. - Режим доступа: http://www.paraklit.ru/eres/MP/Averkij_O-vlasti.htm
  14. Ф.М. Достоевский. Легенда о Великом инквизиторе. - Режим доступа: http://prkas.ru/index.php?id=508

1 Тактика борьбы Советской власти с Православной Церковью