3.2 Русские народ Империи

Не моноэтническое государство, не государство-нация, Россия почти изначально была потенциально имперским государством. Начиная с объединения славянских и угро-финских племен под Рюриком и до гигантских масштабов СССР и территорий под его влиянием русский народ неуклонно шел по пути политической и простран ственной интеграции, имперостроительства и цивилиза ционной экспансии. При этом следует подчеркнуть, что русская экспансия имела именно цивилизационный смысл, и отнюдь не была утилитарной погоней за колониями или банальной борьбой за "жизненное простран ство". Не нехватка этого "жизненного пространства" и не экономическая необходимость подвигала русский народ все более расширять свои границы на Восток, на Юг, на Север, на Запад. Недостаток земли никогда не служил истинной причиной русского имперостроитель ства. Русские расширялись как носители особой миссии, геополитическая проекция которой состояла в глубинном осознании необходимости объединения гигантских территорий евразийского материка.



Политическая целостность евразийского пространст ва имеет для русской истории совершенно самостоя тельное значение. Можно сказать, что русские чувству ют ответственность за это пространство, за его состояние, за его связь, за его цельность и независимость. Макиндер справедливо считал Россию главной сухопут ной державой современности, которая наследует геополитическую миссию Рима, Империи Александра Великого, Чингисхана и т.д. Это "географическая ось истории", которая просто не может не осуществлять своего геополитического предназначения независимо от внешних и преходящих факторов.



Русский народ настолько связан с геополитической реальностью, что само пространство, его переживание, его осознание, его духовное восприятие сформировало психологию народа, став одним из главнейших определений его идентичности, его сути.



Реальное земное пространство не является чисто количественной категорией. Климат, ландшафт, геология местности, водные пути и горные хребты активно участвуют в формировании этнического и, шире, цивилизаци онного типа. С точки зрения геополитики, цивилизация и ее специфика вообще строго детерминированы географией и с необходимостью подчиняются особым качественным законам. Русские сухопутный, континенталь ный, северно-евразийский народ, при этом культурная специфика нации такова, что ее "душа" максимально предрасположена к "открытости", к осуществлению "интегрирующей" функции, к тонкому и глубинному процессу выработки особой материковой, евразийской общности.



Культурный фактор является естественным дополнением чисто геополитической предопределенности России. Геополитическая миссия осознается на культурном уровне, и наоборот, культура осмысляет, оформляет и активизирует геополитический импульс. Пространство и культура две важнейших составляющих русского народа как народа-имперостроителя по преимуществу. Не кровь, не раса, не административный контроль и даже не религия сделали из части восточных славян особую, ни с чем не сравнимую общность русский народ. Его сделали именно бескрайние евразийские просторы и предельная культурная, душевная открытость. Под знаком "пространства и культуры" были переосмыслены и этнические, и политические, и этические, и религиозные аспекты. Русские сложились, развились и вызрели как нация именно в Империи, в героике ее построения, в подвигах ее защиты, в походах за ее расширение. Отказ от имперостроительной функции означает конец существования русского народа как исторической реальности, как цивилизационного явления. Такой отказ есть национальное самоубийство.



В отличие от Рима (первого Рима), Москва, Россия имеют в своем имперском импульсе глубинный телеологический, эсхатологический смысл. Гегель развил интересную концепцию, что Абсолютная Идея в эсхатологи ческой ситуации должна проявиться в окончательном, "осознанном" виде в форме прусского государства. Однако в планетарном масштабе Пруссия, и даже Германия, взятые отдельно, геополитически недостаточны для того, чтобы к этой концепции можно было бы относиться всерьез. Россия же, Третий Рим, и религиозно, и культурно, и пространственно, и стратегически прекрасно соответствует подобному телеологическому взгляду на сущность истории и явно стремится исполнить именно эту миссию. Абсолютная Идея Гегеля в случае России есть духовный корень русского имперостроительства, тяготеющего к цивилизационному освоению континента-Ев разии. Нелепо прикладывать столь серьезные гегелевские критерии к "государству-нации", которое заведомо предполагает рядом с собой другие "государства-нации" со своими собственными целями, мифами и интересами. Сообщать такой относительной структуре качество абсолютной значимости довольно абсурдно. Но в случае гигантской Империи, основанной на специфических, во многом парадоксальных, а в чем-то и не совсем проясненных принципах совершенно другое дело, и не случайно древние Империи назывались "Священными Империями": качество "святости" сообщалось им исполнением особой духовной миссии, предначертательно прообразующей "Империю Конца", континентальное Царство Абсолютной Идеи.



Русский народ шаг за шагом двигался именно к этой цели. На каждом этапе расширения своего государства русские переходили на очередную ступень мессианского универсализма сначала сплотив восточных славян, потом включив в себя тюркский поток степей и Сибири, затем двинувшись на Юг, в пустыни и горы, и образовав, наконец, гигантский политический блок, контролирующий в советский период, буквально, полмира. Если осознать, что русский народ в своей сущности и есть этот имперостроительный процесс, волевой геополити ческий вектор создания "государства Абсолютной Идеи", то станет совершенно очевидным, что существование русского народа напрямую зависит от продолжения этого процесса, от его развития, от его интенсификации. Урезав или подавив этот вектор, мы поразим русских в самое сердце, лишим их национальной идентичности, превратим их в исторический рудимент, сорвем глобальный телеологический, эсхатологический планетарный процесс

< Назад   Вперед >

Содержание