Методологическое значение гипотезы.

Гипотезой называют высказывание или теорию (совокупность определенных высказываний), представляющих собой некото­рое, предположение, то есть предположительный ответ на не­который вопрос о существовании, о причинах какого-то явле­ния и происхождении его и т. п.

Например, предположение — до полета спутника вокруг Луны — о существовании гор и кратеров на обратной сторо­не Луны; гипотеза А. И. Опарина о происхождении жизни на Земле, гипотеза о происхождении Солнечной системы и т. п.

Предположительный характер гипотезы означает, что она не является не только доказанной, но и не обоснована в та­кой мере, чтобы считаться практически достоверной. С дру­гой стороны, научная гипотеза должна быть в той или иной мере обоснована: она должна быть согласована с имеющи­мися знаниями, фактами и, будучи выдвинутой для объясне­ния какого-то явления, она должна объяснять известные его стороны, характеристики и связи с другими явлениями.

Иметь гипотезы в качестве ответов на вопросы науки весьма полезно, даже если они мало обоснованы, поскольку они играют, по существу, ту же методологическую роль как и сами вопросы, на которые они отвечают. А именно, указы­вают направление научного поиска; но в отличие от вопроса гипотеза сужает это направление, конкретизирует его. Это происходит потому, что возникает возможность выведения следствий из гипотез, особенно следствий эмпирического ха­рактера, проверяемых путем наблюдения, эксперимента. Следствия именно указывают, в каком направлении должно осуществляться исследование для проверки их правильно­сти. Они позволяют соответствующим образом организовать наблюдение, спланировать эксперименты. Таким образом, гипотеза стимулирует и направляет развитие знания. В связи с чем ее часто и характеризуют как форму развития знания. При этом подразумевается, очевидно, то, что на­зывают гипотетико-дедуктивным методом познания. И гипо­тезы при этом, наряду с дедукцией, являются основными элементами этого метода.

Когда речь идет о разрешении сложных вопросов науки, возникают различные, так называемые конкурирую­щие гипотезы, являющиеся различными ответами на одни и те же вопросы (ряд гипотез о происхождении Со­лнечной системы, имеются различные гипотезы о происхож­дении жизни, Вселенной и т.д.). При этом указанные выше требования согласованности гипотез с известными знаниями и фактами, способность их объяснять предъявляются к каж­дой из конкурирующих гипотез. Однако по мере развития знания какие-то из этих гипотез исключаются, поскольку пе­рестают — по мере открытия новых фактов расширения знания вообще — удовлетворять этим требованиям.

Среди конкурирующих гипотез предпочтение отдается обычно тем, которые дают более простые объяснения, содер­жат меньше недоказанных предпосылок, и тем более таким, которые позволяют предсказывать какие-то новые явления и их характеристики, то есть если можно так выразиться, об­ладают большим коэффициентом эвристичности. С логиче­ской точки зрения это означает, что эти гипотезы более ин­формативны, дают возможность выведения из них более ши­рокого крута следствий. И как уже было сказано при харак­теристике гипотетико-дедуктивного метода развития знания, гипотезы в процессе развития знания конкретизируются, со­вершенствуются, и «выживающие» в конкурентной борьбе становятся все более и более обоснованными.

Подчеркнутая выше направляющая роль гипотез, предва­рительных решений вопросов вообще, проявляется в том, что к таким предварительным решениям прибегают не толь­ко в научном познании, но широко применяют их в юриди­ческой практике. Подобное предварительное решение во­проса в оперативно-следственной, судебной практике назы­вается версией. Иногда, правда, слово «версия» в юриди­ческой практике употребляют и в смысле «мнение», «точка зрения» участников юридического процесса (версия защиты и обвинения, версия истца и ответчика). В этом смысле «версия» уже не является, конечно, аналогом научной гипотезы.

Само слово «гипотеза» всем известно: в обиходе оно обознача­ет любое предположение. Обычно предположение так или иначе связано с проблемной ситуацией, т. е. с вопросом или с группой взаимообусловленных вопросов, возникающих в ходе какой-то деятельности. Не на всякие вопросы могут быть сразу даны однозначные ответы в виде категорических суждений; иной раз ответы принимают форму предположе­ний, догадок, допущений. В психологическом плане предпо­ложению соответствуют субъективные состояния, включаю­щие в себя известное сомнение, неуверенность в том, что дело обстоит так-то и так-то.

Именно поэтому предположения нуждаются в проверке. Иногда они легко и быстро проверяются какими-то неслож­ными действиями. Скажем, чтобы проверить возникшую догадку (если угодно, можно назвать ее гипотезой), что знакомый голос в соседней комнате принадлежит дяде Васе, достаточно открыть дверь; примерно так же просто проверя­ются предположения (и их при желании можно назвать ги­потезами) об источнике шума за окном, о том, что причиной болевых ощущений в ноге является гвоздь в подошве, что экран телевизора погас из-за сгоревшего предохранителя и т. д. Другие предположения (гипотезы) проверить сложнее. Таково, например, предположение, что буква «ф» реже дру­гих букв встречается в русских словах; таково возникшее у преподавателя подозрение, что студент-заочник Петров имеет тенденцию несамостоятельно (мягко говоря) выпол­нять контрольные работы; такова догадка о закономерной зависимости между ростом потребления наркотиков в дан­ном регионе и преступностью и т. п. Проверка подобных предположений требует определенных, достаточно длитель­ных, и, по существу, исследовательских действий (включаю­щих наблюдение, отбор материала и др.), направленных на то, чтобы исключить случайный результат.

Есть ситуации, когда предположения становятся исход­ным пунктом ряда весьма сложных интеллектуальных опера­ций, осуществляемых в соответствии с определенной методикой. Чтобы уяснить смысл этой методики, рассмотрим не­сколько примеров. Собрав некоторые фактические данные о преступлении, следователь выдвигает предположение (как всем известно, в юридической практике такие предположе­ния именуются версиями), что преступником является некий Икс. Далее он может рассуждать приблизительно так: «Если преступление совершил Икс, то: а) по всей вероятности, он руководствовался такими-то и такими-то мотивами, б) у него не может быть алиби, в) след правого ботинка, оставленный на месте преступления, должен совпадать со следом какого-то экземпляра его обуви, г) и т. п.». Эти вытекающие из предположения следствия и становятся далее объектом про­верки. Второй пример. Наблюдаемые врачом симптомы бо­лезни (жажда, похудание, утомляемость, сухость кожи) могут вызываться сахарным диабетом. Для проверки этой гипотезы производится анализ крови на гликемию (содержа­ние сахара), который либо подтверждает диагноз, либо за­ставляет заменить его новым предположением (те же симп­томы могут вызываться несахарным диабетом, некоторыми формами авитаминоза и т. д.). Как видим, и здесь объектом проверки стало выведенное из предположения следствие. И еще один пример. В черновиках разных рукописей Пушкина исследователи обнаружили шесть рисунков, изображающих пистолет. Случайны эти рисунки или каким-то образом свя­заны с реальными обстоятельствами биографии поэта? Не с мыслями ли о предстоящих дуэлях (как известно, в жизни Пушкина, особенно в молодые годы, их было достаточно много)? Чтобы проверить возникшую догадку, напрашива­ются такие действия: нужно по возможности точно датиро­вать каждый рисунок и далее попытаться ответить на вопрос, совпадают ли хронологически изображения пистолета с из­вестными (состоявшимися или намечавшимися) дуэлями Пушкина. Если такое соответствие удастся зафиксировать, предположение обретает определенную вероятность. И в этом примере проверяются следствия, выведенные из воз­никшей догадки.

Все три примера в некотором отношении однотипны, они основаны на следующих процедурах: 1) для объяснения или описания некоторого факта (события, процесса, вообще объ­екта или группы объектов) выдвигается предположение в виде суждения р 2) поскольку его истинностное значение не может быть установлено непосредственно, суждение рас­сматривается как логическое основание для выведения неко­торого множества следствий q. r. s и т. д.; 3) установление истинностного значения полученных таким способом след­ствий (путем их сопоставления с фрагментами имевшегося или приобретаемого в ходе исследования знания) позволяет надлежащим образом оценить и предположение. Именно этот смысл термина «гипотеза» принимается в логике. Гипо­теза — это возникающее в ходе интеллектуальной практики предположение, основу проверки которого составляют вы­водные операции с последующей истинностной оценкой получаемых следствий. В процессе разработки гипотеза может стать объектом доказательственных процедур, позволяющих сопоставить аргументы, подтверждающие или опровергаю­щие выдвинутое предположение. (С этой точки зрения достойно внимания происхождение термина гипотеза, который из греческого через латинский проник в европейские языки. Слово hipothesis складывается из приставки hipo («под») и не нуждающегося в переводе термина thesis. Таким образом, этимологически слово гипотеза может быть истолковано как подтезис или предтезис, т. е. то, что в ходе исследования имеет тенденцию превратится в тезис, стать объектом доказательства). )