Танк № 501 оказался полностью «сим­метричным» — вместо артиллерийской установки в его передней части, так же как и в кормовой, располагались два пулеме­та, что обеспечивало действительно кру­говой обстрел. Позже танк перевооружи­ли 57-мм пушкой на тумбовой установке.

Следует отметить, что 57-мм пушки Максима — Норденфельдта на тумбовых установках пригодились не только для тан­ков — 150 штук смонтировали на грузо­виках в качестве самоходных орудий ПТО.

Спереди и сзади к раме А7У крепи­лись буксирные крюки. В боевой обста­новке вырезы корпуса для них прикры­вались шарнирно укрепленными треу­гольными крышками. На минимальной скорости тяговое усилие достигало 15 т. Танк был укомплектован ЗИПом и шан­цевым инструментом.

Для питания электрооборудования (внутреннее и внешнее освещение) уста­навливался генератор. Из средств внут­реннего управления следует упомянуть указатель на цель. Он крепился на крыше корпуса над артиллерийской установкой и поворачивался командиром танка с помо­щью троса. Перед расчетом орудия над правым смотровым лючком располагалась панель с белой и красной лампочками: их сочетания означали команды «Заряжай», «Внимание» и «Огонь». Остальному эки­пажу, как и во всех танках того времени, командиру приходилось подавать коман­ды криком, перекрывая шум двигателей и трансмиссии. Средств внешней связи не предусматривалось. Надежность работы имевшихся радиостанций внутри трясу­щегося корпуса вызывала большие сомне­ния, не было уверенности и в эффектив­ности световой сигнализации. Семафоры быстро сбивались бы пулями, осколками или взрывной волной. Был, правда, пре­дусмотрен лючокдля сигнализации флаж­ками. Однако на практике управление све­ли к принципу «Делай как я», а при необ­ходимости приказы доставлялись посыль­ными. Существовал и вариант танка свя­зи, оснащенного радиостанцией с поруч-невой антенной на крыше корпуса, воору­женного только двумя пулеметами, с эки­пажем 11—13 человек, включая радистов и наблюдателей. Но, в отличие от англий­ских и французских «радиотанков», этот проект остался на бумаге.

В целом конструкция А7У воплощала в себе идею «подвижного форта», при­способленного более для круговой обо­роны, нежели для прорыва обороны про­тивника и поддержки пехоты. Увы, кру­гового обстрела в прямом смысле слова не получилось: из-за ограниченных уг­лов наведения орудия два сектора в пе­реднем направлении представляли собой мертвое пространство.

Основным производителем А7У стал завод фирмы «Даймлер» в Мариенфель-де. На этом же заводе, кстати, собирались и машины «Мариенваген». Стоимость по­стройки одного танка А7У в ценах 1917— 1918 годов составляла 250000 рейхсма­рок, из них 100000 марок приходилось на бронирование. До сентября 1918 года было собрано всего 20 А7У. Первую серию со­ставили танки на шасси № 501, 502, 505— 507 и 540—544. Номера танков второй се­рии — 525, 526, 527, 528, 529 (корпуса «Крупп»); 560, 561, 562, 563 и 564 (корпуса «Рехлинг»). Все танки второй серии име­ли тумбовые установки орудия.

Бронирование ходовой части, высту­пающие под рамой машины картеры бортовых передач и подвешенные под днищем спереди и сзади наклонные бро-нелисты вместе с высоким расположе­нием центра тяжести снижали проходи­мость машины. Танк мог уверенно дви­гаться по рыхлому грунту, но только по открытой местности без бугров, глубо­ких рытвин и воронок; легко опрокиды­вался при боковом крене, При переходе через проволочные заграждения колю­чая проволока просто затягивалась гу­сеницами и запутывалась в них, что ино­гда приводило к перегрузке и выходу из строя сцеплений.Бронирование ходовой части было применено по опыту собст­венной германской противотанковой обороны, часто «разбивавшей» откры­тые гусеницы английских танков.

На первом демонстрационном образце танка бронирование доходило до осей опорных катков. Экраны, закрывавшие ходовую часть, имелись и на серийных тан­ках, однако экипажи снимали их, открывая ходовые тележки — дабы грязь с верхних ветвей гусениц не забивалась в ходовую часть. Бронелисты, прикрывавшие на­правляющие и ведущие колеса, могли от­кидываться на петлях вверх. Для обслу­живания ходовой части в бортах предус­матривались также два небольших лючка, причем в крышке переднего был вырез для вывода выхлопной трубы. Лючок имелся также в нижнем кормовом листе.

Расположение командира и механика-водителя в поднятой рубке обеспечивало им неплохой обзор местности, однако силь­но затрудняло наблюдение за дорогой не­посредственно перед танком. Механик-водитель видел местность только в 9 м впе­реди машины! Поэтому в управлении ему помогали механики, наблюдавшие за ме­стностью через лючки в бортах под руб­кой. В отличие от английских тяжелых тан­ков (до появления МК V), всю физическую работу по управлению машиной механик-водитель выполнял один, причем она была легче и проще, чем у английских коллег. Два механика участвовали в управлении только «глазами и голосом». Большие размеры, и особенно высо­та танка, делали его хорошо видимой ми­шенью для артиллерии За громоздкий неуклюжий корпус и две дымящие трубы А7У прозвали в войсках «тяжелой поход­ной кухней». Вентиляция танка, как и на первых английских и французских маши­нах, оказалась неудовлетворительной. По сведениям одного механика-водителя А7У, температура внутри корпуса во вре­мя боя достигала +86°С — пожалуй, здесь не обошлось без преувеличения. На мар­ше экипажи предпочитали размещаться на крыше танка.

Как показал боевой опыт, обилие во­оружения и слабая подготовка экипажей приводили к тому, что пулеметчики ме­шали артиллеристам и наоборот. Вообще же неудачи, которые постигли немецкие танки впоследствии, следует отнести не только на счет недостатков конструкции, но и на счет малочисленности машин и степени обученности их "--типажей — у немцев просто не было времени и воз­можности провести должное обучение.

Послевоенные и современные танки

СССР/РОССИЯ

Началом отечественного танкостроения принято считать 1920 год, когда на заво­де «Красное Сормово» в Нижнем Новгороде было организовано производство пер­вых советских танков. В связи с ограниченными возможностями промышленности и отсутствием подготовленных кадров в области танкостроения все типы танков вплоть до середины 30-х годов создавались на основе изучения и использования зарубеж­ного опыта (главным образом английских и американских образцов).

Перед войной основу танкового парка составляли легкие танки Т-26 и БТ, в конст­рукции которых предпочтение отдавалось огневой мощи и подвижности. В войсках имелось некоторое количество средних танков Т-28 и тяжелых Т-35, а также танкетки.

Одним из главных факторов, повлиявших на ход сражений Великой Отечествен­ной войны, стало создание в предвоенные годы первоклассных машин отечествен­ной разработки — среднего танка Т-34 и тяжелого КВ. По сути, советские конструк­торы первыми в мире создали танки, в которых гармонично сочетались все боевые свойства. С этого времени советское танкостроение стало развиваться собствен­ным, самобытным путем.

К сожалению, производство этих машин не было развернуто в достаточном ко­личестве к началу войны. К концу 1941 года почти полностью был выбит довоенный танковый парк, находившийся в войсках западного направления. Заводы по про­изводству Т-34 и КВ были эвакуированы на восток. В этих условиях для восполне­ния в короткий срок потерь танков промышленность в большом количестве выпус­кала легкие танки Т-60 и Г-70. К 1943 году они уступили место на поле боя сред­ним и тяжелым машинам. Тогда были разработаны танки Т-34-85, ИС, большое семейство самоходных артиллерийских установок, практически выполнявших на поле боя задачи танков.

В послевоенные годы советские кон­структоры продолжали самобытный путь развития отечественного танкостроения и сохранили лидирующие позиции в мире. Советские средние танки Т-54/55, со­зданные на основе опыта войны, служи-ли эталоном для зарубежных конструкто­ров и состояли на вооружении более чем в 40 странах мира. Дальнейшее разви­тие получили тяжелые танки, в конструк­ции которых было реализовано много пе­редовых технических решений, не утра­тивших значения до настоящего време­ни. К сожалению, принятое в середине 60-х годов ошибочное решение о пре­кращении работ над тяжелыми танками закрыло многие перспективные разра­ботки. Единственным образцом легкого танка в послевоенный период стал пла­вающий танк ПТ-76, обладающий выда­ющимися водоходными качествами и со­стоящий на вооружении и поныне. )