блок программ возможной поддержки. Она включает

(1) помощь (гранты) государственным организациям из сферы разработки

химического оружия по тематике мирных проектов,

(2) поиск деловых партнеров со стороны ряда крупных и малых компаний

- участников программы IPP- и финансовую поддержку для

негосударственных организаций, осуществляющих разработку

альтернативных методов химического разоружения, которые могут

представлять коммерческий интерес в мирном приложении,

(3) гранты отдельным крупным ученым. Условия такой помощи четко не

оговорены и прежде всего предполагают довольно полную

информационную открытость российских участников.

В ответ на заявление представителя АО Платекс о готовности к

участию в партнерстве на условиях (2) при финансовой поддержке

со стороны США реализации плазмотермической технологии уничтожения

химического оружия, руководитель программы (2), президент индустриальной

коалиции USIC Н.Фолк сообщил, что для участия в реальных работах по

химическому разоружению нужно решение соответствующих государственных

инстанций США, тогда как его полномочия рамками (2) и ограничены.

По крайней мере, указанные виды помощи не имеют основной целью

прямую поддержку работ по химическому разоружению России.

На Совещании откровенно продемонстрирована финансово-политическая

и технологическая несостоятельность российской программы химического

разоружения. Минобороны РФ и ГСНИИОХТ монополизировали отбор технологий

уничтожения химического оружия, что привело к "победе" тупиковых решений.

Дороговизна программы уничтожения нашего химического оружия носит

искусственный характер и полностью определяется "победившими" технологиями

и ведомственными притязаниями на бюджетные ассигнования.

В связи с этим обращает на себя внимание отсутствие на Совещании

ключевых лиц в конкретной организации работ по реализации конвенции

в России из числа заявленных в первоначальной программе (П. Сюткин,

Ю.Тарасевич и др.).

Совещание может быть признано ограниченно полезным лишь для понимания

действительной российской проблемы и принятия неотложных мер по

выправлению ситуации.

3. Закон « Об уничтожении химического оружия»

11 декабря 1996 г. Государственная Дума России одобрила во втором чтении закон "Об уничтожении химического оружия". Голосовали думцы дружно, как велели.

--------------------------------------------------------------------

В нынешнем законе написано много красивых слов. Однако понять его суть несложно, указав на те места, где его создатели снова не хотят уступать.

В ст.7 государство берет на себя "обеспечение опережающего развития инфраструктуры в районах уничтожения химического оружия". В переводе на язык житейских реалий это означает, что военные построят в глубинке 7 новых объектов и городков при них. Закончив дела, они через 8-10 лет уйдут и все бросят. Жители глубинки в районах уничтожения химического оружия вновь останутся на бобах - кто без газа, кто без водопровода, кто без канализации, а кто без всего сразу. Потому что разница между понятиями "инфраструктура" и "социальная инфраструктура" столь же велика, как между словами государь и милостивый государь.

Что до 7 населенных пунктов, где химическое оружие уже хранится многие годы, о них и речи нет. Кто был никем, останется ни с чем. Нам говорят, что химическое оружие вроде бы лежит - и ничего, так что какой смысл учитывать интересы именно этих людей и строить им канализацию и водопровод.

Но, как говорится, не буди лихо, пока оно тихо. Протащив закон, военные получат деньги и начнут "боевые операции".

Начнут с разлива люизита по контейнерам на базе в Камбарке в Удмуртии. Последний пожар там случился в ночь на 1 октября сего года, и жителей о нем не известили - ни по радио, ни в газетах. Не снизошли. Впрочем, спастись рядовые жители уже не смогли бы, потому что если бы пожар перекинулся на склады с люизитом, люди не смогли бы надеть противогазы - средства защиты сгорели ДО ТОГО.

Потом дело дойдет и до химического арсенала в Марадыковском (Кировская область), где среди прочего хранятся кассетные авиабомбы (там отравляющее вещество и взрывчатка

запрессованы в одном корпусе, так что случись что, мало не покажется). Последний пожар недалеко от этой базы случился в мае текущего года. Сгорел торфобрикетный завод, до военно- химического арсенала огонь не добрался - помешали пожарные. Впрочем, пожарные могли этого и не делать, потому что денег на работу им не дали.

И так по всем 7 точкам нынешнего хранения химического оружия. Как только начнутся работы, как только все склады раскурочат и пойдут практические работы по перевалке химических авиабомб и миллионов химических снарядов, риск для жизни жителей резко возрастет. А вот обеспечить законодательно право этих людей на человеческую "социальную инфраструктуру" генерал Макашов А. не желает. Впрочем, до признания права этих людей на отселение от опасного соседа, если они не хотят жить в постоянном страхе, он тоже не захотел. Во всяком случае наша поправка к статье 18, регламентирующая это право, была отвергнута.

Я далека от мысли, что генерал не ведает, что творит. В конце концов, если он заглянул в закон хотя бы раз, то мог бы заметить словосочетание "чрезвычайные ситуации" - оно употребляется не менее 40 раз. Дело в том, что весь закон регламентирует правоотношения на случай только лишь чрезвычайных ситуаций, как если бы утечки отравляющих веществ при нормальной работе отсутствовали. Как если бы любое наше предприятие было опасно лишь в случае аварии.

Таким образом, люди, пострадавшие при "нормальной" работе объектов хранения и уничтожения химического оружия, лечения не получат (начнется процедура установления связи между здоровьем и деятельностью объекта, а опытные люди знают, что этот путь ведет только в тупик). Равно как и возмещения ущерба своему здоровью.

Впрочем, в том, что рядовые люди получат мало, я ошибаюсь. Когда дойдет дело до ответственности, то разделение труда генерал Макашов А. предлагает следующее. Представители государства будут нести "ответственность за действия (или бездействие), приведшие к возникновению чрезвычайных ситуаций". И все. Рядовым гражданам досталось больше - они будут отвечать не только за действия, приведшие к чрезвычайным ситуациям, но и "могут повлечь" их. Более того, рядовые граждане будут отвечать перед законом за любые действия, которые "могут повлечь или повлекли за собой снижение уровня безопасности".

Итак думцы - приняли этот закон, но Совет Федерации России этот закон отклонил.

Результаты голосования (14 час. 03 мин.)

За 47 26,4%

Против 64 36,0%

Воздержалось 15 8,4%

Голосовало 126

Не голосовало 52

Решение: НЕ принято.

А затем было принято постановление : считать данный Закон ОТКЛОНЕННЫМ и создание согласительной комиссии по данному вопросу.

Результаты голосования:

За 124 69,7%

Против 0

Воздержалось 0

Не голосовало 54

Решение: принято.

Итак, хотя и надо решать проблему уничтожения химического оружия, но мы еще не готовы к этому. Нет хорошо спланиравонного закона, не хватает материальной и технической базы, увы мы не готовы уничтожить то , что произвели.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ:

1. Сообщение UCS-INFO в электронной конференции relcom.ecology за 1996.

2. http://cci.glasnet.ru

3. Материалы международного рабочего научно-исследовательского совещания состоявшегося 18-20 ноября 1996 года в подмосковном пансионате «БОР» )