ЧУКЧИ.

ЧУКЧИ, (самоназвание, «настоящие люди»). Численность в Рос. Федерации 15,1 тыс. чел., корен­ное население Чукотского авт. округа (11,9 тыс. чел.), живут также на С. Коряк­ского авт. округа (1,5 тыс. чел.) и в Нижне-Колымском р-не Якутии (1,3 тыс. чел.), говорят на чукотском языке.

Ч. подразделялись на оленных — тундровых кочевых оленеводов (самоназвание чаучу — «оленный человек») и приморских — оседлых охотников на морского зверя (самоназвание анкалын — «бере­говой»), живущих совместно с эскимоса­ми. Эти группы были связаны родственными отношениями и натуральным обменом. Распространены самоназвание по месту жительства или кочевок: увелельыт — «уэленцы», «чаальыт» — «Ч., кочующие по р. Чаун», и т. п. Сохраняются, даже у жителей современных укрупнённых посёлков, назв. более мелких групп внутри посе­лений: тапкаральыт — «живущие на косе», гынонральыт — «живущие в центре» и т. п. Среди зап. Ч. распро­странено самоназвание чугчит (вероятно, от чаучу).

Первоначально прародиной Ч. счита­лось побережье Охотского м., откуда они продвинулись на С., ассимилируя часть юкагиров и эскимосов. Согласно современными исследованиям, предки Ч. и родственные им коряков обитали во внутренних р-нах Чукотки по меньшей мере 6 тыс.

область обитания эскимосов, частично ассимилировав их и частично воспри­няв многие черты их культуры (жиро­вые лампы, пологи, конструкцию и форму бубнов, промысловые обряды и праздники, пляски-пантомимы и др.). Длит. взаимодействие с эскимосами отразилось также на яз. и мировоззре­нии оленных Ч. В результате контактов сухопутной и мор. охотничьей культур у Ч. произошло экономическое разделение труда. В этногенезе Ч. также приняли участие юкагирские элементы. Кон­такты с юкагирами стали относит, ста­бильными на рубеже 13—14 вв., когда юкагиры под влиянием эвенов продви­нулись на В. в басе. р. Анадырь. Олене­водство сложилось у тундровых Ч., по-видимому, под влиянием коряков неза­долго до появления русских.

Первые упоминания Ч. в рус. доку­ментах — с 40-х гг. 17 в., подразделяют их на «оленных» и «пеших». Оленеводы кочевали в тундре и на побережье Ледовитого океана между Алазеей и Колымой, у мыса Шелагский и далее к В. до Берингова пр. Поселения «пеших» Ч. — оседлых морских охотников распо­лагались вместе с эскимосскими между м. Дежнева и зал. Креста и далее на Ю. в низовьях Анадыря и р. Канчалан. Численность Ч. в кон. 17 в. составляла ок. 8—9 тыс. чел.

Контакты с русскими первоначально сохранились в основном. на нижней Колыме. Попытки обложить нижнеколымских Ч. ясаком, военные походы против них в сер. 17 в. не принесли результатов. Из-за военных конфликтов и эпидемии оспы численность нижнеколымских Ч. резко сократилась, оставшиеся откочевали на В. После присоединения к России Кам­чатки население Анадырского острога, основанного в 1649, стало расти, что

С кон. 18 в. активизировались торг. контакты Ч. с русскими. Согласно «Уставу об управлении инородцев» 1822, Ч. не несли повинностей, ясак вносили добровольно, получая за это подарки. Установившиеся мирные отно­шения с русскими, коряками и юкагира­ми, развитие пастушеского оленевод­ства способствовали дальнейшему рас­ширению территории Ч. на 3.: к 1830-м гг. они проникли на р. Большая Барани-ха, к 1850-м — на нижнюю Колыму, к сер. 1860-х — в междуречье Колымы и Индигирки; на Ю. — на территория коряков между Пенжиной и бухтой Корфа, где были частично ассимилированы коряка­ми; на В. усилилась ассимиляция Ч. эскимосов. В 1850-х гг. в торговлю с приморскими Ч. включились американские китобои. Расширение территория обитания Ч. сопровождалось окончательным выде­лением территория групп Ч.: колымской, анюйской, или малоанюйской, чаун-ской, омолонской, амгуэмской, или амгуэмо-вонкаремской, колючино-мечигменской, онмыленской (внутрен­ние Ч.), туманской, или вилюнейской, олюторской, берингоморской (морские Ч.) и др. В 1897 численность Ч. составляла 11751 чел., ок. 60% их составляли тундровые Ч., ок. 40% — береговые, прожи­вавшие в 75 поселках. С кон. 19 в., вследствие истребления мор. зверя, численность береговых Ч. резко упала: к 1926 она составила 30% всех Ч. Современные потомки береговых Ч. живут в пос. Сиреньки, Н. Чаплино, Провидение, Нунлигран, Энмелен, Янракыннот, Инчоун, Лорино, Лаврентия, Нешкан, Уэлен, Энурмино на восточное побережье Чукотки.

В 1930 был образован Чукотский национальный округ (с 1977 — авт. округ). Для этнического развития Ч. в 20 в., особенно в период укрупнения колхозов и образования совхозов со 2-й пол, 50-х гг., характерны консолидация и преодоление обособ­ленности отдел, групп. Культурные раз­личия тундровых и береговых Ч. стира­ются и к наст. времени в Шмитовском, Беринговском, Чаунском и Анадырском р-нах практически исчезли. На В. Чукотки, где сохраняется традиции зве­робойный промысел, аккультурация береговых Ч. идет медленнее. Расширя­ются контакты Ч. с русскими и др. наро­дами, растет число смешанных браков (от 20 до 60%). Дети в смешанных бра­ках обычно выбирают чукотскую нацио­нальность.

Основные занятие тундровых Ч. — кочевое оленеводство, имевшее ярко выражен­ный мясо-шкурный характер. Использо­вали также ездовых оленей в упряжке. Стада отличались сравнит, крупными размерами, олени были слабо приучены, выпасались без помощи собак. Зимой стада держали в укрытых от ветра местах, перекочевывая по несколько раз за зиму, летом мужчины уходили со стадом в тундру, женщины, старики и дети жили в стойбищах по берегам рек или моря. Оленей не доили, иногда пастухи высасывали молоко. Для приманивания оленя пользовались мочой. Кастрирова­лись олени путем перекусывания семен­ных каналов.

Основные занятие береговых Ч. — охота на мор. зверя: зимой и весной — на нерпу и тюленя, летом и осенью — на моржа и кита. На тюленей охотились в одиноч­ку, подползая к ним, маскировались и подражали движениям животного. На моржа охотились группами по несколько байдар. Традиционное охотничье оружие — гарпун с поплавком, копье, ременная сеть, со 2-й пол. 19 в. распространилось огнестрельное оружие, методы охоты упростились. Иногда стреляли тюленей на большой скорости с нарт.

Рыболовство кроме бассейнов Анадыря, Колымы и Сауна было слабо развито. Промыслом рыбы занимались мужчины. Рыбу ловили сачком, удой, сетями, летом — с байдар, зимой — в проруби. Лосося заготавливали впрок.

До появления огнестрельного оружия охотились на дикого оленя и горного барана, впоследствии почти полностью истребленных; под влиянием торговли с русскими распространился пушной промысел. До наст. времени сохранилась охота на птиц с помощью «бола» — метательные орудия из несколько веревок с груза­ми, которые опутывали летящую птицу. Раньше при охоте на птиц пользовались также дротиками с метательной дощечкой, петлями-ловушками; гаг били в воде палками. Женщины и дети занимались также сбором съедобных растений. Для выкапывания корней пользовались ору­дием с наконечником из рога, позд­нее — железа.

Традиционные ремесла — выделка меха, плетение сумок из волокон кипрея и дикой ржи у женщин, обработка кости у мужчин. Развиты художеств, резьба и

гравировка по кости и моржовому клы­ку, аппликация из меха и тюленьей кожи, вышивка оленьим волосом. Для чукотского орнамента характерен мелкий геометрический узор. В 19 в. на восточном побе­режье возникли кустарные объедине­ния по производству резных предметов из моржовой кости на продажу. В 20 в. раз­вилась сюжетная гравировка по кости и моржовому клыку (работы Вуквола, Вуквутагина, Гемауге, Хальмо, Ичеля, Еттуги и др.). Центром костерезного искусства стала мастерская в с. Уэлен (соз­дана в 1931).

Во 2-й пол. 19 в. многие Ч. стали нани­маться на китобойные шхуны и золотые прииски.

Большинство современных Ч. занимаются традиционные занятиями в рамках оленеводческих и промысловых хозяйств. Часть занята в животноводстве, звероводстве, теплич­ном овощеводстве, сфере обслужива­ния, образования и здравоохранения. Семьи оленеводов живут в оседлых поселках; укрупнены поселения при­морских Ч. В 1989 более 1,5 тыс. Ч. про­живало в городах — Магадане, Ана­дыре. )