Важной частью аграрного законодательства Столыпина стала деятельность Крестьянского банка, скупавшего земли и перепродававшего затем их крестьянам на льготных условиях, причем часть расходов финансировалась государством.

Одним из способов наделения землей правительство выбрало путь переселенческой политики в Сибирь. Указом от 10 марта 1906 г. всем желающим без ограничений было предоставлено право на переселение. Правительство выделило средства на прокладку дорог, благоустройство на новом месте, медицинское обслуживание, общественные нужды. Пожалуй, это направление аграрной политики стало наиболее эффективным. За 1907- 1914 гг. в Сибирь переселилось 2,44 миллиона крестьян, или 395 тысяч семей. Население Сибири за годы колонизации выросло на 153 процента. Если до реформы в Сибири проходило сокращение посевных площадей, то после реформы те были расширены почти вдвое. По темпам развития животноводства Сибирь обгоняла европейскую часть России. Масло и сыр, изготовленные в Томской и Тобольской губерниях, стали широко известны не только в России, но и в Европе.

В то же время далеко не все из переселенцев сумели прижиться на новом месте; от 5 до 12 процентов крестьян вынуждены были вернуться в родные места. Сказывались недостаточная финансовая поддержка государства, отсутствие дорог, отдаленность районов, плохая адаптация к новым климатическим условиям, неурядицы во взаимоотношениях с местным населением. В целом активная переселенческая политика помогла несколько снять остроту аграрного вопроса в центре России, в какой-то мере оправдывая высказывание Столыпина "Дальше едешь - тише будешь!".

Оценивая аграрные реформы Столыпина, следует признать их целесообразными, с экономической точки зрения - необходимыми. С 1909-го по 1914 г. Россия производила зерна больше, чем основные ее конкуренты - США, Канада и Аргентина - вместе взятые. Конечно, надо иметь в виду, что во все эти годы были хорошие, а в 1909 и 1913 гг. рекордные урожаи, но столь разительные перемены положения дел в сельском хозяйстве напрямую связаны с проведенными реформами. Начался бурный рост вначале кредитных, а затем и производственных, сбытовых и потребительских кооперативов, оказывалась разносторонняя агрокультурная помощь: организовывались курсы по изучению, демонстрации и внедрению новых эффективных форм хозяйствования.

Однако Россия не стала процветающей страной. Не были решены проблемы, связанные с голодом и аграрным перенаселением. Сельское хозяйство по-прежнему развивалось экстенсивно, производительность труда в нем росла медленнее, чем в США и странах Западной Европы.

Для осуществления реформ такого масштаба не было создано должной финансовой и материальной базы, и оно форсировалось чисто административными мерами. Как известно, Столыпин считал, что реформы могут быть успешно осуществлены в течение 15-20 лет. Нельзя вполне согласиться с названными сроками, поскольку даже в маленькой Пруссии период перехода от общинного земледелия к хуторам занял 100 лет.

Реформы в России носили ярко выраженный политический характер. Столыпин никогда не скрывал, что ими он стремился потушить огонь крестьянских выступлений. В результате методы осуществления реформ вызвали неприятие их со стороны самых различных политических сил.

Следует подчеркнуть, что аграрные преобразования Столыпина были начаты с большим историческим опозданием, как минимум на сорок лет.

Помимо аграрных реформ Столыпин разрабатывал очень интересные законопроекты в политической, социальной и культурной областях. Именно он от имени правительства внес на рассмотрение III Государственной думы законопроект о страховании рабочих по инвалидности, старости, болезни и от несчастных случаев, об оказании медицинской помощи рабочим за счет предприятий, ограничении длительности рабочего дня для малолетних и подростков. Он вносил также на рассмотрение Николая II проект по разрешению еврейского вопроса. Мало кому известно то, что Столыпин был инициатором введения всеобщего бесплатного начального образования в России. С 1907-го по 1914 г. постоянно росли расходы государства и земств на развитие народного образования. Так, в 1914 г. на эти нужды выделялось средств больше, чем во Франции.

Столыпин стремился повысить образовательный и культурный уровень государственных чиновников и именно с этой целью предлагал увеличить зарплату учителям, служащим почт, железных дорог, священникам, чиновникам госаппарата.

Петр Аркадьевич участвовал также в разработке документов по политической реформе. Он предложил бессословную систему местного управления, по которой выборы в земстве должны были проводиться не по сословным куриям, а по имущественным, причем имущественный ценз должен был быть снижен в десять раз. Это значительно расширило бы число избирателей, за счет зажиточных крестьян. Столыпин планировал во главе уезда ставить не предводителя дворянства, а правительственного чиновника. Предложенная им реформа органов местного самоуправления вызвала резкую критику правительственного курса со стороны дворян.

В разработке национальной политики Столыпин не показал должной гибкости и деликатности, придерживаясь принципа "не утеснения, не угнетения нерусских народностей, а охранения прав коренного русского населения", который на деле часто оказывался приоритетом интересов русских вне зависимости от места их жительства. Столыпиным был предложен законопроект о введении земств в шести западных губерниях (Минской, Витебской, Могилевской, Киевской, Волынской, Подольской), в соответствии с которым земства должны были стать национально-русскими посредством выборов через национальные курии.

Характерна политическая линия Столыпина в отношении Финляндии, автономия которой была ущемлена. Возникла ситуация, связанная с необходимостью разграничения законодательных полномочий центра и региона из-за расхождения между финляндскими и общероссийскими законами. Петр Аркадьевич настоял на примате общероссийских законов, в то время как на сейме в Борго в 1809 г. Александром I было даровано автономное положение Великому княжеству Финляндскому.

Следует отметить, что Столыпин никогда не допускал высказываний, унижавших и оскорблявших национальные чувства малых народов. По своим глубоким убеждениям он был русским патриотом, он понимал необходимость развития национального самосознания, достоинства, сплочения нации. Весьма интересна и мысль Петра Аркадьевича о том, что "народы забывают иногда о своих национальных задачах; но такие народы гибнут, они превращаются в назем, в удобрение, на котором вырастают и крепнут другие, более сильные народы". Однако проводимая им политика отнюдь не способствовала разрешению национального вопроса.

Последние в его жизни проекты реформ были связаны с укреплением финансов за счет увеличения прямых и особенно косвенных налогов, повышения акциза на спиртные напитки, введения прогрессивного налога и налога с оборота. Впервые Столыпин поставил вопрос о реформировании промышленности - иностранные займы предполагалось использовать только на исследование недр земли, строительство железных дорог и особенно дорог с твердым покрытием. Предусматривалось создание семи новых министерств.

Политический курс, намеченный Столыпиным, вызвал резкую критику в его адрес со стороны как левых, так и правых политических сил. Интересно, что современники его политическое кредо пытались выразить в таких взаимоисключающих оценках, как "консервативный либерал" и "либеральный консерватор". В 1908 г. в средствах массовой информации началась резкая критика председателя Совета Министров. Консерваторы обвиняли его в нерешительности и бездеятельности, либералы навешивали на него ярлык "всероссийского губернатора", обвиняли в "диктаторских вкусах и повадках", социалистические партии выступили с резкой критикой внутренней политики, называли его "обер-вешателем", "погромщиком".

Резко ухудшились в это время отношения Столыпина с царем. Многие историки полагают, что Николай II опасался узурпации власти премьер-министром. Действительно, Петр Аркадьевич позволял себе иметь собственное мнение даже в тех случаях, когда оно расходилось с позицией царя. Он мог высказывать нелицеприятные замечания Николаю II, например, о том, что нельзя допускать возвышение роли Г. Распутина при дворе. Дворцовые сановники плели интриги за спиной Столыпина, ссорили его с императрицей, которая считала, что царь оказался в тени деятельного премьера. Когда Александре Федоровне донесли, что на обеде у жены Столыпина офицеры были при оружии, что было принято только за царским столом, она сказала:"Что же, были до сих пор две царицы, теперь будут три". )