Вступление.

Минуло много лет, но споры о значении царствования Екатерины и о ее личности, вопреки утверждению многих, так и не утихли. Все новые и новые поколения историков, литераторов, публицистов возвращались к событи­ям далекого и, казалось бы, хорошо изученного про­шлого, всматривались в дела и мысли той, кого современники называли «Семирамидой Севера», пытаясь понять, чем была для России эта необычная женщина, какое место занимает она в судьбе стра­ны, какой след оставила в ее истории. Екатерину и после ее смерти восхваляли и порицали, как восхваляют или по­рицают живого человека, стараясь поддержать или изменить его деятельность. И Екатерины II не миновал столь обычный и печальный вид бес­смертия — тревожить и ссорить людей после смер­ти. Ее имя служило мишенью для дискуссии противников и приверженцев ее политического направления. Уронить ее бюст или удержать на пьедестале значило тогда дать то или другое направление жизни.

Я считаю тему «Реформаторская деятельность Екатерины II» достаточно актуальной, потому что в наше политически и экономически нестабильное время очень сложно выбрать верный путь развития страны, и мне кажется, что ответ на вопрос о правильной дороге в нашей истории, которая, как известно, повторяется, а именно в деятельности Екатерины II скрыто руководство к действию будущих правителей.

Её правительство не разрушало все традиции и устои, а пользовалось положительными наработками своих предшественников, тем не менее ведя государство по собственной программе. И значительное место в этой программе занимали не только задачи вытекающие из практических потребностей времени (усиление могущества империи, укрепление государственного строя и позиций в нем дворянства и пр.), но и отвлеченные теории, усвоенные императрицей преимущественно из французской литературы - Вольтера, Дидро, Монтескье, Д’Аламбера. Это последнее обстоятельство и позволяет характеризовать ее время как период "просвещенного абсолютизма".

Смысл просвещенного абсолютизма состоял в политике следования идеям Просвещения, выражающейся в проведении реформ, уничтожавших некоторые наиболее одиозные феодальные институты (а иногда делавшие шаг в сторону буржуазного развития). Мысль о государстве с просвещенным монархом, способным преобразовать общественную жизнь на новых, разумных началах, получила в XVIII веке широкое распространение. Сами монархи в условиях разложения феодализма, вызревания капиталистического уклада, распространения идей Просвещения вынуждены были встать на путь реформ. В роли тогдашних "просветителей" выступали и прусский король Фридрих II, и шведский - Густав III, и австрийский император Иосиф II. В России же развитие и воплощение начал просвещенного абсолютизма приобрело характер целостной государственно-политической реформы, в ходе которой сформировался новый государственный и правовой облик абсолютной монархии.

Внутренняя и внешняя политика второй половины XVIII века, подготовленная мероприятиями предшествующих царствований, отмечена важными законодательными актами, выдающимися военными событиями и значительными территориальными присоединениями. Это связано с деятельностью крупных государственных и военных деятелей екатерининской эпохи: А.Р. Воронцова, П.А. Румянцева, А.Г. Орлова, Г.А. Потемкина, А.А. Безбородко, А.В. Суворова, Ф.Ф. Ушакова и других.

Впрочем, надо признать, что многие десяти­летия у нас в стране Екатерина II особой попу­лярностью среди историков не пользовалась. Ни школьник, ни студент не нашли бы на страницах своих учебников сведений о жизни императрицы, о ее личности, образе мыслей, творчестве. С 1907 по 1990 год ни разу не переиздавались «Записки» Екатерины, ее пьесы, статьи, сказки, научные со­чинения, законопроекты. Когда-то, еще в про­шлом веке, известная детская писательница и пе­дагог А.О.Ишимова, предваряя свое повествова­ние о царствовании Екатерины Великой, предуп­реждала юных читателей: «Вы будете удивляться делам этой государыни, как удивлялись некогда дети греков и римлян, слушая рассказы о знаме­нитых подвигах богов и героев своих». Большинству детей XX века слушать и читать ис­тории об императрице Екатерина II не довелось, хотя она была выдающимся политическим деятелем правившей Россией, и люди окружавшие императрицу были так же людьми незаурядными: Суворов, Ушаков, Фонвизин, Дер­жавин, Боровиковский и Баженов. Если имя Екатерины и попадалось им на глаза, то лишь в связи с описаниями ужасов крепост­ничества, восстанием Пугачева или рядом с не очень понятным, тогда, термином «просвещенный абсо­лютизм».

Увы, как говорится, «свято место пусто не бы­вает», и взамен серьезных и добротных исследо­ваний любителям истории долго приходилось удовлетворять жажду познания прошлого истори­ческими романами. Буйная фантазия многих ав­торов чаще всего рисовала Екатерину коварной, жестокой и развратной, главным занятием которой на протяжении трех с лишним десятилетий пребывания у власти было менять любовников. А между тем, книги совсем иного рода, где Екатерина описывалась, как один из самых выдающихся государственных деятелей в истории России, печатались в Англии, США, Германии, Франции, Италии. И уже в конце 1980-х годов посещавшие Москву западные ис­торики, увидев обилие на книжных лотках новых изданий о Петре I, с недоумением спрашивали: «Почему Петр? Почему не Екатерина?»

Двухсотлетняя годовщина со дня смерти Ека­терины Великой, отмечавшаяся в 1996 году, стала поводом для ученых разных стран вновь вспом­нить о той, суждения о которой все это время оставались крайне противоречивыми и неодно­значными. Видимо, это естественно, ведь всякая личность, а крупная личность особенно, всегда противоречива. Но дело не только в этом. Сколь­ко бы десятков самых серьезных, умных и глубо­ких докладов ни было бы написано, навер­ное, навсегда останется Загадка Екатерины. Ибо как иначе можно назвать то, что во второй по­ловине XVIII века в России — стране с такими устойчивыми традициями на троне оказалась женщина, да к тому же не имевшая ровно никаких прав на престол, да к тому же свергнувшая с него собственного мужа, законного государя, да к тому же иноземка, до конца жизни говорившая с не­мецким акцентом? И не просто «оказалась», но в «эпоху дворцовых переворотов», то есть во вре­мена, когда удержаться на троне было не так уж просто, пребывала на нем долгие 34 года, пока не сошла в могилу, оставляя по себе такую память, что даже известный своим мрачным взглядом на русскую историю Петр Чаадаев вынужден был признать: «Излишне говорить о царствовании Екатерины II, носившем столь национальный ха­рактер, что, может быть, еще никогда ни один народ не отождествлялся до такой степени со своим правительством, как русский народ в эти годы побед и благоденствия».

Как я уже сказал события второй половины XVIII века нам не могут быть безразличны, не только как часть нашей истории, но и потому, что иные проблемы той поры актуальны и сегодня, а многие мысли и суждения Екатерины II звучат так свежо и со­временно, будто высказаны только вчера. И лишь архаичное построение фраз и старомодные обо­роты, непривычные для нашего уха, выдают ав­тора, писавшего почти два века назад.

Жизнь всякого человека в сущности загадка, и даже он сам, к сожалению, не всегда в состо­янии объяснить свои поступки. Тем более непо­стижима жизнь человека, отдаленного от нас ве­ками истории. Ведь, пытаясь разобраться в его судьбе и характере, мы непроизвольно сравниваем его с собой, «переводим» слова и поступки двух­сотлетней давности на современный язык — со­всем иной, чем тот, на котором говорил он сам. А значит, мы обречены на ошибку. Но осо­знание этого парадокса не может служить пре­градой нашему желанию познать прошлое, и по­тому стоит попробовать вновь приглядеться к дол­гой, наполненной яркими событиями жизни Ека­терины II, к перипетиям ее судьбы, к мыслям и поступкам императрицы. И тогда, быть может, завеса тайны немного приоткроется, и мы, если не прикоснемся к истине, то, по крайней мере, ощутим, что она близко. )