В августе 1914 года Ленин перебрался в нейтральную Швейцарию, где выдвинул лозунг поражения своего правительства и превращения империалистической войны в войну граж­данскую. Первоначально позиция Ленина привела его к изоляции даже в социал-демократи­ческой среде. Вождь большевиков, по-видимому, не считал злом возможную в этом случае оккупацию России Германией. В эти годы Ленин был занят теоретической работой. В своей книге «Империализм как высшая стадия капитализма» (1916 г), утверждал, что капитализм полностью исчерпал возможности экономического развития. Однако в январе 1917 года пи­сал, что «мы, старики, не доживем до грядущей революции», которая грянула через два ме­сяца. О Февральской революции узнал из газет, начал готовится к возвращению в Россию.

То, что произошло в России в феврале-марте 1917 года, было полной неожиданностью для большинства российских граждан — от царя до революционеров. Получив сообщение о революции в России, Ленин тотчас телеграфировал члену Петроградского комитета РСДРП(б) А. Г. Шляпникову: «никаких контактов с другими партиями». Прибывшие в Петроград члены ЦК Л. Б. Каменев и И. В. Сталин, возглавив редакцию «Правды», взяли курс на союз с мень­шевиками в Петросовете и ограниченное сотрудничество с Временным правительством. Вот почему ленинские «Письма издалека» (о тактике и стратегии большевиков в новых условиях) убедили их в полной оторванности Ленина от российских реалий, который за исключением нескольких недель отсутствовал в России 17 лет(!). В «Правде» было опубликовано (да и то с купюрами) лишь первое письмо из четырех.

Возвращение в Россию

Ленин прибыл в Петроград, через вражескую Германскую территорию в опломбирован­ном вагоне, 3 апреля 1917 года. Увидев выстроенный для его приветствия почетный караул, он сказал жене: «Наденька, сейчас меня арестуют». Но поняв, что никакой опасности для него нет, произнес страстную речь, взобравшись на броневик на Финляндском вокзале. Встречен­ное овацией выступление Ленин закончил словами: «Да здравствует всемирная социалисти­ческая революция».

4 апреля он предложил программу перехода от буржуазно-демократической революции к революции социалистической под лозунгом «Вся власть Советам!» («Апрельские тезисы»). Вот как оценил эту программу Плеханов: « . безумная и крайне вредная попытка посеять анархическую смуту на Русской земле». Одной из главных причин быстро растущей популяр­ности Ленина в массах стали безудержный популизм и неприкрытая демагогия.

На Первом съезде Советов в июне 1917 года, где за Лениным стояло всего 10% делега­тов, он заявил: «есть такая партия, готовая взять власть — это партия большевиков». К этому времени ленинская арифметика революции сводилась к тому, что солдаты — те же крестьяне; как солдаты они хотят мира, как крестьяне — земли. Но кроме обещаний мира, земли и бес­платного хлеба, отнятого у богатых, нужен был политический лозунг, и Ленин выдвигает простой и доступный лозунг: «Вся власть Советам!». Он не устает разъяснять на митингах, собраниях содержание Апрельских тезисов и лозунга, призывавшего встать под знамена Со­ветов.

Июльские события. Выступление Корнилова

После безуспешных действий, начале июля 1917 года в связи с тем, что русское наступ­ление на Германском фронте захлебнулось, встал вопрос о переброске части петроградского гарнизона на передовую. Начались волнения среди полностью разложенного большевиками гарнизона, и часть руководства большевиков во главе с Лениным попыталась захватить власть, но неудачно. В результате Июльского кризиса большевиков обвинили в изменниче­ской деятельности в пользу Германии, Ленин и Зиновьев были вынуждены скрываться в Раз­ливе, в окрестностях Петрограда (там была написана Лениным книга «Государство и револю­ция»). Затем Ленин был тайно переправлен в Финляндию. Вождь большевиков считал, что двоевластие (Временное правительство — Советы) закончилось. Поскольку Советы стали бессильным придатком Временного правительства, Ленин снял лозунг «Вся власть Советам!» и выдвинул новый: «Курс на вооруженное восстание!». Частая смена основных лозунгов, чего не могла себе позволить ни одна серьезная политическая партия, стала привычным инстру­ментом Ленина в борьбе за власть.

В конце августа 1917 года на Петроград двинул войска монархист генерал Корнилов, против которого выступили и большевики. Тем самым они реабилитировали себя в глазах со­циалистических партий. Впоследствии Керенский, спасший Ленина от суда и ареста, по­скольку считал, что немецкие деньги большевиков могут лечь пятном на всю демократию, писал о большевистском лидере: «Без корниловского мятежа не было бы Ленина». С начала осени 1917 года революция все более и более перерождалась в бунт. Временное прави­тельство во главе с эсером Керенским из капиталистического превращалось в социалистиче­ское, сдвигаясь все время влево, но догнать Ленина уже не успевало.

Накануне

Ленинские письма из Финляндии напугали своим радикализмом самых решительных членов ЦК, Бухарин вспоминал: «Письмо (от 29 сентября) было составлено чрезвычайно ре­шительно и угрожало всякого рода штрафами. Мы все были ошарашены, ЦК единогласно по­становил сжечь письмо Ленина». Вождь требовал практической подготовки вооруженного восстания, грозил выйти из ЦК, обратиться к массам и разогнать руководство партии.

В начале октября Ленин нелегально возвращается в Петроград. На заседаниях ЦК пар­тии 10 и 16 октября Ленин и Троцкий добиваются от ЦК принятия резолюции о вооруженном восстании. Ленин аргументировал свою позицию тем, что Европа вот-вот разрешится рево­люцией; Антанта и немцы готовы сговориться, чтобы задушить революцию в России; народ выступает за большевиков; готовится новая корниловщина; Керенский решил сдать Петро­град немцам. Несмотря на то, что аргументы Ленина были, мягко говоря, малоубедитель­ными, он оказался прав в главном — власть валялась на мостовой, защищать Временное пра­вительство никто не хотел. Причем Ленин понимал, что свергнуть Временное правительство нужно непременно до Второго съезда Советов, чтобы поставить его перед фактом. Только то­гда возможно установление чисто большевистской власти, ленинской.

Октябрьская революция

С 20 по 24 октября ЦК фактически не допускал Ленина в Смольный, он появился там без предварительного согласования вечером 24. Именно с этого момента ленинская энергия, воля, работоспособность становятся поистине титаническими. Его статьи («Большевики должны взять власть», «Марксизм и восстание», «Советы постороннего»), написанные в это горячее время, — непосредственное тактическое руководство по захвату власти.

В своем «Письме в райкомы», с помощью которого он хотел через райкомы надавить на все еще колебавшийся ЦК, Ленин настаивает на решительных действиях: «Правительство ко­леблется. Надо добить его во что бы то ни стало! Промедление в выступлении смерти по­добно». Выступление было успешным, власть оказалась в руках большевиков, причем взятие Зимнего Дворца не представляло никаких трудностей.

Утром 25 октября Ленин пишет обращение «К гражданам России»: «Временное прави­тельство низложено», несмотря на то что Временное правительство еще заседало в Зимнем дворце. Ленин пишет декреты о мире, о земле (заимствовав программу эсеров), об образова­нии Временного рабочего и крестьянского правительства — Совета народных комиссаров (СНК), одновременно распоряжение Военному революционному комитету: «Временное пра­вительство должно быть арестовано нынешней ночью, иначе ВРК будет расстрелян». Нача­лась новая эра — «вышло чудо» (Ленин об Октябре). «Не было бы Ленина — не было бы Ок­тября» (Троцкий).

Первые шаги советской власти

Суть послеоктябрьских политических маневров Ленина — не допустить коалиционного (так называемого «однородного» — от народных социалистов до большевиков) социалисти­ческого правительства (причем в противовес позиции ЦК добиться создания такового без Ле­нина и Троцкого). Против Ленина выступили Каменев, А. И. Рыков, В. П. Милютин, В. П. Но­гин, Зиновьев, Д. Б. Рязанов, А. В. Луначарский. Но Ленину удается настоять на своем — сформировать правительство большевиков и их союзников, где все ключевые посты заняли ленинские выдвиженцы. Сам Ленин был избран председателем Совнаркома, который должен был работать до созыва Учредительного собрания (январь 1918 года). )