Начался выпуск денег, не обеспеченных золотом. Доля золотого обеспечения уменьшалась с 98% (июль 1914 года) до 51,4% (январь 1915), 28,7% (январь 1916) и 16,2% (январь 1917). При сокращении количества товаров это вело к обесценению рубля. Были выпущены внутренние займы, но их реализация прошла неудовлетворительно. Облигации, выпущенные в октябре 1916 года, принесли лишь 150 млн. рублей выручки. Курс рубля падал. 1916 г. январь – падение курса бумажного рубля до 56 коп. В начале войны казначейство выпустило в виде банкнот 1,5 млрд. рублей, увеличив тем самым вдвое денежную массу. Приводимая далее таблица наглядно демонстрирует зависимость роста цен от выпуска бумажных денег в России в период войны:

Период Объем денежной Рост объема Рост цен (%)

массы, денежной массы

находившейся в (%, июнь 1914 -

обращении 100%)

(млн.руб.)

1914: пер.полов. 2370 100 100

1914: втор. полов. 2520 106 101

1915: пер. полов. 3472 146 115

1915: втор. полов. 4725 199 141

1916: пер. полов. 6157 259 238

1916: втор. полов. 7972 336 398

Война произвела огромные изменения в народном хозяйстве. Все крупные отрасли промышленности и значительная доля кустарного хозяйства были привлечены к работе на нужды войны. Текстильная промышленность отдавала на войну 70% своего производства. Металлическая промышленность – 80% лучших сортов стали и железа. Удовлетворение нужд невоенного хозяйства и частного потребителя отодвигалось на задний план.[3]

Несмотря на усиленный спрос, который страна предъявляла к промышленности, последняя не только не увеличивала своей производительности, но, наоборот, обнаруживала довольно ощутимое и неуклонное падение. По данным, которые приводит А.Г.Шляпников, добыча угля за второе полугодие 1914 года была равна 912 миллионам пудов угля, а за первое полугодие 1916 года уже только 856 миллионам пудов. Россия лишилась Домбровского бассейна, перестал ввозиться английский уголь. В Донецком бассейне скапливались большие запасы угля вследствие расстройства транспорта.

Производительность горнозаводских районов за время войны показывала стремление к постоянному падению. Например, производство чугуна за месяц январь 1914 года было по всей стране 24,3 миллиона пудов, январь 1915 года дал уже 20,1 миллиона пудов, в январе 1916 года выработка его была равна 19,3 миллиона пудов, а январь 1917 года дал только 18,3 миллиона. Подобное колебание и уклон вниз наблюдался и в производстве полупродуктов железа и стали. Предприниматели объясняли такое падение тем, что на войну были отправлены лучшие рабочие предприятий, а на смену им шли женщины и подростки, военнопленные и китайцы. Их труд был менее производительным. Так, в каменноугольной промышленности за время войны добыча угля на долю одного рабочего в январе 1915 года была равна 786 пудам, в январе 1916 года – 721 пуду, а в октябре того же года – только 600 пудам.

Трудные времена переживали рабочие. Повсеместно был удлинен рабочий день. Снижались расценки при сдельной оплате труда. В условиях инфляции реальная заработная плата падала. Номинальный рост заработной платы буквально не успевал за обгонявшим его вздорожанием стоимости жизни уже с весны 1915 г. В 1916 г. номинальная плата рабочего равнялась в среднем 478 руб., а реальная – 210 руб.

Война привела в расстройство транспорт. Железные дороги не имели достаточной сети и необходимого подвижного состава.

На войну пришлось мобилизовать около 15 млн. человек. По подсчетам министерства земледелия, из 17,6 млн. лиц взрослого мужского населения, занимавшегося до войны сельскохозяйственным трудом, было призвано в армию в европейской части страны более 11 млн., т.е. около 60%. Направление на сельскохозяйственные работы 640 тыс. военнопленных в 1916 г. не могло восполнить эти потери.

Положение деревни стало бедственным из-за реквизиций лошадей и скота для армии. Было реквизировано 2,6 млн. самых рослых и выносливых лошадей. Во время войны увеличилось потребление мяса в стране, так как норма для солдат составляла 6 пудов мяса в год, или 8 кг в месяц. Поэтому убой скота составил 10 млн. голов. Намного сократился ввоз сельскохозяйственных машин и минеральных удобрений. В Европейской России сократилась посевная площадь: даже без учета потерянных территорий это сокращение составило 6,5 млн. десятин. Увеличение посевов на Северном Кавказе и в Сибири не компенсировало этих огромных сокращений, а потому, несмотря на хорошие урожаи 1914, 1915 и 1917 годов, в стране уменьшились валовые сборы хлебов (общее сокращение сборов составило 542 млн. пудов).

В целом положение с производством хлеба не было катастрофическим. В период войны был введен “сухой закон” и прекращено винокурение (зерно перестали перегонять в водку). Сбор за 1914 – 1916 гг. 13,5 млрд. пудов продовольственных и кормовых хлебов мог обеспечить все нужды населения и армии. За эти же годы правительство закупило для армии 1,4 млрд. пудов, или 10% валового сбора и 50% товарного хлеба.

Положение крестьянства ухудшалось в связи с увеличением налогов по закону 24 декабря 1914 г. Возросли натуральные повинности, особенно в прифронтовых районах.

В период войны быстро росли крестьянские кооперации: кредитные, потребительские, производственные. К 1917 г. в России было 35 тыс. потребительских коопераций с 11,5 млн. членов, 16 тыс. кредитных с 10,5 млн. членов, 5-7 тысяч производственных сельскохозяйственных обществ с 1,8 млн.членов и 2,5 тыс. молочных с 0,5 млн. членов. Общее число членов коопераций 16 - 18 млн., а с семьями примерно до 80 млн. человек, что составляло большинство сельского населения.

Особенностью развития коопераций всех типов в период войны было объединение их в крупные союзы. Крупнейшими кооперативными объединениями в стране были Московский союз потребительских обществ, Центральное товарищество льноводов, Южно-Российское кооперативное зерно, Сибирский союз маслодельческих артелей, Закупсбыт и др.[4]

Итак, мы видим, что экономика России претерпела крупные изменения с начала Первой Мировой войны. Экономическое положение страны резко ухудшалось, что привело к кризисам в продовольственной и транспортной сферах.

1.2. Политическая обстановка накануне Февраля.

Убедившись в том, что царское правительство не справится с задачей довести войну до “победного конца”, буржуазия в лице своих общественных организаций поставила целью создать такое правительство, которое выполнит исторические задачи буржуазии. С этой целью и было выработано соглашение между различными фракциями Государственной Думы и Государственного Совета об образовании парламентского блока.

22 августа 1915 г. образовался “прогрессивный блок”[5], в состав которого вошли кадеты, прогрессисты, октябристы, центр, прогрессивные националисты. В программе блока отмечалось, что только сильная, твердая и деятельная власть, опирающаяся на доверие страны, может довести войну до победы. В ней указывалось на необходимость осуществлять начала законности, сохранить внутренний мир, обновить местную администрацию, амнистировать лиц, осужденных по политическим и религиозным делам, решить межнациональные вопросы. В программе блока говорилось о необходимости разрешить деятельность профессиональных рабочих союзов, утвердить законопроекты об уравнении прав крестьян с правами других сословий, ввести волостное земство, издать земские учреждения на окраинах страны и т.д. С помощью этой программы умеренных либеральных реформ блок хотел предотвратить надвигающуюся революцию.

Вне блока остались думские фракции правых и националистов, безоговорочно поддерживающие правительство, а также трудовики и меньшевики, которые практически проводили линию блока.

Деятельность блока после его создания была направлена на организацию оппозиционных сил для давления на правительство в целях достижения победы в захватнической войне и увеличения доли прибылей и участия буржуазии в управлении страной. Центральным пунктом программы “прогрессивного блока” была замена кабинета Горемыкина “кабинетом общественного доверия”. )