24 июня, в середине дня, Покалюхин получил сведения , что Александр Антонов со своим братом Дмитрием пришли к Катасоновой и пробудут у нее дотемна , после чего снова уйдут в лес. Медлить было нельзя. Через два-три часа оперативная группа (их было 7 человек) была доставлена в Уварово, где они замаскировались под плотников: карабины завернули в мешки, наганы спрятали под рубахи, в руки взяли топоры и пилы. Время уже клонилось к вечеру , когда “плотники” подошли к дому Катасоновой. Они быстро оцепили дом, и Покалюхин попытался открыть сенную дверь , но она оказалась закрытой на внутренний крючок. Он постучал. Со стороны сарая к нему подошла пожилая женщина- это была хозяйка дома. Из диалога с ней Покалюхин узнал, что Антоновы еще в доме. Он еще сильнее постучал в дверь. Она немного приоткрылась , и через образовавшуюся щель два раза выстрелили, после чего дверь вновь захлопнулась. Началась перестрелка. Становилось темно, а Антоновы были еще в доме. Тогда Покалюхин приказал поджечь соломенную крышу дома. Дальше события разворачивались очень стремительно.

“Антоновы вели непрерывный огонь по нашим постам, а мы, обстреливая окна дома , предлагали им сдаться. Тем временем крыша рухнула , дым стал проникать через потолок в дом. Антоновы должны были вот-вот выскочить наружу. Я перебегал от одного поста к другому, наказывая смотреть в оба. Но вот мне подают сигнал , что один из постов оказался оголенным: ретировался неизвестно куда начальник милиции Кунаков (впоследствии он объяснил свой поступок тем, что в его маузере якобы произошел перекос патрона). Чтобы не оставить этот пост открытым, я поспешил к нему через двор кулака Иванова.

Только я выбежал из калитки , как увидел, что Антоновы уже на улице стоят рядом и с руки локтя стреляют по нашему посту, пробивая путь к бегству. Я обстрелял Антоновых из своего пистолета ….Бандиты были вооружены лучше чем я : у них было два маузера и два браунинга…Антоновы последовали за мной, но тут на помощь мне подоспели… и мы прижали бандитов на задворках.

И вот наша пуля угодила Антонову в подбородок. Получив легкое ранение Антонов , а за ним и его брат перемахнули через забор двора и , без обуви , в одних шерстяных носках , бросились бежать огородами в сторону густого конопляника к лесу. Момент был очень опасным - бандиты были на пути к спасению. Мы пересекли им путь…Антоновы упали оба сразу, как по команде….Антоновы были убиты.“ 1

Трупы братьев Антоновых привезли в Тамбовский Казанский монастырь, где размещался тогда губотдел ГПУ, и бросили на пол в кладовке. Крысы успели основательно объесть их , пока чекисты демонстрировали трупы знавшим Антонова людям, чтобы пресечь слухи, что он все еще жив.

Теперь с восстанием на Тамбовщине было покончено. “Победители” начали в Тамбовской губернии так называемую “зачистку”.

в.Зачистка

Ранней осенью 1921 года коммунистам наконец-то удалось полностью овладеть ситуацией в Тамбовской губернии. Восстание крестьян было ими удушено газами и потоплено в море крови. После чего началась, так называемая “зачистка”.

Советская власть проводила ее силами ГПУ, ВОХР, а также наемниками “интернационалистами”. По приказу Полномочной комиссии ВЦИК РСФСР и командующего войсками в Тамбовской губернии были созданы концлагеря смерти. История донесла до нас сведения о 10 таких лагерях, но по всей видимости, их было гораздо больше.

В задачу карателей входило: арест и водворение в эти лагеря семей повстанцев, включая сюда стариков самого преклонного возраста, а также женщин с грудными младенцами и детей школьного и дошкольного возрастов. При этом по приказу М.Тухачевского детей отделяли от матерей и родственников. Матерям разрешалось оставлять при себе только тех, которых они кормили грудью. Кроме этих несчастных, в лагерях очутились люди волею судьбы, по разным причинам, оказавшимся на территории Тамбовской губернии в это время, а также заложники, которые были взяты в ходе подавления восстания на всякий случай , в силу Постановления Полномочной комиссии ВЦИК за №116 от 23 июня 1921года.1

За этим постановлением последовал приказ всех оставшихся в живых заложников расстрелять поголовно. При этом перед расстрелом их заставляли расписываться в списках против своих фамилий. И так было расстреляно более ста тысяч ни в чем неповинных людей, которые даже не принимали никакого участия в этом восстании. Два больших концлагеря было организовано и в самом губернском центре Тамбове. Первый стационарный лагерь находился на месте нынешнего Исправительно-трудового лагеря строгого режима. Как говорится “свято место пусто не бывает”. А второй “полевой” лагерь был создан на противоположном от города берегу реки Цны, на большом заливном лугу, который находился напротив Губчека.*

Сегодня на этом лугу проводятся праздники города и всякие спортивные игрища, а люди не ведают даже того, все это происходит на костях когда-то насмерть замученных здесь людей. Вскоре 2-ой полевой лагерь не мог вместить в себя прибывающих арестантов, поэтому срочно был создан филиал этого лагеря в черте самого города Тамбова на месте старинного казачьего кладбища. Это место оградили крестьянскими телегами, поставив пулеметы на балконе духовной семинарии и на Покровском храме.

Режим филиала 2-го полевого лагеря был ужасен, не смотря на то, что находился он в самом городе. Всем находящимся в нем заключенным, т.е. старикам, женщинам и детям было строго запрещено всякое передвижение по территории лагеря во весь рост. Передвигаться было можно только ползком. В противном случае охрана лагеря открывала огонь на поражение безо всякого предупреждения. Вскоре люди от голода съели здесь всю траву. А народ все прибывал и прибывал каждый день. Люди сидели на площади, как селедка в бочке. Отхожих мест не было и приходилось справлять нужду там же, где они сидели. Дождь и солнце попеременно то мочили, то сушили узников. Кормили их не каждый день. Охрана кидала им гнилую картошку и свеклу, кто успел схватить, тот и съел. Смерть от истощения косила несчастных. Первыми умирали грудные младенцы, т.к. у матерей пропадало молоко. Обезумевшие от голода ,люди стали поедать трупы умерших. Среди заключенных началась эпидемия. Умерших вывозили с территории лагеря не каждый день, и они лежали среди живых , распространяя трупный запах. За осень 1921 года умерла не одна тысяча стариков, женщин и детей.1 Филиал 2-го полевого лагеря был закрыт по настоянию доктора Юстова, которому удалось напугать власти тем, что эпидемия из лагеря вскоре перекинется на весь город.

Таким образом происходила “зачистка” , которая длилась с осени 1921 года до 1923 года. В Тамбовском Губернском ГПУ без устали “трудились” две газогенераторные машины, которые возили из Тамбовского уезда задохнувшиеся в них трупы людей. “…Так что , первенство машин-душегубок, Тамбов может оспорить у Адольфа Гитлера” 2. А Тамбовская область ,когда-то кормившая своим хлебом половину Европы , после подавления восстания так и не может себя прокормить, хотя находится на лучших в мире плодородных землях, которых нет ни в Америке , ни в Австралии, ни где-либо еще на земном шаре. Таков итог напрасно пролитой крови.

Заключение

Для многих людей “антоновщина” не является “неизвестной гражданской войной. И все же ее история просто зияет ”белыми пятнами”, многие из которых относятся к началу восстания.

На основе изложенных фактов, я твердо уверена, что мятеж крестьян на Тамбовщине не является простым антисоветским кулацко-эсеровским мятежом, как было принято считать раньше, а представляет собой ни что иное как крестьянскую войну, вызванную произволом и насильственными действиями властей и по сути спровоцированную ими. Восставшие выступали не против власти Советов, а за передачу власти народу. “Ведь не для того была вырвана власть из рук царских палачей,чтоды передать ее в руки палачей-коммунистов”1,- так писал А.С.Антонов.

Очень важно понять трагизм событий тех лет и , главное, не допустить их повторения. Победителей в этой войне нет, так как победа коммунистов над своим народом – это не победа. )