В 1995 г. почти во всех регионах увеличилась численность населения, имеющего среднедушевые доходы ниже прожиточного минимума. В пер­вом полугодии 1996 г. их число несколько уменьшилось, но все-таки за чертой бедности проживала почти четвертая часть населения. Помимо традиционно малообеспеченных групп населения - неработающих пенсио­неров. многодетных и неполных семей, учащихся, инвалидов, эту группу все в большей мере формировали работники с заработной платой ниже прожиточного минимума (более 1/3 работающих в конце 1995 г. ) и безра­ботные.

Средняя пенсия в течении 1995 г. в реальном выражении постепенно уменьшалась (если не считать месяцев ее индексации) и составила в сред­нем за год лишь 94,1% прожиточного минимума, что определило нищен­ское существование большинства пенсионеров. Проведенное в середине 1996 г. повышение пенсий несколько изменило эту ситуацию. Но посколь­ку оно реально не обеспечено источниками финансирования (из-за сокра­щения производства в пенсионном фонде нарастает дефицит финансовых ресурсов), следует ожидать, что во второй половине года ситуация с дохо­дами этой группы населения опять начнет ухудшаться.

Официальная статистика не показывает действительной картины рас­пределения доходов. По общему мнению экспертов, прежде всего нет точ­ных данных о реальных доходах наиболее богатых и наиболее бедных до­ходных групп. Часть лиц, относящихся к категории получающих низкие доходы, имеет дополнительные нерегистрируемые заработки. В первую очередь это относится к неработающим женщинам и «молодым» пенсио­нерам, проживающим в крупных городах. В сельской местности и малых городах такие возможности намного меньше, и существенные дополни­тельные доходы могут быть получены лишь за счет приусадебных участ­ков. По данным социологических обследований, в целом в 1995 г. допол­нительную работу имело 18% работающих граждан, но лишь 4,5% прираба­тывало регулярно. Уровень дополнительных заработков в целом невысок. Наиболее значительна их доля у молодежи до 30 лет. Таким образом, для основной массы работающего населения дополнительные заработки не меняют принципиально картину распределения доходов.

С учетом «теневых» доходов богатой прослойки общества дифференциация населения по их уровню еще более возрастает. «Теневая экономика», в отличие от легальной, развивалась в 1992-1999 гг. чрезвычайно динамич­но. Ее доля составила в 1995 г., по оценкам экспертов, около 45% ВВП Украины, причём с тенденцией к значительному росту (по неофициальным данным в 1998 году она составила 54,4% ВВП), при этом опережающими темпами увеличивался ее оборот в сфере услуг, преимущественно в области финансово-кредитных операций (имеется в виду операции «чёрным налом”, ”обналичке” счетов и.т.п). Значительная часть доходов, получаемых в «теневой экономике», концентрируется среди крайне узкого круга лиц, материальное благополучие которых быстро возрастает за счет основной массы населения, а уровень потребления намного превосходит средний уровень потребления даже 10%-й высокодоходной группы, стано­вясь сопоставимым с эталонами потребления высших, доходных групп наиболее богатых стран, что создает острую социальную обстановку в стране[10]. В сферу «теневой экономики» вовлечены в той или иной мере ши­рокие слои населения. Такая дополнительная занятость существенно меня­ет уровень доходов и расходную часть бюджета многих семей. Однако этот способ роста благосостояния хотя и повышает уровень жизни части насе­ления, но приводит к моральной деградации общества и развалу легальной экономики.

Соотношение учтенных доходов 10% наиболее обеспеченных и наиме­нее обеспеченных доходных групп у нас в настоящее время находится на уровне США. А соотношение доходов наиболее богатой части (без учета «теневых» доходов) с доходами основной массы населения, в том числе оп­ределяемое через коэффициент Джини, в Украине намного хуже, не говоря уже о том. что в развитых странах, в отличии от Украины, даже низкий уро­вень доходов обеспечивает сравнительно нормальное, с точки зрения ос­новных человеческих потребностей, существование. Все это на фоне бро­сающейся в глаза роскоши жизни небольшого слоя людей, понимания фак­та присвоения ими ранее принадлежавшего всему обществу богатства слу­жит основой для социальной напряженности.

Несмотря на отсутствие исчерпывающей достоверной статистической информации, можно утверждать, что наиболее богатый узкий слой лиц (2-3% населения) - это в основном люди, участвующие в организации посредническо-перекупочной. финансово-кредитной деятельности и криминаль­ной сфере, а также руководство некоторых предприятий.

Следующая по доходам более широкая прослойка - лица, оказываю­щие «богатой элите» необходимые услуги, - часть творческих работников, люди, занятые в финансово-кредитной сфере, телевещании (обеспечение информационной власти), часть занятых в торговле и сфере услуг, ориентированных прежде всего на высокодоходные слои населения (ремонт автомашин, строительство коттеджей, поездки за рубеж и т. п.), работники «привилегированных» отраслей – угле- и рудодобывающей, аккумулирующих частично в заработной плате высокую эффективность добывае­мых ресурсов (ренту)(при условии выгодной продажи приведённых ресурсов). Крайне низкими, как уже отмечалось, являются в целом доходы лиц, занятых в обрабатывающей промышленности, соци­альной сфере и сельском хозяйстве. И самые низкие доходы - у нерабо­тающих пенсионеров.

Уровень жизни во многом характеризуется не только размером дохо­дов, но и регулярностью их получения. Для основной части населения это связано со своевременной выплатой заработной платы и пенсий.

Дифференциация в доходах особенно сильно сказывается на потреблении платных услуг: предоставляющие их учреждения все более ориентиру­ются на группы с высокими доходами и становятся недоступными для по­давляющего большинства граждан. Цены на них растут опережающими темпами. В результате люди, имеющие доходы ниже прожиточного мини­мума, практически не пользуются сферой платных услуг, тратя все деньги только на продовольствие. Это, разумеется, не относится к тем видам ус­луг, от потребления которых население не может отказаться (жилищно-коммунальные, ритуальные и т. п.).

Средние и низкодоходные слои населения в значительной мере лишились возможности пользоваться ранее доступными жизнеопределяющими благами (отдых, часть бытовых и социальных услуг, возможность поездки к родственникам в отдаленные районы и т. д.), что создает у них чувство неудовлетворенности происходящим и усиливает социальное напряжение в обществе. Качество и условия предоставления медицинской помощи, образования и отдыха стали резко различаться у небольшой части богатых людей и основной массы населения.

Расширение сети платных школ, колледжей, платного медицинского обслуживания заслуживало бы только положительных оценок, если бы оно дополняло существующую систему учреждений социального назначения. Но параллельно происходит деградация предназначенных для рядовых граждан систем среднего образования и бесплатной медицинской помощи, что увеличивает разрыв в реальном уровне жизни и обусловливает разные стартовые возможности молодежи.

Конечно, переход к рыночным отношениям неизбежно должен был усилить расслоение населения по уровню жизни, но столь быстрое и не увязанное с результатами труда увеличение социальной дифференциации связано преимущественно с ошибочными решениями и несвоевременным принятием, а в ряде случаев просто отсутствием, компенсирующих мер. Оно не оправданно ни экономически, ни социально, и именно так и вос­принимается подавляющим большинством людей. Проблема возникнове­ния широких бедствующих слоев населения в первые годы реформ вообще не принималась во внимание, хотя их наличие резко дестабилизирует об­щество и недостойно с точки зрения современного уровня цивилизации. В 1995 -1999 гг. государство стало активно использовать разнообразные эко­номические механизмы поддержки наиболее бедствующих людей. Однако кризис экономики объективно резко сузил ее возможности, и прежде всего в отношении нетрудоспособной части населения. )