Мысли о проказе еще беспокоят Хинта, и страх перед болезнью, возникший в отрочестве, бесспорно, являются стимулом, побудившим выбрать для первого романа именно эту тему.

Но не только пережитое в детстве и юности послужило стимулом к творчеству. Беспокойство за судьбы всеми забытых людей, которых поразил этот ужасный недуг, побуждало Хинта хоть чем-то облегчить их существование. Он хотел напомнить о них живым и здоровым, хотел, чтобы заточенные в лепрозорий узнали, что о них помнят.

О прокаженных писали и другие эстонские писатели – Айно Каллас, Аугуст Мяльк, Эрни Крустен.

Вспоминая, какое впечатление произвел на него рассказ А. Мялька «Анне Мария», А. Хинт рассказывал, что для него чрезвычайно ценным было уже само обращение к этой теме. И вот почему. Если в их деревне умирал кто-либо или если погибал в море рыбак, то вся деревня, все соседи старались помочь семье погибшего словом и делом. Если же кто-то попадал в лепрозорий, деревня молчала, люди страдали безмолвно о тех, кто вырван из их среды, и старались забыть о тех, кто вырван из их среды. Поэтому каждое слово о прокаженных было словно бы протестом против такого забвения.

Впоследствии, не раз обращаясь в своих книгах к теле проказы, писатель будет осмыслять ее каждый раз по-новому. И в одной из своих статей выскажет обобщение: «Но чем больше я думал над жизнью, чем более зрелым становился мой собственный опыт – все чаще приходило ко мне понимание того, что облегчение страданий прокаженных, даже средство, излечивающее эту болезнь, - не разрешение проблемы. Проказа из понятия биологического стала для меня понятием общественным, социальным. Я видел ее во всякой несправедливости, эксплуатации, национальном и материальном неравенстве. Она проникала в душу человека, снедала ее язвами корыстолюбия, жадности, чванства, тщеславия… И поэтому мой обет борьбы с проказой не мог кончиться, когда найдено было средство, эту болезнь излечивающее, когда опустел лепрозорий на Сааремаа и заросли травой могилы на кладбище Вийдумяэ».

Пауль Лайд – герой романа «Проказа» - тоже пастор. И его вера в бога также зависима от житейских обстоятельств и от нравственных потрясений.

В детстве он много пережил – его отец и брат погибли в море, мать заболевает проказой. Единственное, что держит его в жизни – жажда учиться. Дети сторонятся Пауля, обзывают прокаженным. Замыкаясь в себе, Пауль ищет спасения у бога.

Именно в этом произведении впервые проявляется тема проказы.

И сразу же она получает именно такую интерпретацию – изоляция человека от общества противоестественна, не гуманна по своей сути, и человек обязан искать выход.

В романе описывается мысленный путь пастора, включая темные моменты, когда тесты показали наличие проказы, что пошатнуло веру в бога, и светлые моменты – ошибочность тестов. Главное не в ошибке, а в реакции Пауля.

В финале романа Пауль Лайд приходит к заключению, что долг человека – жить и содействовать улучшению окружающей среды.

В следующем романе – «Лепрозорий в Ватку», являющемся своеобразным продолжением «Проказы», тоже прозвучит протест против изоляции человека от общества.

Здесь уже центральными героями становятся люди, заточенные в лепрозорий. Пристально рассматриваются девушка Юули, с детства находящаяся в лепрозории, и Тиудор, пришедший в Ватку тогда, когда он уже потерял надежду на выздоровление.

Тиудор познал нужду и горе – мать торговала водкой и развратничала, он не переносит качку и вынужден работать батраком. Когда он узнает, что болен проказой – все худшие черты его характера – жестокость, озлобленность – проявляются резче и определенней. В порыве ненависти ко всему окружающему, Тиудор поджигает лес. Это – месть за все страдания.

Изображая Тиудора, А. Хинт стремится показать жестокость жизни, лишающую человека свободы. Проказа – это высшая несправедливость.

Юули, попав в лепрозорий еще ребенком, выздоровев, боится покинуть его. Ей тяжко в незнакомом мире – мужчина, которого она любит, обманывает ее, и она, беременная, возвращается в лепрозорий искать совета и помощи. Когда она возвращается, странное чувство родного очага охватывает ее, она чувствует себя дома.

Романы «Проказа» и «Лепрозорий в Ватку» были написаны в буржуазной Эстонии. И возвращение Юули в лепрозорий за поддержкой звучит символически.

Критика отнеслась к первым вещам Аду Хинта положительно. Были отмечены пристальное внимание к духовной сфере человеческой жизни, самобытность, честность и гуманизм.

Осенью 1936 года Хинт переехал в Тарту и на время отошел от темы проказы.

В 1937 году Хинт становится членом Союза Эстонских писателей.

Перемены в судьбе Эстонии коренным образом сказались и на личной судьбе Аду Хинта.

В первые годы войны он пишет очерки и статьи на исторические и современные темы. После войны он работает председателем Союза рыбаков, затем переходит в редакцию журнала «Лооминг».

Именно в эту пору А. Хинт начал думать о романе эпического масштаба. В 1947 году он писал в рецензии на поэму Юхана Смуула «Сын рыбака»: «Почему у нас нет до сих пор «Правды и справедливости» о жизни моряков или «Войны в Махтра» из жизни островитян?».

Подготовка к большому роману шла непрерывно.

В одной из своих статей А. Хинт рассказывал о том, как возник замысел «Берега ветров»: «В 1943 году я сидел в Ленинской библиотеке и читал старые эстонские книги и документы времен восстания Юрьева дня 14 века. Группу эстонских писателей попросили подобрать материал к юбилею восстания. Я листал старые книги, а перед глазами стоял Сааремаа остров, на котором я вырос, о котором пишу. Замысел книги родился, как рождается письмо любимой девушке…»

Но первые страницы тетралогии были написаны в 1949 году. А последние – в 1965 году.

Почти сорок лет общества, различных его социальных слоев уместились в «Береге ветров». Начав роман с событий, происходящих накануне революции 1905 года, писатель заканчивает четвертую часть 1939 годом.

Каждая книга тетралогии – самостоятельный роман со своими проблемами, героями, стилем и ритмом.

Но все четыре части – четыре романа связаны между собой, они объединены общей темой – народ и революция, революция и народ.

И еще один из мотивов, являющийся своеобразной вариацией ведущего мотива тетралогии, звучит в ней с нарастающей силой. Речь идет о теме проказы.

В первых книгах тетралогии читатель встречает упоминание о проказе, о том, что время от времени кого-то из жителей соседних деревень отвозят в лепрозорий. Боится проказы Маре, думает о проказе Ионас, когда видит перед собой целую массу солдат, отправляемых на убой. Но в первой, второй и третьей книгах «Берега ветров» проказа всего лишь деталь в ряду других деталей, характеризующих жизнь персонажей.

В четвертой же, завершающей, части тетралогии тема проказы занимает большое место. И обращаясь снова к этой горестной теме, А. Хинт трактует ее и исследует совершенно иначе, чем в своих романах 30-х годов.

Энн Тиху, с детства лицом к лицу столкнувшийся со страшной болезнью, с течением времени понимает, что общественная проказа «страшней, глупей и безумней».

Гитлер, убивающий евреев – тоже проказа.

Отказываясь от прямолинейности в изображении героев, А. Хинт от книги к книге пристально следит за взаимодействием обстоятельств и характеров. И характер Маре – человека эмоционального, чистого, предстает перед читателем во всей своей силе.

Вот Маре узнает, что один из родственников Тиху заболел проказой. Мы помним, как Пауль Лайд, герой первого романа Хинта, испытывал страх перед проказой.

Маре, хоть и боится, изо вех сил сопротивляется отчаянию. Вера в свои силы, надежда на лучшее, которая не позволяет впасть в отчаяние, как ни тяжелы были бы обстоятельства, и отличает Маре от Пауля.

Эта вера в свою нравственную силу свидетельствует о духовном опыте Хинта. Мы помним, что проблемы нравственности, веры, морали волновали писателя и в раннем периоде его творчества. Но герой его прежних романов, переживая одно поражение за другим, не могли обрести подлинную веру в себя, ибо не знали того, что знала Маре – не знали радости жить во имя других. )