Городские торговые и ремесленные касты пользовались в средневековом восточном городе некоторым самоуправлением. Однако государство осуществляло контроль над рядом сторон их деятельности путем всевозможных регламентаций и монополий, нередко утверждало или назначало глав этих корпораций. Безраздельная власть феодалов в городе препятствовала консолидации сословия горожан.

Лишенный самоуправления, особого политического статуса, собственных финансов и военной основы, город в политико-правовом отношении был продолжением сельской округи и не противостоял деревне. Статус горожанина и крестьянина не различался кардинально, так как оба были бесправны перед властью деспота.

Все это ослабляло или парализовывало антифеодальные потенции восточных городов, исключало возможность превращения их в центры антифеодальной оппозиции. Это был одной из причин того, что восточный город не смог повести за собой деревню, и прежде всего втянуть ее в сферу господствовавших в городе товарно-денежных отношений (как это имело место в Европе)[14].

Заключение

Кажется, что идеология правителей средневекового Востока была во многом неразрывно связана с самим явлением восточного экономического и государственного строительства, отлившемся в такие богатые для исследования по своему предмету феномены как восточный деспотизм, восточный феодализм и «азиатский способ производства». Все они генетически связаны с отчасти с климатическим положением государств древнего ближнего и среднего Востока, отчасти с первичным, материнским характером цивилизации в регионе. Распространившиеся из «плодородного полумесяца» цивилизации строили себя на принципах жесткого восточного централизма и далее «деспотизма». Это привело к возникновению власти-собственности и началу формирования идеологии средневекового восточного государства. Развитие идеологии подчинялось общим для такого рода мыслительной деятельности принципам апологии, фундаментализации (введение идеи неотъемлимого характера существующей власти в обществе) и интегрализма. Однако далее в дело вступили вторичные исторически, но первичные в сознании религиозные и психологические реалии. В одних случаях они привели к снижению статуса власти в общественном сознании, в другом смогли продуцировать лишь разного рода эскапистскую деятельность перед лицом всеобъемлющего государства.

Еще несколько слов по поводу важности рассмотренного материала в наши дни. Российское общество проходит сейчас период резкого снижения уровня духовно-нравственных идей в массовом сознании. Одновременно встает вопрос о необходимости «новой идеологии» государства и власти. Конечно, идеология (тем более «национальная идея») не строится на митингах и не пишется в кабинетах, но в любом случае эти два фактора ставят нас перед лицом возможного искажения социо-психологического климата по причине возможных идеологических притязаний власти, которым будет нечего противопоставить на уровне духовных ценностей. Это может привести только к новым уродливым трансформациям культурной жизни (все же нельзя отменить реалии глобальной культуры). Такое положение дел демонстрирует важность анализа различных успехов идеологий власти на средневековом Востоке, разных статутов власти и того, что оказало на это свое влияние.

Ë Ë Ë

Список литературы

1. Валенса Л. Хвала Востоку, хвала ориентализму, или цепь неудач Анкетиль-Дюперона // Одиссей: Человек в истории, 1997. — М.: Наука, 1998. Стр. 96-120. (Валенса)

2. Васильев Л.С. Феномен власти-собственности. К проблеме тиаологии докапиталистических структур // Типы общественных отношений на Востоке в средние века. — М.: Наука, 1982. (Васильев)

3. Иванов Н.А., Васильев Л.С. Феномен восточного деспотизма: структура управления и власти. Введение — М.: Наука-ВЛ, 1993. Стр. 3-25. (Феномен)

4. Игнатенко А.А. Принцип циклизма в средневековой арабо-исламской мысли // Одиссей: Человек в истории, 1998. — М.: Наука, 1999. Стр. 151-161. (Игнатенко)

5. История Востока в 6-ти тт. Т.2. Средневековый Восток. — М.: Наука-ВЛ, 1995 (ИВ)

6. Непомнин О.Е., Меншиков В.Б. Синтез в истории Китая // Ориентация-поиск. Восток в теориях и гипотезах. — М.: Наука-ВЛ, 1992. Стр. 154-159. (Синтез)

7. Павленко Ю.В. Человек и власть на Востоке // Феномен восточного деспотизма: структура управления и власти. — М.: Наука-ВЛ, 1993. Стр. 26-61. (Павленко)

8. О личности преимущественно в Японии и Китае, хотя именно там личности то и не было // Одиссей: Человек в истории, 1990. — М.: Наука, 1991. (О личности)

[1] Например, опала Рудаки, или даже казнь ибн-Бурда. Павленко, Человек и власть, стр. 27.

[2] Феномен восточного деспотизма, введение, стр. 4.

[3] Валенса, Хвала Востоку, стр. 111-112 и др.

[4] Васильев, Феномен власти-собственности.

[5] О личности, стр. 41.

[6] Там же, стр. 46.

[7] Игнатенко, Принцип циклизма…, стр. 153.

[8] Там же.

[9] Там же, стр. 155.

[10] Подобное явление распространено в мировой истории. И монархия и республика (в разных их моделях) успешно обслуживали общество различных формаций — от античной до социалистической.

[11] Синтез в истории Китая, стр. 158.

[12] Исключение составляют, пожалуй, немногие города, в частности, некоторые североафриканские, пользовавшиеся даже при централизованной власти фатемидов (исламской, т.е. не абсолютной - NB) относительно широкой хозяйственной и политической автономией; деспотизм восточного образца существовал здесь параллельно или в сочетании с патрицианскими республиками и средневековым городским партикуляризмом. Определенную автономию в средние века имели некоторые японские города. (ИВ, т.II, стр.637.).

[13] См.: ИВ, т.II, стр.636.

[14] Другой причиной было то, что на Востоке (на юге) крайне низок уровень необходимого продукта (для поддержания жизни производителя). Отсюда — высочайшая норма эксплуатации, крайняя бедность крестьян, из чего следует их не вхождение в рыночные отношения, а высокая норма феодальной эксплуатации является источником дополнительной силы феодалов над крестьянами. (Там же, стр.637.). )