В начале 1935 года по инициативе британского правительства состоялась англо-французская встреча: от Англии - Макдональд и Саймон, от Франции - Фланден и Лаваль. Своей главной задачей они провозгласили осуществление непосредственного и эффективного сотрудничества с Германией. Итогом встречи являлась обширная программа "умиротворение" Европы. В качестве приманки для гитлеровцев Англия и Франция обещали, что при определенных условиях готовы пойти на отмену военных ограничений Версаля и замену их общей конвенции по "ограничению" вооружений на основе признания равенства прав германии. Среди пунктов упоминался и "Восточный пакт" (Саймон писал о нем оговорку о "свободно заключенном) английская дипломатия заботливо охраняла интересы гитлеровцев.

Гитлеровцы хотели выяснить в первую очередь, насколько крепко согласие на отмену военных ограничений увязано с другими пунктами программы. После изучения документа они поняли, что главным было предложение западных держав заключить "воздушный пакт". Германское правительство заявило о готовности заключить "воздушную конвенцию", а остальные предложения обошло молчанием. В качестве первого шага Берлин предложил Англии начать двусторонние переговоры. Это была грубо сработанная ловушка для Саймона: заинтересовав перспективой соглашения по вызывавшему беспокойство Англии вопросу (оборона от нападения с воздуха), вбить клин в ее отношения с Францией. Игра удалась. Ответ гласил, что Форин офис с радостью принимает предложение о Германо-Английском обмене мнениями в результате уже имевших место двусторонних переговорах.

Одновременно английское правительство сообщило о намерении послать в Берлин для переговоров министра иностранных дел - Саймона (прибудет 8 марта). (Впервые за 60 лет министр иностранных дел Англии посетит Берлин).

В середине июля 1935 года в зале заседания английского адмиралтейства в Лондоне пригласили германскую делегацию во главе с "послом для особых поручений" Ребентропом. На одном из первых заседаний Ребентроп, следуя, видимо указаниям "фюрера", изложил требования рейха: Германия претендует, чтобы ее флот по своей мощи был не менее одной трети английского. Саймон покинул заседание.

Непосредственным фоном для англо-германских переговоров являлась пространная речь Гитлера, с которой он выступил 21 мая. "Фюрер клялся, что желает жить в мире с западными державами, саму мысль о войне он отвергает, т.к. война бессмысленна, бесполезна, ужасна. Германия торжественно признала свои границы с Францией как окончательные, заключила пакт о ненападении с Польшей и не намеренна вмешиваться во внутренние дела Австрии, ни присоединять ее. Она согласна будет даже вернуться в Лигу Наций, когда устранят неравенство, созданное Версальским договором. Плюс Германия будет строго соблюдать территориальные постановления Версальского договора и Люкарнских соглашений".1

Неудивительно после этого, что, несмотря на вызывающее поведение Реббентропа, англо-германское морское соглашение очень быстро - 18 июня 1935 года - было подписано. Оно удовлетворяло все требования гитлеровцев. Англия согласилась в нарушение Версальского договора на создание рейхом военно-морского флота, равного 35% флота Британской империи; в отношении подводного флота была установлена еще более выгодная для Германии пропорция - 45%. При этом предусматривалось, что в случае "исключительных", по ее мнению, обстоятельств. Германия имеет право, предварительно информировав об этом английское правительство, построить подводный флот равный британскому. Тоннаж флота, разрешенного Германии по соглашению, был настолько велик, что его создание загрузило бы германские верфи по меньшей мере на 10 лет.

"Немцам было разрешено построить 5 линкоров, 2 авианосца, 21 крейсер и 64 эсминца. Фактически же они имели к началу войны готовыми: 2 линкора, 11 крейсеров, 25 эсминцев и ни одного авианосца - т.е. значительно меньше половины того, что мы так благодушно разрешили им построить".2

Правительство Болдуина, подписывая это соглашение, рассчитывало, что строящийся германский флот явится орудием Германии для войны против СССР на Балтике. "Непосредственным результатом его явится то, - говорил Черчилль 22 июня 1935 года, - что тоннаж германского флота с каждым днем приближается к таким размерам, которые обеспечат ему полное господство на Балтийском море, и очень скоро одно из препятствий на пути к европейской войне постепенно начнет исчезать. Что же касается положения на Средиземном море, то мне кажется, нас ожидает очень серьезное затруднение".1

Черчилль и вслед за ним английская историография утверждают, что Англия будто бы не была должным образом подготовлена ко второй мировой войне в военном плане. Вряд ли это утверждение в полной мере соответствует истине. Известно, что военные расходы Англии во второй половине 30-х годов были весьма значительными, что изготовление вооружения и снаряжения для вооруженных сил достигло большего размера.

Англия была втянута в бессмысленную политическую игру в цифры и слова по поводу германского потенциала и того, что считать паритетом. Более того, британское правительство уступило инициативу Гитлеру, чье внезапное заявление в марте 1935 года о том, что Германия уже опередила Британию, повергло Уайт Холл в смятение. Англия оказалась втянутой в гонку вооружений, в которую вступила слишком поздно.

2. От политики уступок к политике умиротворения.

По версальскому договору на левом берегу Рейна, до границы с Францией, Бельгией и Нидерландами, а также вдоль правого берега, на полосе в 50 километров, Германия не имела права держать вооруженные силы и возводить укрепления. Это мешало Германии готовиться к захватам в Европе. Версаль Гитлер уже отверг, очередь была за Люкарно. Нужен был лишь предлог.

27 февраля 1936 года палата депутатов французского парламента ратифицировала наконец франко-советский пакт. Гитлер объявил, что от ныне он не обязан соблюдать Люкарнский договор. Следовательно, на повестке дня встала аккупация Рейнской зоны, это создало угрозу Франции.

7 марта 1936 года немецкая армия внезапно перешла Рейн.

стр.48

вооруженных сил.

В Лондоне все еще носился дух умиротворения. Премьер-министр зачитал предупреждение, которое в тот же вечер он намеревался передать немцам через посла.

Всю субботу 2 сентября правители Англии и Франции – Чемберлен и Галифакс в Лондоне, Даладье и Боннэ в Париже – отчаянно изворачивались, пытаясь обойти западню, которую сами себе приготовили. Выхода не было никакого, но они еще не были в состоянии это понять.

К этому времени Невиль Чемберлен начал понимать, что лед, по которому он носился, становился опасно тонким. «Мы дали, черт возьми, обещание проклятым немцам, - кричал оратор в Гайд - Парке, - и что мы делаем, чтобы помочь им? Черт возьми, ничего не делаем!»[1]. Шли демонстрации, требования перейти правительству к действиям.

В 9 часов утра 3 сентября 1939 года Гендерсон вручил английский ультиматум министру иностранных дел Германии. Ультиматум требовал, чтобы германское правительство до 11 часов дня заявило о выводе немецких войск из Польши. Если такого заявления не последует, Англия и Германия с этого момента будут находиться в состоянии войны.

В телеграмме полномочного представителя СССР в Великобритании И.М. Майского в Народный Комиссариат иностранных дел СССР говорилось, что «С 11 часов утра 3 сентября Англия находится в состоянии войны с Германией»[2].

Война между Англией и Германией началась.

Заключение

Анализ отношения к Германии с 1919 по 1939 годы выявил несколько проблем:

Во-первых, несмотря на то, что Германия в годы первой мировой войны была противником Англии, последняя была не заинтересована в полной ликвидации германской государственности. Лондон послевоенную Вейморскую республику рассматривал как «противовес» Франции, поэтому был заинтересован в усилении британского влияния в немецкой республике. )