Церковь успешно использовала феодальную раздробленность Древней Руси для укрепления своих позиций вширь и вглубь, сама превратилась в источник распространения христианства среди других народов. Одновременно шел процесс взаимопроникновения отдельных элементов религиозной идеологии и культа, что было результатом широких многосторонних взаимосвязей Киевской Руси. Будучи равноправным членом мировой феодальной системы, чувствуя свои силы, древнерусское государство не вмешивалось в религиозные распри между христианскими центрами и даже после разделения церквей поддерживало контакты со сторонниками распространения католицизма, что трактовалось православным духовенством как попытки перехода в другую веру.

Исследования ученых в области средневековой истории Запада и Востока раскрывают самые разнообразные связи. Сдерживающими силами в их развитии были папство и русский митрополит, готовые предать проклятию всех, кто не обращал внимания на внутрихристианскую возню. Однако авторитет церкви на Руси был не настолько высок, чтобы ограничить или прервать экономические связи. Поэтому в Новгороде, Киеве, Полоцке, Смоленске, Ладоге, Переяславле существовали инославные храмы.

Еще одним свидетельством наличия объективных условий для взаимопроникновения религиозных идеологий являются династические союзы и, как их следствие, приглашение русских князей «на стол» в другие государства. Члены княжеских семей, переезжая в другие страны и въезжая на Русь, везли с собой священников, принадлежности культа, литературу, строили домашние церкви. Хорошо известен династический брак между Святополком Туровским и польской княжной, привезшей на Русь епископа Рейнберна, которого некоторые историки подозревают в пропаганде католицизма.

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЦЕРКОВНЫХ СУДОВ

При Владимире церковь на себя брала не только духовные обязанности, но также ведала и мирскими делами, тесно соприкасающимися с интересами государства. С одной стороны, церкви была дана юрисдикция над всеми христианами, в состав которой входили дела семейные, дела о «нарушении святости и неприкасаемости христианских храмов и символов», также церковь имела право судить за вероотступничество, «оскорбление нравственного чувства». Под попечение церкви было поставлено особое общество, выделившееся из христианской паствы, получившее название богадельных людей. «Оно состояло:

1) из духовенства, белого и черного с семействами первого;

2) из мирян, служивших церкви и удовлетворявших различным ее нуждам, каковы были врачи, повивальные бабки, просвирни .;

3) из людей бесприютных и убогих . каковы были странники, нищие, слепые, вообще не способные к -работе». В ведомстве церкви находились также монастыри, богадельни, больницы.

В 1019 г. на престол вступает сын Владимира Ярослав Мудрый. К этому времени церковь уже окрепла в новой для нее стране, и Ярослав решает продолжить дело, .начатое его отцом, и разрабатывает указ, в котором он сохраняет подсудные церкви дела, и в отличие от его отца не общими чертами, а четко сформулированными тезисами описывает порядок судопроизводства со сложной системой наказаний.

Эта система: построена на четком различии между грехом и преступлением. «Грех ведает церковь, преступление — государство. Грех — не только нравственное преступление, нарушение божественного закона, но и сама мысль о деянии, которым грешник может причинить вред другому человеку или обществу. Преступление — деяние, которым одно лицо наносит материальный ущерб или нравственную обиду другому лицу». На этих понятиях и построен церковно-судный порядок Ярослава. Все подсудные церкви дела он разделил на несколько категорий, предусматривавших различную меру наказаний.

Дела чисто духовные, не связанные с нарушением мирских законов, разбирались епископским судом без участия княжьего судьи. Сюда относились дела о нарушении церковных заповедей, такие как волхование, чародейство, браки с близкими родственниками, разводы по взаимному согласию супругов и т. д. Эти дела не входили в состав компетенции княжеского суда, и поэтому князь не считал должным вмешиваться, так как считал их внутренними делами церкви. С делами «греховно-преступными» дело обстояло совсем иначе. Дела, в которых нарушение церковной заповеди сочеталось с причинением нравственного или материального вреда другому лицу или с нарушением общественного порядка, разбирались княжеским судом с участием церковного. Княжеский суд назначал приговор преступнику, а митрополит получал небольшую денежную сумму на развитие церкви. К такому разряду относились дела об «умычке девиц, об оскорблении словом или делом, о самопроизвольном разводе мужа с женой по воле первого без вины последней, о нарушении супружеской верности и т. п.». Обыкновенные противозаконные действия, совершенные как церковными людьми, так и мирянами, рассматривались церковным судом, но по княжеским законам и обычаям. Князь оставлял за собой некоторое участие в суде над людьми церковного ведомства. Это участие было выражено в том, что наиболее тяжкие преступления, совершенные церковными людьми, разбирались церковным судом при участии княжеского представителя, с которым первый делился пенями.

КУЛЬТУРНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ ПРИНЯТИЯ ХРИСТИАНСТВА

Утверждение монотеистической религии способствовало укреплению великокняжеской власти, ликвидации «дофеодальной раздробленности», присущей Руси вплоть до конца X В., когда в ряде восточнославянских земель существовали собственные князья под эгидой Киева.

Христианство Сыграло исключительно крупную роль в идеологическом обосновании власти киевских князей. На вчерашнего предводителя соборной дружины духовенство перенесло те представления о верховной власти в государстве, которые существовали в самодержавной Византии. Оно упорно внушало главе новообразуемого государства идею божественного происхождения его власти. «С момента крещения на князя «взирает . всемилостивое око благого бога». Князя сажает на престол сам бог». Это божественное происхождение власти князя, по учению церкви, дает в руки его большую власть и вместе с тем ставит перед ним более широкие и ответственные задачи. Наконец, церковь присваивает киевскому князю все атрибуты христианских императоров. «На монетах, чеканенных по греческим образцам, князья изображаются в византийском императорском уборе, в диадеме, увенчанной крестом, «в порфире, с крестом в руке и с нимбом вокруг головы». Так новая религия освящала и укрепляла власть, выраставшую на обломках старого патриархального строя.

Христианство застало в Киевской Руси еще не закончившуюся борьбу между различными укладами и являлось здесь энергичным поборником в то время прогрессивного феодального способа производства. Несомненно, что оно способствовало скорейшему изжитию отмиравших пережитков родового строя. Это особенно показательно в отношении брачного права. Мнение, будто брак у восточных славян к моменту принятия христианства был моногамным, требует значительных оговорок. То, что нам известно о семье X в., не позволяет говорить об установившейся моногамной форме брака, связанной с развитием частной собственности; как общее правило, мы имеем здесь дело еще с патриархальным браком.

Христианство не только ускоряло процесс ликвидации остатков родового строя, но оно также способствовало ускорению развития феодального способа производства в Киевской Руси. В Византии церковь являлась в XI в. крупнейшим феодальным учреждением и землевладельцем. Естественно, что она перенесла в Киевскую Русь те феодальные методы хозяйствования, которые выработались в условиях высокоразвитого византийского феодализма и которые здесь, на берегах Днепра, нашли подготовленную и благоприятную почву. Община, находившаяся уже в состоянии распада, не могла оказать действенного сопротивления притязаниям феодальной церкви,.а выраставший на ее развалинах класс феодалов в лице князей и бояр шел навстречу этим притязаниям и спешил использовать новую социальную силу в своих интересах.

Прогрессивная сторона деятельности церкви заключается в ее стремлении ликвидировать найденные ею в Приднестровье элементы рабского труда, невыгодность которрго было уже осознана в Византии. )