Меньше всего отказов получено в ходе эксперимента по словам ложь, независимость, мудрость (менее 1 %), что свидетельствует об их сформированности в сознании подростков. Больше всего отказов в эксперименте получено по словам энтузиазм, бдительность, принципиальность, такт, стимул, интеллигентность, выгода (более 30%). Семантика данных слов представляет особую трудность для подростков.

Самое большое количество дополнительных значений выявлено в семантической группе морально-этической лексики, что свидетельствует о

недостаточной сформированности и неустойчивости смысловой структуры этих единиц в сознании старшеклассников. Меньше всего дополнительных значений выявлено в группе имущественно-прагматической лексики – она хорошо освоена учащимися.

Целый ряд системных значений не нашел подтверждения в языковом сознании испытуемых, что свидетельствует о периферийности данных значений для языкового сознания старшеклассников, а в некоторых случаях – о неактуальности значения в системе языка в целом.

Характерной чертой возрастного языкового сознания является наличие многочисленных ложных значений у исследуемых слов (из 100 слов у 32 есть ложные значения; общее число зафиксированных ложных значений - 70).

Большое число ложных значений зафиксировано в словах ханжество (9 дополнительных значений и все ложные), порядочность (6 дополнительных значений, 2 ложных), ирония (6 дополнительных значений, все ложные), терпимость (6 дополнительных значений, 4 ложных), авторитет (6 дополнительных значений, 4 ложных), стимул (6 дополнительных значений, 3 ложных).

Значительная часть ложных значений является следствием народной этимологии (молва – от «мольбы», «молитвы»; интеллигентность –от «интеллект»; идеал – от «идол»; варварство – от «воровство», порядочность – от «порядок» и др.).

Исследование показало, что имеется связь между степенью известности слова подростку и количеством ложных значений этого слова: чем меньше известно испытуемым слово (много отказов), тем больше у него выявляется дополнительных (в том числе ложных) значений (ханжество, такт, бдительность, интеллигентность и др.).

В языковом сознании подростка ряд абстрактных значений представлен смыслом «человек, обладающий этим качеством» (благородство – благородный человек, интеллигентность –интеллигентный человек и др.). Это отражает:

1) тенденцию к конкретизации абстрактных значений в языковом сознании;

2) тенденцию к формированию чувственного образа для закрепления концепта в универсальном предметном коде (Н.И. Жинкин).

Выявлены случаи, когда значения в языковом сознании реально уже системных (например, история понимается как только история страны; «общественное» значение слова кризис присутствует, а «личное» –нет, будущее – «общественное» значение актуально, а «личное» значение - нет).

Установлено, что уровень понимания абстрактной лексики старшеклассниками в целом недостаточно адекватен. Наиболее адекватно в языковом сознании старшеклассников сформированы значения абстрактных лексем, имеющих чувственную, поведенческую опору, наименее адекватно – значения высоко абстрактных лексем (морально-этическая лексика).

Исследование выявило большую роль культуры в формировании концептов: влияние прецедентных текстов, а также роль учительских речевых штампов, влияющих на формирование значений в сознании подростков.

Исследование позволяет выделить в структуре языкового сознания носителя языка активную и инактивную зоны.

Активную зону образуют максимально коммуникативно-релевантные значения лексических единиц, репрезентирующие наиболее конкретные по содержанию слои соответствующих концептов.

Инактивная зона образована коммуникативно малорелевантными значениями, которые, тем не менее, присутствуют в языковом сознании подростка.

По теме исследования опубликованы следующие работы:

1. Грищук Е.И. Абстрактные концепты в сознании носителя языка

// Язык и национальное сознание: Материалы региональной науч.-тео-ретич. конф, посвящ. 25-летию каф. общ. языкознания и стилистики Воронежского университета. – Воронеж, 1998. – C. 42 - 43.

2. Грищук Е.И. Абстрактная лексика и речевая культура школьника

// Русский язык конца ХХ века. – Воронеж, 1998. – С. 212-213.

3. Грищук Е.И. Абстрактные концепты в восприятии школьников //Язык и национальное сознание. - Вып.2. – Воронеж, 1999. – С. 80- 82.

4. Грищук Е.И. Абстрактная лексика в восприятии школьников // Вестник ВОИПКРО. – Вып.3. – Воронеж, 1999. - С. 99-105.

5. Грищук Е.И. Опыт экспериментального изучения восприятия абстрактной лексики учащимися мужского и женского пола // Вестник ВОИПКРО. – Вып.4. - Ч.1. - Воронеж, 1999.– С. 110-114.

6. Грищук Е.И. Гендерная специфика употребления абстрактной лексики старшеклассниками // Гендер: язык, культура, коммуникация: Материалы I Международной конференции. – Москва, 1999. – С. 28-29.

7. Грищук Е.И. Усвоение абстрактной лексики и речевая культура школьника // Риторика в современном образовании. – Москва, 1999. – С.85-86.

8. Грищук Е.И. Понимание культурологической лексики старшеклас-сниками // Культура общения и ее формирование. – Вып. 6. – Воронеж, 1999. – С. 73-74.

9. Грищук Е.И. Концепт «толерантность» в сознании учащихся // Вестник ВОИПКРО. – Вып. 6. – Воронеж, 2000. – С. 127-131.

10. Грищук Е.И. «Воспитанность», «культурность», «интелли-гентность» в сознании старшеклассников // Культура общения и ее формирование. – Вып. 8. – Воронеж, 2001. – С. 54-55.

11. Грищук Е.И. Абстрактная лексика в языковом сознании старшеклассников: методика исследования // Методологические проблемы когнитивной лингвистики. – Воронеж, 2001. – С. 169-172.

12. Грищук Е.И. Развитие лексико-семантических навыков учащихся в сфере абстрактной лексики // Проблемы преподавания литературы,

русского и иностранных языков в современной школе: Материалы 1 областной учительской конференции. – Воронеж, 2002. – С. 149-150.

13. Грищук Е.И. Гендерная специфика употребления и понимания абстрактной лексемы «культура» // Гендер: язык, культура, коммуникация: Тезисы докладов II Международной конференции. – Москва, 2001. – С. 38-40.

14. Грищук Е.И. Коммуникативно-психологическая лексика в сознании старшеклассников // Вестник ВОИПКРО. – Вып.8. – Воронеж, 2002. – С. 172-178. )