Ввиду самостоятельного физического существования, принад­лежность может быть предметом самостоятельных прав на нее. Од­нако при отсутствии специальных оговорок заинтересованных лиц все правовые отношения, устанавливаемые на главную вещь, счи­таются распространяющимися (ввиду хозяйственной связи между обеими вещами) и на принадлежность к ней (отсюда афоризм:

«принадлежность следует судьбе главной вещи»).

Плоды. Плодами естественными считались прежде всего орга­нические произведения вещей, постоянно и регулярно получаемые от эксплуатации плодоприносящих вещей, без изменения их хо­зяйственного назначения, в мире как растительном (огороды, де­ревья), так и в животном (шерсть, молоко).

Охота на водных и земельных пространствах составляла плод участков, если они специально были отведены для охоты. Относи­тельно недр земли мнения классиков расходились, но большинст­во относило продукцию недр земли к плодам. Право Юстиниана стало на ту же точку зрения и относило к плодам продукцию ка­менных карьеров, что было в духе охватившего ту эпоху интереса к монументальному строительству.

Плоды делились на: a) fructus pendentes — плоды, еще соеди­ненные с производящей их вещью; б) fructus separati — плоды, уже отделенные от производящей их вещи; в) fructus percepti — плоды, не только отделенные, но и захваченные кем-либо для себя или для другого. Они в свою очередь подразделялись на fructus exs-tantes — плоды, наличные в натуре и fructus consumpti — плоды потребленные, переработанные или отчужденные. Различали еще категорию плодов — fructus percipiendi, несобранных по упуще­нию, но подлежащих сбору при правильной хозяйственной экс­плуатации вещи.

Юридическое значение понятия плодов и различия их видов заключалось в различии их правовой судьбы при наличии права собственности, какого-либо иного права на плодоприносящую вещь или при установлении особых правоотношений по поводу такой вещи .

При истребовании вещи собственником путем виндикационно-го иска наличные плоды всегда подлежали возвращению собствен­нику вместе с вещью. За потребленные же плоды добросовестный приобретатель ответственности не нес. Это ограничение прав соб­ственника вещи было объяснено на основе анализа римских ис­точников Л.И.Петражицким, доказавшим, что ограждая добросо­вестного владельца от требований по поводу потребленных им плодов, римское право стремилось обеспечить устойчивость хо­зяйственных отношений, охранить лицо, неправомерно, но добро­совестно владевшее чужой вещью, от обременительной обязанно­сти возмещать доходы, которые были, может быть, давно потреблены в ошибочной уверенности, что они принадлежат тому, кто их потребил.

Доходы. Юридическое понятие плодов было римскими юриста­ми расширено и обнимало всякий регулярный доход, как прино­симый вещью естественным путем, так и получаемый на основа­нии особых правоотношений по поводу плодоприносящей вещи, например, проценты, получаемые с капитала.

Имущество. Постепенно римляне пришли к представле­нию об объединенных хозяйственным назначением целых имуще­ственных комплексах.

Самое раннее обозначение имущества гражданина дано в зако­нах XII таблиц термином familia pecuniaque — первоначально со­вокупность рабов и скота (pecus-pecunia). Позднее familia обозна­чала и всю совокупность имущества. В цивильном праве укрепилось понятие имущества, добытого трудами домовладыки — patrimonium (отчины), переходящего с соответствующими культо­выми обязанностями к наследникам.

В преторском праве иногда употребляется термин «отцовское и дедовское добро» (bona patema avitaque — в формуле объявления лица расточителем). Но, конечно, понятие имущества обнимает собой все то, что принадлежит данному лицу, независимо от того, само лицо приобрело это имущество, или имущество досталось ему по наследству. При жизни собственника его добро — bona — гарантирует кредиторов в платеже долгов. Отсюда Павел сделал вывод, что имуществом каждого лица считается то, что остается после удовлетворения кредиторов, за вычетом долгов. Как некото­рое обособленное имущество рассматривалось имущество, выде­ленное домовладыкой в пользу раба или подвластного для само­стоятельного хозяйствования и управления (так называемый пекулий, см. п. 117).

Вещи в обороте и вне оборота — res in conunercio et res extra commercium. Римские юристы различали вещи в обороте, res in commercio, и вещи вне оборота, res extra commercium. К первой категории относились все вещи, составляющие объекты частной собственности и оборота между отдельными людьми. Выражение

in commercio esse означало, что такие вещи могли быть предмета­ми мены, оборота по оценке — aestimationem recipiunt.

Внеоборотными вещами — res extra commercium — считались такие вещи, которые или по своим естественным свойствам или в силу своего особого назначения не могли быть предметами частных правоотношений: res quarum commercium non est (D. 18. 1. 16. рг.). Классические юристы признавали группу вещей omni­um communes, а в Институциях Юстиниана повторили, что есть вещи, которые согласно естественному праву, принадлежат всем. Сюда относились: а) воздух, б) текучая вода и в) моря со всем, что в них водится.

Другую группу внеоборотных вещей составляли публичные вещи (res publicae). Основным и единственным хозяином публичных ве­щей считался римский народ.

Имущества общин-городов (civitates) на практике также назы­вались res publicae. Таким образом, res publicae, во-первых, служи­ли по воле государства или общин удовлетворению их потребнос­тей как носителей власти. Во-вторых, res publicae служили источником государственных доходов и покрывали фискальные нужды — in patrimonio populi vel fisci — в имуществе народа или фиска. Сюда входили общественные здания и укрепления, слу­жившие целям управления и защиты.

Следующую категорию публичных вещей составляли вещи, на­значенные для общего пользования всех граждан государства или общины и служившие для удовлетворения общественных потреб­ностей и целей — res universitatis. Сюда относились, прежде всего, публичные дороги и реки.

Реки делились римлянами на flumina publica и privata, в зависи­мости от того, пересыхали ли они на известное время года или нет. К публичным относились непересыхающие реки, т. е. реки, на ко­торых было возможно постоянное судоходство. В случаях, когда реки пересыхали или покидали свое русло, последнее переходило в собственность прибрежных владельцев.

Помимо публичных рек и дорог, римские источники относили в группу вещей общего пользования театры, стадионы, бани и пр. — quae in usu publico sunt. Пользование этими вещами пре­доставлялось всем гражданам.

Наконец, вне оборота были res divini iuris — вещи божеского права, которые не были способны быть предметом чьего-либо гражданского права. Сюда относились вещи, посвященные богам (res sacrae) — храмы, богослужебные предметы (Гай. 2. 9); места погребения членов рода, семьи, отдельного человека и даже ра­ба — res religiosae (Гай. 2. 4). Наконец, публичное право считало

res sanctae городские стены и ворота каждой общины. Они принад­лежали городу, но в оборот могли поступить только после срытия (Гай. 2. 8). В праве Юстиниана было допущено отчуждение свя­щенных вещей — res sacrae — для выкупа пленных или уплаты церковных долгов.

Виды прав на вещи

Из прав на вещи раньше всех оформилось владение, за ко­торым стоит право частной собственности. И то и другое понима­лось юристами-классиками как непосредственное господство над вещью, направленное прямо на вещь, без чьего-либо посредства — ius in re. Когда же вещь не принадлежала самому заинтересован­ному лицу, но он притязал на пользование вещью, принадлежав­шей другому лицу (res aliena), то возникали права, называемые по­зднейшими юристами iura in re aliena, права на чужую вещь.

Этим определяется порядок дальнейшего изложения. В следую­щих главах будут рассмотрены: а) владение, б) собственность и в) права на чужие вещи.

Литература.

1. Новицкий И.Б. Римское право.- Изд. 6-е, стериотипное.- М.,1997-245с. )