Характер юридической заинтересованности третьего лица, не заяв­ляющего самостоятельных требований на предмет спора, определяется следующей формулировкой: третьи лица могут вступить в дело, «если решение по делу может повлиять на их права или обязанности по отно­шению к одной из сторон» (ст. 43 ГПК). В ГПК 1923 г. (ст. 167-169) юридический интерес третьего лица был выражен иначе: вступление или привлечение третьих лиц возможно, если решение но делу может создать у них права и обязанности по отношению к одной из сторон. В правове­дении такая формулировка закона признавалась неудачной, поскольку подавляющее большинство представителей теории гражданского про­цессуального права исходили из того, что решением суда никакие права и обязанности не создаются (А.Ф. Клейнман, М.А. Гурвич, М.С. Шакарян). Так, в частности, не признавалось правильным встречающееся в практике указание в резолютивной части решения о предоставлении стороне права регресса, поскольку это право предоставлено законом[10].

Вопрос о том, может ли судебное решение создавать какие-либо пра­ва и обязанности следует решать с позиции действующего законодатель­ства. Гражданский кодекс, придавая судебному решению зна­чение юридического факта, называет его в перечне оснований возникно­вения гражданских прав.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований на предмет спора, могут вступить в дело по собственной инициативе, а также могут быть привлечены к участию в деле по ходатайству сторон, прокурора или же по инициативе суда (ст. 43 ГПК).

Вступление или привлечение третьего лица допускается до постанов­ления судом решения. Если третье лицо вступает в процесс по своей ини­циативе, оно должно подать суду заявление, которое государственной пошлиной не оплачивается[11].

Допуск в процесс третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, оформляется путем вынесения судом со­ответствующего определения.

Ст. 43 ГПК устанавливает, что третьи лица, не заявляющие самостоя­тельных требований на предмет спора, пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности сторон. Подобно сторо­нам они могут давать суду объяснения, представлять доказательства, ходатайствовать о назначении экспертизы, участвовать в исследовании доказательств и в судебных прениях, совершать другие процессуальные действия, право на совершения которых предоставлено сторонам зако­ном. Но процессуальное положение третьего лица, не заявляющего са­мостоятельных требований на предмет спора, не совпадает полностью с процессуальным положением истца, ответчика, соучастников.

Отличие состоит в том, что стороны являются субъектами основного спорного материального правоотношения. Сколько бы не было лиц (соучастников) на стороне истца или (и) ответчика, все они – субъекты спора о праве, рассматриваемом и разрешаемым судом. Каждый из со­истцов связан правоотношением с ответчиком, каждый из соответчиков связан правоотношением с истцом[12].

Связь соучастников по правоотношению с другой стороной означает, что они обладают взаимными и субъективными правами и юридически­ми обязанностями.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, находится за пределами основного спорного материального пра­воотношения и не является его субъектом.

Если третье лицо участвует на стороне ответчика, оно не связано правоотношением с истцом и не обладает по отношению к последнему никакими правами и обязанностями.

Если же третье лицо выступает на стороне истца, у него нет субъек­тивных прав и юридических обязанностей по отношению к ответчику, т.к. нет с последним связи по правоотношению.

Именно потому, что третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, не является субъектом основного спорно­го правоотношения, законодатель не наделил его рядом процессуальных прав, принадлежащих сторонам.

Так, третье лицо не имеет права на изменение основания и предмета иска, увеличение или уменьшение размера исковых требований, а также на отказ от иска, признание иска или заключение мирового соглашения, требование принудительного исполнения судебного решения. Права, в которых ограничено третье лицо, являются распорядительными, то есть направленными на распоряжение объектом спора. Не будучи субъектом основного спорного правоотношения между сторонами, третье лицо не может совершать процессуальные действия, направленные на распоря­жение объектом этого правоотношения.

То обстоятельство, что третьи лица, участвующие в процессе в по­рядке ст. 43 ГПК, наделены, по существу, всеми процессуальными пра­вами и процессуальными обязанностями сторон, за небольшим, но важ­ным изъятием, является одной из причин смешения третьих лиц этого вида с соучастниками.

Обращая внимание судов на необходимость различать стороны и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора. Гражданская Кассационная коллегия Верховного Суда РСФСР еще в первые годы применения Гражданского процессуального кодекса РСФСР подчеркнула, что «привлечение третьих лиц на свою сторону истцом или ответчиком не создает для третьих лиц положения сторо­ны»1.

В процессе с участием третьего лица, не заявляющего самостоятель­ных требовании на предмет спора, как правило, имеется один иск истца к ответчику, а не несколько параллельных исков, как это имеет место при процессуальном соучастии.

В сфере своих прав третье лицо, не заявляющее самостоятельных тре­бований на предмет спора, действует самостоятельно, т. е. не зависит от того, согласованы ли его процессуальные действия со стороной, рядом с которой оно выступает.

Поскольку третье лицо не является субъектом спорного правоотно­шения, в процессе по спору между первоначальными сторонами ничего не может быть присуждено в пользу третьего лица и с него ничего не может быть взыскано. Взаимоотношения между первоначальной сторо­ной и третьим лицом по общему правилу рассматриваются и разреша­ются в самостоятельном судопроизводстве (например, по регрессному иску).

Заключение.

Итак, третьи лица – участники процесса, заинтересованные в исходе гражданско-правового спора между сторонами. В зависимости от степени и характера заинтересованности различаются третьи лица, заявляющие самостоятельные требования на предмет спора (могут вступить в дело до вынесения судом решения, они пользуются всеми правами и несут все обязанности истца) и третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования на предмет спора (могут вступить в дело на сторону истца или ответчика до постановления судом решения, если решение по делу может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон).

Сопоставление со сторонами третьих лиц, как заявляющих самостоя­тельные требования на предмет спора, так и не заявляющих таковых, показывает, что и те и другие имеют общие черты. В то же время анализ процессуального положения третьих лиц обоих видов дает основания для вывода о том, что между собой они сущест­венно различаются, в связи с чем законодательством предусмотрено два самостоятельных вида третьих лиц.

Различия в характере юридической заинтересованности в чужом деле и в процессуальном положении исключают возможность сформулиро­вать общее определение понятия третьих лиц, которым можно было бы охватить хотя бы основные черты каждого из видов третьих лиц.

Рассмотрев все аспекты правового статуса третьих лиц в гражданском процессе, можно сделать следующий вывод.

Третьи лица – это самостоятельные субъекты гражданского процессуально права, имеющие свой правовой статус (хотя иногда и схожий с другими участниками процесса). Мы увидели необходимость данного правового института и неотвратимость его развития в дальнейшем. Хотя законодатель не уделяет должного внимания такой важной категории.

Список использованной литературы.

· Конституция РФ

· Гражданский Кодекс РФ

· Гражданский Процессуальный Кодекс РФ

· Инструктивное письмо Гражданской Кассационной коллегии Верховного Суда РСФСР № 1, 1926 // ЕСЮ )