Алмаз-минерал

Страница 3

По другой легенде, алмаз являлся собственностью ра­джи княжества Гвалиора, который и преподнес камень падишаху Гамаюну. Однако из восемнадцати владельцев этого бриллианта часть была предательски умерщвлена, часть пала в сражениях, а оставшиеся в живых изгнаны и умерли в нищете.

Предполагают, что «Кох-и-нор» («Гора света») был найден на территории штата Андхра Прадеш в копях Голконды и первоначально весил восемьсот каратов. После Гамаюна владельцем бриллианта стал шах Джехан — брил­лиант украшал его церемониальный павлиний трон. По опи­саниям Ж. Б. Тавернье, по указанию шаха Джехапа алмаз был переогранен в форме розы и напоминал половинку разрезанного яйца весом в 186 каратов. Накануне же бриллиант весил 191 карат. Шах Джехан очень рассердил­ся на венецианского камнереза Гортензио Борджио за неправильную огранку и лишил его не только награды, но и имущества. А в 1739 году Дели овладел персидский шах Надир. Он долго и безуспешно искал камень до тех пор, пока не изобразил себя страстно влюбленным в одну из жен Великого Могола Мохаммед-шаха, которая, поверив в искренность признаний Надира, поведала завоевателю, что Мохаммед-шах постоянно носит камень в своем тюрбане. При прощальном визите Надир-шах предложил Мохаммед-шаху в знак вечной дружбы обменяться тюрбанами и таким образом стал обладателем драгоценного камня. А когда в нетерпении размотал тюрбан и увидел солнечное сияние алмаза, то, не удержавшись от восторга, воскликнул:

«Кох-и-нор!» («Гора света!»), чем и обессмертил алмаз. На­дир вместе с другими драгоценностями перевез «Кох-и-нор» в Исфахан. После его убийства в 1747 году владельцем бриллианта стал афганец Ахмад Абдали. Он увез самоцвет в Кандагар, основал там королевскую династию и при коро­нации принял имя Дурр-и-Дуран, «Жемчужина века».

После смерти Абдали, последовавшей в 1773 году, на трон восходит его сын Тимур, который переселяется в Кабул и избирает город своей столицей. После смерти Тимура в 1793 году наступил период смуты. Заман Мирза уступил Лахор сикхскому авантюристу Ранджиту Сингху.

Брат Ранджит Сингха, Махмуд, правил недолго и был свергнут друзьями младшего брата Шунджа-Уль-Мулька. Шундж-Уль-Мульк, спасая жизнь, бежал в Лахор, прихва­тив с собой все драгоценности. Ранджит Сингх приютил беглеца, но взамен потребовал драгоценности, и «Кох-и-нор» до 1849 года стал храниться в Тошахане, близ Ла­хора. Ранджит Сингх вправил бриллиант в браслет, который носил на всех приемах и хранил среди драгоценностей короны. На смертном одре Сингха упросили завещать ка­мень богу Джаганатху, однако казначей не решился отдать бриллиант богу без соответствующих документов, и «Кох-и-нор» остался в сокровищницах Лахора.

Впоследствии владельцем камня стал молодой раджа Далиб-Сингх, управляющий престолом при посредничест­ве Англии. При его правлении в 1848 году вспыхнуло вос­стание сикских полков: драгоценности индийской короны перешли в управление Ост-индийской компании, были объ­явлены трофеями англичан и 3 июля 1850 года лордом Далхаузи торжественно преподнесены королеве Виктории.

В 1852 году камень вновь переогранили, и вес его со 186 уменьшился до 108,9 карата. В новой огранке алмаз не достиг точных пропорций бриллианта и утратил боль­шую долю привлекательности.

Королева Виктория носила его в качестве броши, а после ее смерти бриллиант был причислен к королевским регалиям: вставлен в корону, которая вначале принадлежала королеве Александре, затем королеве Мэри, супруге Геор­га V, и наконец короне Ее Величества королевы-матери, где пребывает и поныне, находясь в сокровищницах Тауэра.

Сегодня официальные власти Великобритании сильно встревожены требованиями Пакистана и Индии о возвра­щении «Кох-и-нора» его истинным хозяевам.

В третьей четверти девятнадцатого века, а точнее, в начале 1867 года, произошло открытие огромных месторож­дений алмаза в Южной Африке. Про это открытие рас­сказывают много легенд, но вот как выглядит вкратце одна из них в книге «Драгоценные камни» у М. И. Пыляева:

«В 1867 году торговец и охотник Джон 0'Релли остановился на ночлег на берегу реки Вааль на ферме голландца Ван-Никерка. Его внимание привлек камень, которым иг­рали дети. «Кажется, это алмаз», — сказал 0'Релли. Никерк рассмеялся: «Можете взять его себе, это наверняка не алмаз, таких булыжников здесь множество». 0'Релли взял камень, дабы удостовериться, не ошибся ли он, и если ка­мень окажется алмазом, решил поделиться с фермером по­ловиной его стоимости. Ювелир Кейптауна определил ка­мень алмазом. 0'Релли продал его за три тысячи долларов и добровольно поделился барышом с Никерком».

В марте 1869 года на ферме Зендфонтейн, находя­щейся неподалеку от Оранжевой реки, другой алмаз, полу­чивший название «Звезда Южной Африки», или «Дадли», обнаружил мальчик-пастух. Никерк купил у мальчика ка­мень за пятьсот овец, десять быков и лошадь, а сам пере­продал его за 11 200 фунтов стерлингов, по другим сообще­ниям — за пятьдесят шесть тысяч долларов. Из этого алмаза, первоначально весившего восемьдесят три с поло­виной карата, был получен бриллиант весом около сорока восьми каратов, который приобрела графиня Дадли и на­рекла его своим именем. К ферме Зендфонтейн ринулись изыскатели, и в 1870 году обнаружили там богатое место­рождение. Возник палаточный городок и на берегу реки Вааль, превратившийся затем в город Кимберли, назван­ный в честь министра колонии того времени. Было выяснено, что алмаз приурочен к своеобразной трубчатой горной породе, которую в честь города назвали кимберлитом, или кимберлитовой трубкой, отчего порода, несущая алмазы, называется кимберлитом.

В августе 1870 года алмаз весом в пятьдесят каратов был найден на ферме Ягерсфонтейн, несколько более мелких — в ее окрестностях, а один — даже в домашней ступе. Позднее было найдено еще несколько более крупных камней, которые оказались слишком громоздкими для украшения одежды и пригодными лишь для регалий. Откры­тие месторождений в Южной Африке было началом выяв­ления алмазных богатств африканского континента.

В 1903 году были найдены залежи его в Южной Родезии (Зимбабве), в 1904 году — в Намибии: интересно, что пер­вые алмазы Намибии были подобраны одним из местных жителей в кювете железнодорожной насыпи, куда для по­стройки дороги подвозили пески с алмазоносных россыпей. В России первый алмаз найден в 1829 году четырнадца­тилетним промысловиком Павлом Поповым на Крестовоздвиженском золотом прииске Урала, в окрестностях Бисеровского завода. Один из кристаллов был передан путешество­вавшему в это время по Уралу профессору А. Гумбольту. Минерал был показан в Петербурге, и на Урал послали не­сколько экспедиций. В 1838 году алмаз был обнаружен на Кушайском прииске и почти тогда же — на Успенском. В 1937 геологи открыли новый алмазоносный район в Якутии.

Молодой геолог Лариса Анатольевна Попугаева в 1953 году обследовала русло реки Далдын в Вилюйском районе и, усталая, села отдохнуть. Взгляд ее упал на камень под но­гой Ф. Беликова. Попугаева подняла самоцвет и увидела, что это кимберлит. По указанию Попугаевой рабочие разры­ли почву и открыли сплошные выходы алмазоносного ким­берлита. 21 июня 1954 года Л. А. Попугаева и работающий с ней промывальщик Ф. Беликов открыли трубку «Зарница», а 13 июня 1955 года поисковики нашли трубку «Мир», на которой и заложен город алмазников.

Первый алмаз на Сибирской платформе найден в 1948 году С. Н. Соколовым, а впервые слово «алмаз» упомянуто в книге Афанасия Никитина «Хождение за три моря».

Уральские поисковики камня уверяли, что в глубинах гор, богатых самоцветами, «живет хозяйка Медной горы, у которой под землей каменные палаты, а стены из дорогих самоцветов. Деревья в горе каменные, листья каменные, а на кустах зеленые колокольчики малахитовые и в каждом колокольце — сурьмяная звездочка. Трава вокруг тоже каменная, а цветы из камней узорных, и пчелки золотые, точно искорки над теми цветами.

Не захочет показать хозяйка горные богатства — обма­нут, закружат человека зеленые ящерки, уведет золото змей — Великий полоз. Но отдельным счастливчикам Хо­зяйка сама помогает находить самоцветы. Случилось как-то заплакать Хозяйке — она это руку подставила, а слезы кап-кап и на руке зернышками застывают. Полнехонька горсть . Камешки холодные, а рука, слышь-ко, горячая, как есть живая .»