Женщина на войне - феномен ХХ века

Женщина на войне - феномен ХХ века

План:

I. Дореволюционная ситуация: исключение из правил.

1. Женщина на войне: мировые легенды.

2."Женщина с оружием - это серьезно…"

3. В.Кожина и Н.Дурова.

4. Цивилизация не стоит на месте.

5. Они вторглись в типично мужскую сферу деятельности.

6. …чтобы попасть на фронт, ей пришлось выдавать себя за мужчину.

7. Гражданская война.

II СОВЕТСКАЯ ЭПОХА: ОТ РАВНОПРАВИЯ В МИРНОЙ ЖИЗНИ К РАВЕНСТВУ НА ВОЙНЕ

1. Развитие эмансипации.

2. Девушки рвутся на фронт.

3. Они были готовы к подвигу, но не были готовы к армии.

4. Другая сторона феномена.

5. ППЖ.

6. Рождались на фронте и подлинные чувства.

7. Солдаты с благодарностью вспоминают своих подружек.

III АФГАНСКИЙ ОПЫТ И СОВРЕМЕННОСТЬ: ЭВОЛЮЦИЯ ФЕНОМЕНА

1. Женщины в Афганестане

2. "Чекистки" - таких было большинство.

3. Почему и в наше время женщины оказываются на войне?

4. Мата Хари. Чем примечательна эта личность?

а)Рождение Маты Хари.

б) Роковые путешествия.

в) Симпатические чернила для «Н-21»

г) Неубедительное судебное разбирательство.

д)В ожидании вызова.

е) Мнимая казнь?

IV. Заключение.

ДОРЕВОЛЮЦИОННАЯ СИТУАЦИЯ: ИСКЛЮЧЕНИЕ ИЗ ПРАВИЛ.

«Война - дело мужское». Это утверждение всегда принималось за аксиому и, разумеется не случайно: на всем протяжении человеческой истории война действительно была прерогативой мужчин. Женщина же всегда выступала в качестве пассивной жертвы, военной добычи, в лучшем случае - в роли долготерпеливой Пенелопы или плачущей Ярославны. Легенды об амазонках, - кстати, распространенные в древности во всех частях света, - чаще всего так и остались легендами.

Впрочем, уже с древнейших времен в обозах многий армий странствовали те, кого в XVIII ХIХ вв. называли маркитантками. Они выполняли тройную функцию - снабжения войск продовольствием, иногда - ухода за ранеными , и почти всегда «жриц любви». И мужчины, и непричастные к армии женщины относились к маркитанткам не слишком уважительно.

А вот женщина - солдат , женщина с оружием в руках - это во все времена становилось событием невероятным, порождавшим массу легенд, слухов и домыслов. Жанна д’Арк - великая героиня французского народа. И это ни у кого не вызывает сомнений. Но давайте вспомним, как жестоко высмеивал ее Шекспир, который, впрочем был англичанином1. Или наши народные героини 1812 года - партизанка Василиса Кожина и кавалерист - девица Надежда Дурова.

С Кожиной ситуация более или менее ясна: когда кругом враг, который грабит и убивает врывается в твой дом, угрожает твоим детям, - поневоле за вилы возьмешься. А она, хоть и женщина, но облеченная властью - старостиха. Это, конечно, не совсем обычное поведение русской крестьянки, воспитанной на патриархальных общинных традициях. Впрочем, во все времена женщины осажденных городов и крепостей лили на голову неприятелей кипящую смолу .

А вот с Надеждой Дуровой все намного сложнее: в армию она ушла в 1806 г., когда французов под Москвой еще и в помине не было. Причем эта замужняя женщина оставила семью, мужа, малолетнего сына ради своих довольно странных наклонностей. А.С. Пушкин, публикуя в «Современнике» отрывок из ее записок, спрашивал в предисловии: «Какие причины заставили молодую девушку, хорошей дворянской фамилии, оставить отеческий дом, отречься от своего пола, принять на себя труды и обязанности, которые пугают и мужчин, и явиться на поле сражений - и каких еще? Врожденная неукротимая склонность? Любовь?2 Догадки были самые разные. Споры продолжаются и до сих пор.

Цивилизация не стоит на месте, войны становятся все страшнее и кровопролитнее, и все больше женщин приобщаются к несвойственному им ремеслу.

Крымская война 1853 - 1856 гг., оборона Севастополя: женщины в лазаретах; женщины, собирающие ядра и подающие их артиллеристам. Там прославилась своей отвагой медсестра Дарья, прозванная Севастопольской. Русско-японская война: снова женщины - сестры милосердия; на сей раз их гораздо больше. Первая мировая война: сестры милосердия и фельдшерицы в госпиталях, реже женщины находились - в отрядах Красного креста - в прифронтовой полосе, на передовой. И наконец, первое женское воинское формирование - Добровольческий ударный батальон смерти под командования полного Георгиевского кавалера поручика Марии Бочкаревой.

Это уже серьезно. Женщина с ружьем становится фактом Русской истории. Кстати, главным аргументом Бочкаревой, при создании ее батальона в мае 1917 г. было то, что «солдаты в эту великую войну устали и им нужно помочь . нравственно» ; т.е. женщины пошли на войну, когда мужчины оказались не на высоте, пошли, чтобы их «устыдить»3

«Граждане и гражданки! - призывала Мария Бочкарева., - Наша мать , наша матушка Россия гибнет. Я хочу помочь спасти ее. Я зову с собой женщин, чьи сердца и души кристально чисты, а помыслы высоки». Покажем же мужчинам в этот тяжкий час пример самопожертвования, чтобы они заново осознали свой долг перед Родиной ! .»4

В то время, когда мужчины целыми толпами дезертировали с фронта, женщины устремились на защиту Отечества. При этом в ударных батальонах преобладали представительницы трудовых семей — портнихи, учительницы, сестры милосердия, работницы, учащиеся из провинциальных городов. Кроме того, в маршевые роты были приняты женщины, досрочно освобожден­ные из заключения, — "чтобы дать возмож­ность грешницам искупить вину на полях сражений"5.

Возникает вопрос: а как относились мужчины к присутствию в армии женщин, к тому, что те вторглись в типично мужскую сферу деятельности?

Приведем несколько отрывков из вос­поминаний полковника Г.Н.Чемоданова, где он рассказывает и о своей встрече с женщинами из батальона смерти, и о сест­рах из отряда Красного креста. Дело про­исходило уже в период разложения армии, когда солдаты оставляли позиции, офице­ры потеряли всякую власть и возможность наводить порядок. А женщины . Женщи­ны оставались на посту и продолжали вы­полнять свой долг.

"За несколько дней до выступления на позицию, — вспоминает Г.Н.Чемоданов, - ко мне в штаб полка явились две молодые женщины из расформированного уже к тому времени батальона Бочаровой (так в тексте. — ЕС.). "

- Примите нас на службу в полк, - обратились они ко мне с просьбой.

Молодые,здоровые, рослые девицы, шинели туго перетянуты ремнями, на стриженых головах лихо надвинуты папахи. Первый случай в моей практике; отношусь скептически и этого не скрываю; на повторные просьбы предлагаю вопрос перенести в полковой комитет, и вот эта пара хорошо грамотных разбитных девиц у меня в полку на должности телефонистов в команде службы связи"6.

Далее Чемоданов описывает панику, когда вся рота убежала в тыл, а на пере­довой остались сам ротный, его денщик, телефонист, фельдфебель, повар, обозные от кухни, "девять человек всего, и баба в их числе, телефонистка". "Ну и как она себя держала?" - спросил пол­ковник у ротного, когда тот доложил обстановку. "Молодец баба, не меньше меня ругала и стыдила солдат", — был ответ.

Другой случай, описанный Чемодановым, касается сестер милосердия. Здесь обращают на себя внимание намек полковника на "блага", связанные с соседством Красного Креста, а также упоминание о том, что такое соседство — явление весьма редкое.

"Во время доклада адъютант расска­зывал мне новости, происшедшие за день, и между прочим сообщил, что тут же в име­нии расположен отряд Красного Креста. Удивление мое будет понятно тем, кто знает, как помпезно обычно располагались эти отряды и какие блага для полка проистекали от такого редкого соседства. Мне показалось невероятным, что я мог не знать о присутствии отряда, находясь в имении более суток"7.

И тут выяснилось, что от большого не когда отряда, основная часть которого была отправлена в тыл, остались только белый флаг с красным крестом на доме, две юные сестры милосердия, четырнадцать санитаров и две санитарные повозки. Ни фельдшера, ни врача .