Система гражданских ценностей Древнего Рима

Страница 3

Наука.

Без использования научных дан­ных невозможно было решать многообраз­ные проблемы функционирования такого сложного общества и такой сложной куль­туры, которая сложилась в период ранней Римской империи. Благоприятными факто­рами для развития науки были не только настоятельней необходимость в решении растущих общественных потребностей, но и возможности использования огромных Материальных людских и интеллектуальных ресурсов, которыми не располагали древневосточные, греческие и эллинистические общества.

Римляне восприняли накопленный прежними поколениями ученых опыт, и прежде всего эпохи эллинизма, и дали новый толчок развитию научной мысли. В период ранней Римской империи произошло известноё завершение научного развития пред­шествующих эпох всего древнего мира. Если говорить об общих особенностях римской науки I-II вв., томожно отметить ее большую направленность на достижение практических результатов, применение на­учных знаний для решения хозяйственных, социальных и политических задач. И если в осмыслении глубинных проблем мирозда­ния природы и общества наука I—II вв. вряд ли превзошла достижения великих ученых классической Греции и титанов эл­линистической науки Пифагора, Демокри­та, Аристотеля, Эвклида, Эратосфена и других, то в применении результатов на­учного исследования к решениям непосред­ственных жизненных задач она ушла дале­ко вперед. В связи с этим среди различных направлений научного исследования полу­чили преобладание ее прикладные ветви, особенно агрономия и медицина, астроно­мия и астрология, архитектура и геогра­фия, юриспруденция и риторика.

Практическая направленность римской науки этого времени лучше всего отрази­лась в первой античной энциклопедии — замечательном труде Плиния Старшего (24—79 гг.) «Естественная история». Этот грандиозный труд в 37 книгах не содержит связных философских рассуждений. «Есте­ственная история» — это в основном сухой и, на первый взгляд, однообразный пере­чень самых разнообразных и интересных фактов: по географии отдельных регионов, стран и континентов, анатомии и физиоло­гии человека, о видах и строении растений и животных, о различных лекарствах, ме­таллах и камнях и т. д. Автор демонстриру­ет удивительную эрудицию, он использовал около 2 тыс. произведений свыше 400 авто­ров. Все собранные Плинием факты были совершенно необходимы в повседневной жизни людей они были нужны советникам центрального правительства и провинци­альных наместников, но здесь читатель не найдет рассуждений о природе космоса, проблемах познания, политических учени­ях или этических концепциях. Даже в тех немногих местах, где автор пытается раскрыть философскую основу своего тру­да, а та кой. основой для него является концепция провиденциальной роли Италии и цивилизаторской миссии римлян в мире, он исходит не столько из анализа миро­воззренческих понятий, сколько из посту­латов официальной политической идеоло­гии.

Из конкретных научных дисциплин, в наибольшей степени восходящих к римско-итальянским истокам и получившим особое значение и I—II вв.,отметим агрономию и юриспруденцию. Вершиной римской и всей античной агрономии стал труд уро­женца Испании, но жившего в Италии Луция Колумеллы в 12 книгах—подлин­ная сельскохозяйственная энциклопедия своего времени, изданная в 60-х годах I в. В этом труде на высоком научном уровне изложены практически все элемен­ты агрономии, включая общую агротехни­ку, уход за полем, возделывание зерновых, виноградников, оливковых и плодовых де­ревьев, выращивание скота, устройство хозяйства и обязанности по его управле­нию, организации рабочей силы. Изложе­ние всех вопросов ведется Колумеллой на подлинно научной основе, которая включа­ет проработку солидной научной литерату­ры, собственные эксперименты в имении и заимствование чужого опыта; кроме того, Колумелла считает необходимым учиты­вать основы природоведения и Климатоло­гии. Энциклопедия Колумеллы, так же как и труды его предшественников Катона, Са-зерны, Варрона, Вергилия и многих других, вознесла римскую агрономию на такую высоту, которая была превзойдена миро­вой наукой лишь в XIX в.

Высокого уровня достигла римская ме­дицинская наука, которая пользовалась поддержкой как центральных, так и муни­ципальных властей (во многих муниципияхстального медицинского образования).

В ряде культурных центров — Алексан­дрии, Пергаме, Антиохии и прежде всего Риме существовали школы выдающихся медиков своего времени: Корнелия Цельза, Сорана, Галена, в трудах которых отражен высокий уровень античной медицины. Осо­бенно велик вклад в медицину Галена (129— 199 гг.) в последние годы его жизни, придворного врача императоров Марка Аврелия и Коммода. До нашего времени дошли многочисленные произведения Галена, написанные по самым различным проблемам врачебной медицины; анатомия и физиология человеческого тела, функции различных органов, о нервах и мышцах, он описал зрительный нерв, его названия не­которым мышцам сохранились до нашего времени.

Однако научная значимость творче­ства Галена состояла не только в том, что он был выдающимся врачом-клиницистом, но и в том, что он придал медицине облик настоящей научной дисциплины, рассматривая конкретные врачебные све­дения с точки зрения философских основ науки, синтезировав огромный опыт своих предшественников, особенно Гиппократа, с философскими положениями Аристотеля. Творческие размышления Галена как бы завершают многовековое развитие антич­ной медицины, и именно в этой форме они приобрели особую популярность в византийское время ив арабском мире, а позже в эпоху Возрождения и в Европе.

Если творчество Галена завершало эво­люцию античной медицины, то деятель­ность его старшего современника Клавдия Птолемея (83—161 гг.) стала обобщаю­щим итогом главных достижений античной астрономии; математики, географии и астрологии. Клавдий Птолемей был энцик­лопедически образованным ученым и авто­ром многочисленных сочинений, из них особое значение имели его «Великое мате­матическое построение астрономии» в 13 книгах, более известное под искажен­ным названием «Альгамест», «Тетрабиблос», или «Четверокнижие», «Руководство по географии» в 8 книгах. В «Альгаместе» Птолемей дал наиболее полное обобщение и наиболее аргументированное для своего времени обоснование так называемой гео­центрической системы мироздания, кото­рая господствовала затем вплоть до откры­тия Коперника; Птолемей был, по суще­ству, отцом научной картографии, посколь­ку в своем труде по географии, он с помощью внушительного для своего вре­мени астрономо-математического аппара­та (включая начала тригонометрии) и раз­работанной им же системы координат дал определение картографического положе­ния свыше 8 тыс. различных городов и на­селенных пунктов, впервые в античности локализовав их на основе научных данных, выполнив работу колоссальной сложности, которую сейчас выполняют несколько ог­ромных институтов. Представляют боль­шой интерес исследования Птолемея в об­ласти астрологии. Астрология была частью научной астрономии еще со времен вави­лонских жрецов, но в эллинистическую эпоху пользовалась недоброй славой как сомнительная наука о суевериях, таин­ственных и страшных гаданиях. Вместе с тем существовали и некоторые научные основания астрологии в фундаментальной стоической философии о едином взаимос­вязанном космосе, в котором расположе­ние звезд, судьбы людей, события челове­ческой истории оказывались взаимосвя­занными икак таковые были доступными для прогнозирования. В «Тетрабиблосе» Птолемея была сделана попытка наиболее аргументированного исследования всех на­учных оснований астрологии, которая была в значительной степени очищена от дилетантизма, суеверий и многих элементов мистики. Вот почему «Тетрабиблос» стал одним из самых, популярных руководств одной из самых сомнительных, наук древности, да и более, позднего времени.

В гуманитарных науках римляне, усвоив образцы греческой и эллинистической мыс­ли, не смогли превзойти своих .великих предшественников по силе и глубине на­учной мысли — Платона и Аристотеля, Ге­родота и Фукидида, Демосфена и Исократа. Однако в юриспруденции римляне ста­ли основателями настоящей правовой науки. Римское право оказалось настолько глубоко разработанной научной дисципли­ной, что определило пути мировой юриди­ческой науки на многие столетия вперед. Римское общество было слишком сложным и конгломератным, чтобы держаться толь­ко на насилии, средиземноморская эконо­мика была слишком автаркичной и нату­ральной, чтобы выработать прочные эконо­мические связи. Именно поэтому господ­ствующему классу пришлось использовать возможности правового регулирования многообразных отношений между людьми и их коллективами, чтобы .поддерживать в обществе известный порядок. Естествен­но, это не могло не способствовать разра­ботке римского права. Римские юристы уже основательно преодолели примитив­ный взгляд на право как на совокупность отдельных примеров (казусов), а рассмат­ривали юридические отношения с фило­софских позиций, с использованием утон­ченных логических методов и поставили античную юриспруденцию на вполне на­учную основу. В I—II вв. появляется мно­жество различных трактатов, юридических руководств, отдельных исследований, из которых в IV в. было составлено капиталь­ное собрание юридических норм в 50 кни­гах, получивших название Дигест или Пандект. В период правления Августа в Риме сформировались две различные юри­дические научные школы: сабинианцев (по имени юриста Сабина) и прокулеанцев (по имени юриста Прокула), которые продол­жали существовать в течение всего I в. Во II в. юрист Гай написал фундаментальное руководство по изучению римского права, так называемые «Институции». Большим авторитетом пользовались многочисленные сочинения современника Августа юриста Лабеона. При императоре Адриане боль­шим знатоком в области римского права был Сальвий Юлиан, которому принадле­жала заключительная редакция кодекса важнейших законов Империи, касаю­щаяся различных сторон судопроизводст­ва и получившая название «Вечного эдикта».