Революция 1917 года: почему Февраль? почему Октябрь?

Страница 6

По вопросам получения рисунков mail to kovchegin_igor@rambler.ru

Рисунок 2. Манифест ЦК РСДРП «Ко всем гражданам России». 27 февраля 1917 г.

2. Отречение Николая II

Победоносное восстание в столице опрокинуло расчеты вождей либеральной общественности. Они вовсе не стремились уничтожать монархию, понимая, что падение традиционной государственности расшатает порядок и вызовет народные бунты. Руководители Думы хотели ограничиться вве­дением «ответственного министерства» (т. е. правительства, на­значаемого Думой), манифест о создании которого Николай II подписал 1 марта в Царском Селе, но настроения масс ясно показали, что такой мерой уже не обойтись. «К изумлению Рузского Родзянко сообщал: «К сожалению, манифест [об «ответственном министерстве»] запоздал», «династический вопрос поставлен ребром», «требование отречения в пользу сына при регентстве Михаила Александровича становится определенным требова­нием». Только при таком решении, уверял Родзянко, кризис будет преодолен: «переворот может быть добро­вольный и вполне безболезненный для всех, и тогда все кончится в несколько дней»»[17].

Встал вопрос об отречении Николая II; за это высказались все командующие фронтами. Со дня своей коронации он всегда надеялся на законы, на министров, на то, что ему расскажут, что надо делать. Поэтому в ночь со 2 на 3 марта в Пскове, в присутствие А. И. Гучкова и В.В. Шульгина, присланных Думой, еще раз выслушав информацию о положении в столице (в том числе и весть о переходе на сторону революции царского конвоя, которая особенно поразила Николая II), царь подписал манифест об отречении за себя и за сына Алексея в пользу брата Михаила Александровича. Генерал Саввич вспоминал: «Наступило общее молчание, длившееся одну-две минуты. Государь сказал: «Я решился. Я отказываюсь от престола», – и перекрестился»[18].­Николай очень любил сына и мечтал воспитывать его. Когда поезд с царем и его свитой стоял под Псковом, когда царь уже принял решение об отречении от престола, он сказал: «Я буду жить, воспитывать Алексея». Власть была ему в тягость. Когда Николай отрекся, он просто хотел свалить груз с плеч, и отдать эту власть кому-нибудь другому, не задумываясь: «А справится ли тот, другой, с этой властью?». Затем Николай послал своему брату телеграмму следующего содержания: «Его императорскому величеству Михаилу. Петроград. События последних дней вынудили меня решиться бесповоротно на этот крайний шаг. Прости меня, если огорчил тебя и не успел предупредить. Останусь навсегда верным и преданным братом. Возвращаюсь в Ставку и оттуда через несколько дней надеюсь приехать в Царское село. Горячо молю богу помочь тебе и твоей стране. Ника»[19]. То есть фактически Николай свалил весь груз ответственности на Михаила, нарушив при этом закон о престолонаследии, по которому каж­дый член царской фамилии мог отрекаться только сам за себя, и в будущем давало возможность объявить такое от­речение недействительным. Но и этот акт запоздал: Михаил не решился стать императором, объя­вив, что вопрос о власти должно решить Учредительное собра­ние. «8 марта бывший император выехал из Ставки и был заключен в Царскосельском Александровском дворце»[20]. Монархия в России пала, а ее последние представите­ли погибли год спустя: Николай и его семья были увезены в Си­бирь и 17 июля 1918 г. расстреляны в Екатеринбурге, Михаила же, сосланного в Пермь, убили местные рабочие. Потрясенный этими убийствами один из основателей российской социал-демократии Ю. Мартов писал: «Какая гнусность! Какая ненужно-жестокая гнусность, какое бессовестное компрометирование великой русской революции новым потоком бессмысленно пролитой крови! Как будто недостаточно было Уральской драмы — убийство членов семьи Николая Романова! . Стыдно! И если есть коммунисты, есть революционеры, которые сознают гнусность расстрела, но боятся заявить протест ., то вдвойне стыдно за эту тру­сость — позорный спутник всякого террора!»[21]

§3. Падение двуглавого орла – Февральская революция в Москве.

Получив 27 февраля сообщение о со­бытиях в Петрограде, члены Москов­ского областного бюро ЦК и Москов­ского комитета партии (И. И. Сквор­цов-Степанов, М. С. Ольминский, В. А. Обух, П. Г. и С. Н. Смидовичи, Р. С. Землячка, А. А. Сольц и др.) соб­рались на свое первое легальное заседа­ние и подготовили обращение к трудя­щимся и солдатам. В этом обращении, распространенном в виде листовки на следующий день, говорилось: «В Петер­бурге революция . Товарищи, бросайте работу! Солдаты! Помните, что сей­час решается судьба народа! Все на улицу! Все под красные знамена рево­люции! Выбирайте в Совет рабочих де­путатов!»

Чтобы не допустить развертывания революционного движения, по приказу ставки Москва была объявлена на осад­ном положении: демонстрации и митинги были запрещены, войска заняли наибо­лее важные подступы к центру города, в некоторых местах на улицах были уста­новлены орудия. Газетам было предпи­сано не печатать сообщения о событиях в Петрограде.

Но остановить революцию было уже невозможно. 28 февраля благодаря ак­тивной работе заводских большевист­ских ячеек стали останавливаться одно предприятие за другим. Началась все­общая стачка. Повсюду проходили митинги.

Большевики развернули активную ра­боту среди солдат гарнизона. Москов­ский комитет и Областное бюро ЦК большевиков обратились к солдатам с призывом: «Власть переходит к наро­ду . Еще немного усилий—и народ приступит к осуществлению своих тре­бований . 1. Демократическая респуб­лика. 2. Вся земля народу, тому, кто ее сам возделывает . 3. Запрещение для всех предприятий, фабрик и заводов работать больше 8 часов в день . Това­рищи солдаты! Сейчас вы в казарме, а, может быть, завтра вернетесь к своему хозяйству или к работе на фабриках и заводах . За одно и в ногу с рабочими, товарищи солдаты! К победе над веко­вым врагом. За мир! За свободу! За союз рабочих всех стран и народов!»

Призывы большевиков ложились на достаточно подготовленную почву. В бурлившей революционной толпе, ко­торая заполнила Воскресенскую пло­щадь, первоначально преобладали рабо­чие. Были и студенты. Но уже в конце дня 28 февраля среди шапок и кепок стали все чаще мелькать военные фу­ражки: отдельные солдаты и даже офи­церы присоединились к восставшему народу.

Улицы Москвы были заполнены де­монстрантами, направляющимися с красными знаменами и революционными песнями к центру города. Полицейский отряд, пытавшийся задержать на Яуз­ском мосту шествие рабочих заводов Гужона и «Динамо», был смят. Помощ­ник пристава, убивший в этой схватке вожака рабочей молодежи Иллариона Астахова, был сброшен в реку. Схватки рабочих с полицией произошли на Ка­менном мосту. И здесь, несмотря на жертвы, рабочие прорвали заслон.

В приказе по Московскому гарнизону сообщалось, что 1 марта будет отслуже­на очередная панихида по «в бозе-почившем» в 1881 г. императоре Александре II, и посему в этот день предлагалось «в барабаны не бить и музыке не играть». Но вопреки приказу командующего ок­ругом в городе гремела музыка — музыка революции. День, с которого Москва была объявлена на осадном положении, стал последним днем царс­кой власти во второй столице.

По вопросам получения рисунков mail to kovchegin_igor@rambler.ru  

Рисунок 3. Листовка МК РСДРП от 1(14) марта 1917 г. Фрагмент

Московский комитет и Бюро ЦК РСДРП издавали листовки (рис. 3) и разработали специальное воззвание к рабо­чим, в котором писали: «Сегодня, 1 марта, реши­тельный день для Москвы. Революция должна победить. Старая власть будет уничтожена. Откроются тюрьмы, будет свобода рабочих организаций, рабочей печати, будет положено начало осво­бождения рабочего класса . Петроград­ский пролетариат начал первый . Дело за Москвой. Вчера она дала ответ. Улицы покрылись поднявшимся проле­тариатом . Выяснилось, что большин­ство Московского гарнизона будет за революцию . Сегодня день восстания, день захвата всех правительственных учреждений, железных дорог, почт и телеграфа, телефона. Государственный банк и казначейство будут отняты у старой власти. Сегодня великий день. Поддержим наших петроградских брать­ев, не дадим послать в Питер царского палача! Все на улицу! Организуйте ве­ликую пролетарскую силу . Да здрав­ствует революция демократическая, рабочая и крестьянская! Да здравст­вует РСДРП и международный проле­тариат!»