Политические и правовые идеи Реформации

Политические и правовые идеи Реформации

В первой половине XVI в. в Западной и Центральной Европе развернулось широкое общественное движение, антифеодальное по своей социально-экономической и политической сути, религиозное (антикатолицистское) по своей идеологической форме. Поскольку ближайшими целями этого движения являлись “исправление” официальной доктрины римско-католической церкви, преобразование церковной организации, перестройка взаимоотношений церкви и государства, постольку оно стало называться Реформацией. Главным очагом европейской Реформации была Германия.

Сторонники Реформации разделились на два лагеря. В одном собрались имущие элементы оппозиции - масса низшего дворянства, бюргерство, часть светских князей, рассчитывавших обогатиться посредством конфискации церковных имуществ и стремившихся использовать удобный случай для завоевания большей независимости от империи. Все эти элементы, тон среди которых задавало бюргерство, хотели осуществления достаточно скромных, умеренных реформ. В другом лагере объединились народные массы: крестьяне и плебеи. Они выставили далеко идущие требования, боролись за революционное переустройство мира на началах социальной справедливости.

Участие в реформационном движении столь разнородных общественных сил, естественно, определило наличие в нём весьма отличающихся друг от друга политических программ, представлений о государстве, праве, законе. Тем не менее эти программы содержали и общие, характерные для всей Реформации идеи. Например, все сторонники Реформации признавали единственным источником религиозной истины Священное Писание и отвергали католическое Священное Предание. Были они согласны в том, что миряне должны “оправдываться одною верой” без посреднической роли духовенства в “спасении” верующего. Все они желали радикального упрощения и демократизации церковного устройства, осуждали погоню церкви за земельными богатствами, были против её зависимости от римской курии и т. д.

У истоков Реформации стоял и крупнейшим идеологом её бюргерского крыла являлся немецкий теолог Мартин Лютер (1483-1546). Именно он сформулировал те религиозно-политические лозунги, которые вначале вдохновляли и сплотили в Германии практически всех поборников Реформации.

Чтобы правильно разобраться в системе политико-юридических взглядов М. Лютера, надо, во-первых, учесть, что уже к середине 20-х годов XVI в. он резко выступил против крестьянско-плебейского, революционного лагеря Реформации; во-вторых, отграничивать то, что в лютеровских суждениях прямо связано со “злобой дня”, от того, что содержит глубинный теоретический смысл; в-третьих, провести различие между субъективно преследовавшимися самим М. Лютером целями и исторической ролью, которую объективно сыграли высказанные им идеи.

Один из исходных пунктов лютеровского учения - тезис о том, что спасение достигается исключительно верой. Каждый верующий оправдывается ею лично перед богом, становясь тут как бы священником самому себе и вследствие этого не нуждаясь более в услугах католической церкви (идея “всесвященства”). Только лишь богу - существу совершеннейшему - обязаны люди (от пап и князей до последнего крестьянина и плебея) повиноваться рабски, служить верноподданически. В сравнении с богом абсолютно все смертные ничтожны. Никто из людей не имеет превосходства над себе подобными: клир ничем не отличается от мирян, все сословия одинаковы. Эта трактовка М. Лютером основоположений христианства в условиях Реформации фактически являлась едва ли не первой раннебуржуазной версией принципа равноправия.

Возможность верующим быть внутренне религиозными, вести истинно христианский образ жизни обеспечивается, согласно М. Лютеру, мирским порядком. Действенность этого порядка обеспечивается благодаря опоре учреждений светской власти (государства, законов) на естественное, а не на божественное право. Будучи в конечном счёте производным от воли божьей, естественное право тем не менее представляет собой качественно иной феномен, чем право божественное. Опирающейся на него светской власти естественное право дозволяет управлять единственно внешним поведением людей, имуществом, вещами. Свобода души, область веры, внутренний мир человека находятся, по М. Лютеру, вне юрисдикции государства, за пределами действия его законов.

В своей концепции государства М. Лютер предусмотрел - и это очень важно для понимания её теоретического значения, - что в сфере естественного права, в границах мирских отношений светской власти следует руководствоваться практической целесообразностью, реальными интересами, определяемыми человеческим разумом. Властвует же целесообразно, управляет разумно тот князь (монарх), который употребляет власть не как привилегию, а отправляет её как бремя, возложенное на него богом. Вообще христианский “управитель должен считать себя слугой, а не господином народа”.

М. Лютер, однако, был чрезвычайно далёк от того, чтобы проповедовать необходимость демократического переустройства тогдашней германской государственности. Он наставлял подданных быть покорными монархам, не восставать против власти и смиренно сносить чинимые ею несправедливости.

Система лютеровских политико-правовых воззрений пронизана противоречиями. Идея усиления роли светской власти, её независимости от папства, которое являлось космополитическим институтом, “работала” на утверждение регионального княжеского абсолютизма. Мысли о монархе как высшем руководителе национальной церкви, о духовенстве как особом сословии, призванном служить государству, освящение светской власти религиозным авторитетом - всё это способствовало насаждению культа государства; суеверная вера в государство надолго становилась характерной чертой господствовавшего в Германии политического сознания. Внутренняя религиозность, за которую ратовал М. Лютер, не предполагала сколько-нибудь серьёзного изменения общественно-политического строя той поры: не требовалось упразднять эксплуатацию крестьян феодалами, ликвидировать абсолютистские режимы, устранять духовное порабощение верующих и т. п.

В целом эволюция деятельности и учения М. Лютера происходила таким образом, что в них нарастали элементы бюргерской ограниченности, узкоклассового политического утилитаризма, религиозного фанатизма, существенно мешавшие дальнейшему развитию Реформации.

Кростьянско-плебейский лагерь, который возглавил Томас Мюнцер (ок. 1490-1525), обратил реформационное движение в открытую бескомпромиссную борьбу против всяких эксплуататорских порядков, социального неравенства, власти князей, засилья церкви. Пик этой революционной борьбы - Крестьянская война в Германии (1524-1526 гг.).

Социальные и политико-правовые идеи восставших крестьянских масс были наиболее определённо изложены в “12-ти статьях” и в “Статейном письме”. Первый документ состоял из относительно умеренных и конкретных требований. В нём, в частности, говорилось о необходимости выборности и сменяемости духовных лиц общинами, об обязательности отмены крепостного права, об уменьшении размера податей, оброков и барщины, об устранении произвола в управлении и судах и т. д. Содержание “Статейного письма”, вышедшего из ближайшего окружения Т. Мюнцера, было куда радикальнее. Авторы этого письма заявили, что крайне бедственное положение народа больше терпеть нельзя. Всем крестьянским общинам надо объединиться в “христианский союз и братство”, сообща устранить любыми средствами (в том числе и насильственными) тяготы, создаваемые простым людям духовными и светскими господами. В “христианском союзе и братстве”, который должен будет охватить всю страну, установится справедливый общественный строй; его принципом явится служение “общей пользе”. Поскольку “Статейное письмо” задачу учреждения такого союза связывало с народными массами, постольку вполне логично допустить, что в них оно видело и носителя власти при новом социальном порядке.

Мысль о том, что власть следует передать простому народу, шла, несомненно, от Т. Мюнцера, по мнению которого лишь обездоленному люду чужды эгоистические цели и он движим общими интересами, стремится к “общей пользе”. Т. Мюнцер прорицал лютеровское понимание существовавшего светского государства как организации, устанавливающей и охраняющей с помощью юридических законов “гражданское единство” между разными конфликтующими слоями общества с их различными потребностями и религиозными верованиями. Он считал, что М. Лютер, обосновывая изъятие из ведения светского государства всех общезначимых дел религиозно-этического плана, фактически оправдывал узурпацию данного государства социальными верхами, которые распоряжались им вовсе не ради поддержания “гражданского единства”, а в целях удовлетворения своих корыстных партикулярных интересов. Волю и цели бога способно осуществить только то государство, которое сообразует своё бытие с общей целью мирового развития, целью всего сущего.