ЛОГИКО-СЕМИОТИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ КЛАССИФИКАЦИЙ В ЛИНГВИСТИКЕ

Страница 9

е – СКР, содержащие сотни тысяч и миллионы членов. Таковы выполненные на естественном языке классификации в других дисциплинах (промышленные стандарты, описания веществ и лекарств, живых организмов). Их логика диктуется логикой данной отрасли специализированной деятельности.

СКР, содержащие многие десятки и более членов, могут представляться через набор менее многочисленных (например, за счет введения иерархии – ср. защищаемое положение 5).

– Значительная часть лингвистических "классификаций" не отличается высокой операциональностью – различения недоопределены (Нариньяни, 1980, 1982), построены на латентных и несамостоятельных признаках. В частности

– – Специально не обсуждаются проблемы номенклатуры выделяемых групп и процедуры идентификации – правила отнесения конкретного экземпляра к одной из выделенных групп (чаще всего оно осуществляется экспертно).

Описанное положение дел с "классификациями" в лингвистике делает необходимым их весьма изощренный категориальный анализ.

2.2. Общая схема анализа “классификаций” в лингвистике.

При описании лингвистических “классификаций” соискателем предложено учитывать разнообразные особенности их организации (Гринбаум, Мартыненко, Чебанов, 1989, Мартыненко, Чебанов, 1988, 1990 а, б, 1996, 1998, Чебанов, 1977, 1980, 1983 а, б, в, г, 1984, 1986 а, б, 1988, 1995, 1996, в т.ч. Прилож. 2, 1998 а, б, 1999 а, б, в, г, Чебанов, Мартыненко, 1999, 2000, Chebanov, 1993, 1995, 1997, 1998, 1999, Chebanov, Martynenko, 1999, Chebanov, Martynenko, Sherstinova, 1998, Martynenko, Chebanov, 1997, 1998). Их можно объединить в несколько групп.

Общие основания

Подавляющее большинство "классификаций" создается лингвистами почти спонтанно, по образцу, без достаточного обсуждения их методологической корректности. Поэтому обычно трудно составить представление о философских и методологических основаниях соответствующих построений, а делать это приходится косвенно (по принадлежности к школе, попутным замечаниям и т.д.).

Можно отметить ряд обстоятельств.

– Только некоторые построения носят ныне явный отпечаток философских установок (прагматизма и инструментализма у американских дескриптивистов, неопозитивизма у неогумбольтианцев и т.д. – ср. Козлова, 1972). При этом они касаются скорее методов создания "классификаций", а не интерпретации статуса их реальности. Традиционная для классификационной проблематики философская триада "реализм – номинализм – концептуализм" если и обсуждается в контексте лингвистических "классификаций", то в маргинальных для лингвистики работах (Флоренский, 1971, 1973, Шрейдер, 1983, Шрейдер, Шаров, 1982). Подавляющая же доля современных лингвистических "классификаций" создана в позиции реализма в современном, а не в упомянутом традиционном смысле.

– Как правило, не обсуждаются и такие методологические вопросы, как соответствие выбранного варианта "классификации" и формы его представления (формы таксономии) природе языка, природе выделяемых типов (ср. анализ этой проблемы в языкознании с позиции дихотомии "искусственное – естественное" у Г.П.Щедровицкого – Лефевр, Щедровицкий, Юдин, 1965, 1967, Щедровицкий, 1966 а, б, 1969, 1991), концепция существенности признаков (развивающая взгляды Аристотеля или альтернативная им), другие методологические проблемы "классификации".

– В частности, почти не обсуждается вопрос о функциях "классификации" (упорядочивание, объяснение, предсказание нового – ср. Аракин, 1989 об использовании классификаций для дидактического прогнозирования), обоснованных ограничениях решения задачи индукции по неполному основанию, критериях качества "классификации" и т.п.

– Обычно отсутствуют эксплицированные программные заявления, касающиеся того, претендует ли "классификация" на охват всего исследуемого универсума или только известной его части, обладает ли она возможностями самоперестройки и самоисправления, роли конвенции, языка "классификации" (здравого смысла, предметного, логического, классиологического и т.п.), используемых логических и математических структур, различения таксономических и мерономических конструктов.

Мереология

К этой группе относятся вопросы, связанные с тем, откуда берутся и что собой представляют единицы, подлежащие "классифицированию". Эта важнейшая составляющая упорядочивающе-систематизирующей деятельности, которая является частью предклассификационной деятельности. Как показывает опыт работы и консультирования именно с этим этапом работы связаны основные затруднения "классифицирования".

Выделением единиц занимается тот раздел мереологии Ст.Лесневского, которым практически не занимается мерономия Мейена–Шрейдера. Как отдельный предмет лингвистического анализа эта область осознается редко (Рахилина, 1990).

По самому характеру природы языка, онтологический статус языковых реалий весьма сложен. Так, в наблюдении даны только речевые произведения, причем устные как процессы, а письменные более приближены к объекту в классическом понимании. Язык является результатом реконструкции и фигурирует в качестве объекта "классифицирования" как идеальный образ. Письменный текст, в свою очередь, интерпретируется как результат, след процесса письма. Фрагменты и структуры текста или языка появляются как результат членения речи, текста или реконструкций языка.

Уже на этой стадии происходит довольно сложная трансформация исследуемого материала и операций их исследования. Так или иначе, процессуально организованный материал должен подвергаться периодизации. Формально это могут быть разные операции. При анализе конкретного фрагмента речи имеет место периодизация в диахронии; в том случае, если речь идет о фонемной или слоговой организации той или иной лексемы, происходит периодизация в панхронии (строится процессуальный архетип). Но и та, и другая операции переводятся (без исследования логических преобразований при этом) в пространственные отношения и заменяются районированием. При этом принимается одномерность времени, которая презентируется одномерностью речи. Именно на этом этапе работы периодизация процесса (темпоральная одномерность которого еще может быть предметом обсуждения) полностью замещается геометрией квазиодномерных пространств (синтагматическая одномерность). Квазиодномерность (а не одномерность) определяется наличием дистантных отношений между единицами (см. следующий раздел).

Другим аспектом неодномерности речи является неточечность ее источника (звука, пишущего инструмента), трехмерное распространение звука и двумерное расположение текста, которые будучи пренебрежимыми для малых отрезков речи, оказываются принципиальными в больших формах (театральная, музыкальная речь, литературные формы, фигурные стихи и т.п.). Возможно допущение о дробной размерности лингвистических единиц (что подтверждается допустимостью их фрактальных моделей).

Далее, и устные, и письменные произведения, и язык (т.е. три сущности, обладающие весьма разными модусами реальности – Любищев, 1971, Шрейдер, 1983), и их фрагменты для того, чтобы стать объектом “классифицирования” более или менее формализовано описываются и полученные описания или ментальные образы в сознании исследователя оказываются подвергаемыми “классифицированию”. При этом при формировании группировок (в первую очередь низшего уровня) используются и экспертные, целостные суждения исследователя “похоже – не похоже”.

Таким образом, предметом "классифицирования" являются образы и описания лингвистических единиц, которые замещают исходный эмпирический речевой материал, при оперировании с которыми, тем не менее, привлекается и личное знакомство исследователя с ним.

Именно в отношении вопросов данного раздела очень существенны как указанная интерференция обыденной ("членораздельная речь") и профессиональной систем различения, так и общекультурные установки об экземплярной членимости мира.