ЛЮБОВЬ КАК ЛИНГВОКУЛЬТУРНЫЙ ЭМОЦИОНАЛЬНЫЙ КОНЦЕПТ: АССОЦИАТИВНЫЙ И ГЕНДЕРНЫЙ АСПЕКТЫ

Страница 2

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трёх глав, заключения, библиографического списка и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность выбора темы исследования, определяются его объект, предмет, излагаются цели и задачи, научная новизна, теоретическая и практическая значимость, перечисляются методы анализа.

В главе 1 «Лингвокультурный эмоциональный концепт «любовь» и подходы к его изучению» излагаются основные теоретические и методологические положения, на которые опирается автор диссертации, раскрывается сущность лингвокультурологии как лингвистической дисциплины, вводятся и определяются понятия «языковое сознание» (ЯС), «языковая картина мира» (ЯКМ), «гендерная картина мира», «концепт», «эмоциональный концепт» (ЭК), описывается специфика любви как лингвокультурного концепта.

Изменение парадигмы гуманитарного знания в сторону антропоцентризма ознаменовалось формированием на стыке существующих наук новых исследовательских областей, направленных на изучение человека в его многообразии взаимоотношений с окружающим миром. Одним из результатов такой антропоцентрической переориентации стало появление лингвокультурологии, изучающей взаимодействие языка и культуры.

Принятый в лингвистике антропоцентрический подход к языку предполагает усиленное внимание ко всем параметрам человеческой личности, отражающимся в языке. В связи с этим существенно возрастает значимость индивидуальных параметров личности. Гендер, понимаемый как культурно обусловленный и социально воспроизводимый феномен, представляет один из таких параметров.

Наиболее «гендерным», отражающим социально-биологическую специфику пола, является, бесспорно, любовь, которая, собственно, и порождается половой дифференциацией людей. Эмоциональный концепт «любовь» занимает особое место среди лингвокультурных концептов. Он относится к числу базовых человеческих ценностей и непосредственно связан с формированием у человека смысла жизни как цели, достижение которой выходит за границы человеческого бытия.

Слово «концепт» в протерминологической функции стало активно употребляться в российской лингвистической литературе с начала 90-х годов прошлого века. Антропологическая ориентация современной лингвистики, приводящая к исследованиям, реализуемым на стыке её с другими дисциплинами (Костомаров, Бурвикова 2001), предопределяет междисциплинарный статус категории концепта, используемой в двух новых парадигмах: лингвокогнитологии и лингвокультурологии.

Представители когнитивной лингвистики (А. П. Бабушкин, Е. С. Кубрякова, И. А. Стернин и др.) интерпретируют концепт как единицу оперативного сознания, при этом главным в данной трактовке концепта является указание на его цельность. Представители лингвокультурологического направления (Н. Д. Арутюнова, А. Вежбицкая, С. Г. Воркачев, В. И. Карасик, Д. С. Лихачев, Ю. С. Степанов, Л. О. Чернейко и др.) рассматривают его как ментальное образование, отмеченное в той или иной степени этносемантической спецификой.

В отечественной лингвистике эмоциональные концепты относят к разряду универсальных, поскольку именно эмоции являются «центральной частью, которая делает представителей разных этносов более или менее похожими друг на друга» (Шаховский, 1996). В этой связи в качестве универсального концепта концепт «любовь» присутствует, очевидно, во всех этнических лингвокультурах.

Концепт «любовь» обладает номинативной плотностью, признающейся концептологически значимым признаком лингвокультурного концепта (Карасик, 1996), а также высокой степенью номинативной диффузности – большим количеством вторичных значений имени концепта (Слышкин, 2004).

В структуре концепта «любовь» выделяются три составляющие: понятийная, отражающая его признаковую и дефиниционную структуру; образная, фиксирующая когнитивные метафоры, и значимостная, определяемая местом, которое занимает имя концепта в лексико-семантической системе языка.

В главе 2 «Национально-культурная и языковая специфика концепта любви» исследуется специфика представлений о любви в этической парадигме; сопоставляется паремиологизация концепта «любовь» в русском и английском пословичных фондах; осуществляется исследование словарных значений предикатов любви в русском и английском языках на базе художественных текстов и словарных статей.

С точки зрения методологии, исследование концептов целесообразно начинать с областей их бытования, представляющих собой типы сознания, в которых эти концепты объективируются (Воркачев, 2002). Для языка таковыми являются обыденное языковое сознание и сознание специальное, в частности, научное.

Имена концептов, используемые языком науки, наполняются конкретным семантическим содержанием благодаря функционированию в рамках определенной теории. В отличие от собственно языковых, научные представления являются универсальными, более точными и детальными, что вызывает необходимость их экспликации с целью наиболее полного постижения природы и сущности концепта. В то же время, несмотря на большое количество философско-этических трудов, в которых описывается чувство любви, не существует единственно верного определения любви.

В результате исследования описаний любви как межличностного чувства в этических и психологических трудах выяснилось, что в семантической модели любви находят отражение следующие признаки:

1) интегральный признак «ценность»;

2) центральное положение предмета любви в системе ценностей субъекта;

3) признак «положительность»;

4) немотивированность выбора объекта любви, его непроизвольность;

5) индивидуализированность объекта любви;

6) сексуальная окрашенность (в видах эротической любви).

В этических и психологических исследованиях при описании любви как межличностного чувства усилия авторов направлены, прежде всего, на выработку таких признаков, совокупность которых в принципе совпадает с дефиниционной частью полного определения. На основе анализа представлений о любви в этико-психологических трудах можно создать семантическую модель любви, её обобщённый прототип. Любовь – это, прежде всего, глубокое, обычно иррациональное чувство, переживаемое человеком и направленное на другого человека, преимущественно половое, вызывающее сильные переживания и предполагающее проявление уважения, заботы и нежности.

Анализ концепта «любовь» в паремиологическом корпусе русского и английского языков показывает, что в пословичных фондах обоих языков можно выделить три группы пословичных выражений:

1. Абсолютные эквиваленты – паремии, тождественные по смыслу и по форме. Их также принято называть «кочующими единицами»: «Love is blind/Любовь слепа»; «Love conquers all/Любовь всё побеждает»; «Old love does not rust/Старая любовь не ржавеет»; «Love me, love my dog/Любишь меня, люби и мою собаку». Следует отметить, что количество таких паремий невелико.

2. Частичные эквиваленты – паремии, тождественные по смыслу/идее, но различные с точки зрения лексики и структуры: «Сердцу не прикажешь» – «Love cannot be compelled» (идея: силой любви не добьёшься, насильно мил не будешь); «Хоть ряба, да мила» – «If Jack's in love, he's not judge of Jill's beauty»(эта группа представлена наибольшим числом паремий в обоих языках).

3. Лакунарные паремии – афоризмы одного языка, для которых не нашлось аналога в другом языке. Так, в русском языке нет соответствия английской пословице «Calf love, half love; old love, cold love», хотя суть/идея этой пословицы ясна носителю русского языка – в юности человеку не дано прочувствовать всю многогранность чувства любви, а в старости любовь уже не такое пылкое и горячее чувство. В английском же языке не нашлось идейного эквивалента русской пословицы «Во что влюбился – в то преобразился» (эта группа паремий представлена относительно небольшим количеством пословиц).

В лексическом составе английских и русских поговорок отражены разнообразные типы лексики: природные явления и стихии, названия бытовых предметов, животных, растений, лексика, связанная с пищей, абстрактные понятия, соматическая лексика и т. д. При наличии различных типов лексики в пословичном фонде языков в английских пословицах высока частота употребления абстрактных понятий («Congruity is the mother of love» – «Гармония – мать любви»; «Love asks faith, and faith asks firmness» – «Любовь требует веры, а вера требует твёрдости»), тогда как в русских пословицах часто встречаются названия бытовых предметов, животных, соматическая лексика («Деньги – прах, одежда – тоже, а любовь всего дороже»; «Люби Ивана, а береги кармана»; «Не спится, не лежится, всё по милому грустится»). Основываясь на этих выводах, можно предположить, что в русском менталитете понятие любви закреплено как нечто реальное, близкое, находящееся рядом, в то время как английское языковое сознание рассматривает любовь как нечто абстрактное, отдалённое, неопределённое.