ОСОБЕННОСТИ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ КОНСТРУКЦИЙ С СИНТАКСИЧЕСКОЙ АППЛИКАЦИЕЙ В ЯЗЫКЕ ОРИГИНАЛОВ И ПЕРЕВОДОВ ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО И РУССКОГО ЯЗЫКОВ)

Страница 7

Четвертая глава «Экспрессивно - стилистические особенности автоперевода конструкций с синтаксической аппликацией» выполнена на материале языка английского оригинала и русского автоперевода романа В.В. Набокова “Лолита”. Авторский перевод является результатом двуязычия автора и дает ключи к закрытому тексту для нового адресата, поскольку "авторский перевод не означает абсолютного сходства переведенного текста с оригиналом, тождества с ним, т.к. авторский перевод – это такой же перевод, как и каждый другой" (Попович 1980).

Когда литературный текст поступает от автора оригинала через перевод к реципиенту, в структуре перевода отражается непрерывная интерференция всякого рода норм, идущих от различных коммуникационных субъектов. Под интерференцией мы понимаем взаимодействие языковых систем в условиях двуязычия. Интерференция – объективное явление, обязательное для деятельности любого билингва, подающееся лингвистическому анализу при помощи объективных лингвистических методов, имеющих дело с анализом соотношения структур и структурных элементов двух языков, их взаимопроникновения, взаимодействия и взаимовлияния на разных уровнях языка: стилистическом, фразеологическом, лексико-семантическом, синтаксическом, морфологическом, фонетико-фонологическом. В результате интерференции могут возникать буквализмы, т.е. переводческие ошибки различных типов, которые обычно воспроизводят коммуникативно нерелевантные элементы оригинального высказывания, в результате чего либо нарушаются нормы и узус ПЯ, либо оказывается искаженным действительное содержание высказывания. Для достижения адекватности в автопереводе В.Набоков успешно использует методы и буквального (пословного), и вольного перевода. Очевидно, это является результатом поиска варианта, отвечающего нормам переводного языка. Возможность пословного перевода без изменения структуры предложения и без существенного изменения порядка слов определяется сходством между синтаксическими конструкциями английского и русского языков, о чем могут свидетельствовать обнаруженные в большом количестве аппликативные построения в оригинале и автопереводе “Лолиты”. Следует отметить особую тщательность и аккуратность автора при переводе синтаксических конструкций. Например:

Lolita, light of my life, fire of my lions. Mysin, my soul! - Лолита, свет моей жизни, огонь моих чресел. Грех мой, душа моя.

В английском синтаксическом построении, состоящем из двух предложений, легко распознается ИП “Lolita, light of my life, fire of my lions.” В ИП выделяется ОК “Lolita”, а НП “My sin, my soul” - аппликативное по своей структуре. В переводе сохранена основная черта содержательного и стилистического строения оригинала – аппликативная метафора, которая определяется С.А.Ахмадеевой как совмещенная разновидность конструкций с синтаксической аппликацией и метафоры (Ахмадеева 1999). Функционально использованы приемы образного сходства, не нарушен характер экспрессивности аппликативного построения.

В.Г.Гак считает, что “если писатель использует в качестве стилистических приемов грамматические формы и конструкции, которые являются более распространенными и нейтральными в другом известном ему языке, то можно предполагать нарочитое или неосознанное заимствование из этого языка . При этом некоторые новшества и находки, осуществленные независимо, могут оказаться подобными фактам, существующим в других языках ” (Гак 1998). Я.И.Рецкер отмечает, что “грамматическая форма и синтаксическая конструкция не мыслятся в процессе перевода как нечто самостоятельное, в отрыве от их лексического наполнения” (Рецкер 1971). В.Г.Гак абсолютизирует это следующим образом: “Единственной чисто грамматической трансформацией является изменение порядка слов: все остальные преобразования в сфере синтаксиса связаны с той или иной лексической или морфологической заменой” (Гак 1998).

В автопереводе В. Набокова грамматические трансформации конструкций с СА обычно сочетаются с лексическими. Как показало наше исследование, в большинстве случаев изменение синтаксической структуры конструкций с СА в автопереводе вызывается лексическими, а не грамматическими причинами.

Анализируя экспрессивность английских и русских переводов, Я.И.Рецкер выделяет некоторые стилистические закономерности в процессе перекодирования эстетической информации. Это экспрессивная конкретизация, экспрессивно-стилистическое согласование и экспрессивно-прагматическая конкретизация (Рецкер 1971). Они в полной мере характерны для языка («обоих языков») В.В.Набокова. Экспрессивная конкретизация – переводческий прием, характеризующийся использованием в переводе экспрессивно-оценочной русской лексики, вместо нейтральных слов подлинника. Например:

“What did that man ask you, Lol?”

“Man? Oh, that man. Oh, yes. Oh, I don,t Know. He wondered if I had a map. Lost his way, I guess”.

- О чем спрашивал тебя этот хам, Лолита?

- Какой хам? Ах тот. Ах, да. Ах, не знаю. Спрашивал, есть ли у меня карта. Заблудился верно.

В результате перевода автором английского “man” (мужчина) как “хам” эмотивный смысл русского аппликативного построения приобретает большую выразительность. Английское слово “man”, онтологически неэкспрессивное, в русском варианте становится эмотивно-оценочно-экспрессивным.

Т.П.Рассказова считает, что “менталитет русской культуры кардинально отличается от менталитета англосаксонской культуры. Русские более эмоциональны и иррациональны, чем представители англосаксонской культуры, что отражается в языке” (Рассказова 1998). По-видимому, степень эмоциональной нагруженности русского слова в сознании билингва оказалась более высокой. Вероятно, именно это противоречие в процессе автоперевода привело билингва В.Набокова к приложению другого системного знака к одному денотату.

В следующем примере В.Набоков по-иному переводит сленговое словосочетание “A great guy” (классный парень). Английский вариант больше подходит для речевой характеристики малолетней Лолиты, которая охотнее использует сленг в своей речи. Русский перевод, на наш взгляд, скорее является речевой характеристикой образованного Гумберта:

He saw – smiling – through everything and everybody, because he was not like me and her but a genious. Agreatguy - Дело в том, что он видел насквозь (с улыбкой) все и всех, потому, что он не был как я или она, а был гений. Замечательный человек.

Таким образом, экспрессивная конкретизация выступает своеобразным “композиционным монтажом”, благодаря которому в автоперводе изменяется характеристика речевого субъекта.

Экспрессивно-стилистическое согласование - переводческий прием, особенность функционирования которого заключается в том, что выбор лексики из арсенала языка перевода объясняется семантикой и выразительностью соседнего слова или более широкого контекста:

L., I knew, was somewhere guite near. In result of some stealthy maneuvering. I came across in her mother’s bedroom. Prying her left eye open to get rid of a speck of something. Checkedfrock.

Я знал, что Ло где-то близко. В результате скрытых маневров я набрел на нее в спальне матери. Оттягивала перед зеркалом веко, старалась отделаться от соринки, попавшей в левый глаз. Клетчатое платьице.

Так, “Prying her left eye open” (раскрывала свой левый глаз) Набоков переводит как “оттягивала перед зеркалом веко”. Выбор русской лексемы “оттягивала” диктует автору следующее слово “веко”, так как по-русски нельзя “оттягивать глаза” для того, чтобы отделаться от соринки.

Очень часто набоковский автоперевод синтаксических конструкций напрямую зависит от контекста:

So my nymphet is not in the house at all! Gone! - Итак, моей нимфетки просто нет дома! Упорхнула.

В результате использования автором экспрессивной конкретизации английский глагол движения to go получает не отмечавшееся в словарях, новое контекстуальное значение – “упорхнуть”. Появившаяся в автопереводе аппликативная метафора способствует созданию метаязыка автора. В другом примере слово “тюрьма” наделяет глагол “to go” иным контекстуальным значением – “садиться”: