РЕГИОНАЛЬНЫЙ ЯЗЫК РАВНИННОЙ ШОТЛАНДИИ

Страница 5

Определим, что «региональные языки» распространены на сравнительно обширной территории, и на них говорит значительная часть населения той или иной европейской страны. Кроме того, они имеют относительно бóльшие возможности для стабильного функционирования и позитивного развития. Напротив, на «миноритарных языках» говорит лишь очень малая часть населения (т.е. действительное демографическое меньшинство), проживающая на ограниченной территории; в настоящее время они являются менее перспективными в плане выживания и дальнейшего поступательного развития. И те и другие идиомы в силу их подчиненного статуса и по причине непрекращающегося давления со стороны доминирующих языков можно также охарактеризовать как подвергающиеся риску. При этом разнообразие языковых ситуаций в Европе таково, что эти два отнюдь не безупречных определения не могут их охватить. В действительности каждый региональный или миноритарный язык представляет собой особый случай, в связи с чем представляется целесообразным сохранить и менее дифференцированный традиционный термин «малый» язык.

Что касается основного отличия региональных языков от миноритарных, то здесь и далее будем считать, что языковые коллективы первых не могут быть признаны этническими или др. меньшинствами в полном смысле этого слова (ср., например, нижненемецкие диалекты), а идентичны демографическому большинству населения всей страны (например, люксембургский язык) или какой-либо отдельно взятой автономии или исторического региона страны (например, скотс). В остальном же, содержание понятий «региональный язык» и «миноритарный язык» сближается, что отражает реальную действительность, в которой возможны различные переходные случаи. В Шотландии к собственно миноритарным языкам можно отнести только гэльский, тогда как скотс не может считаться языком демографического меньшинства, поскольку его языковой коллектив в этническом отношении совпадает с основным населением страны.

В настоящее время назрела потребность в общей типологии «малых» языков. Однако создание такой типологии затруднено по двум причинам: во-первых, современные европейские региональные и миноритарные языки до сих пор слабо изучены, а, во-вторых, в этой области исследований отсутствует универсальный и единообразный понятийный аппарат. Дж. Эдвардс предлагает построить универсальную типологию «малых» коренных языков на основе переменных величин, обобщенных в виде трех широких рубрик: «носитель языка», «язык» и «языковая ситуация» (см. Edwards, 1992). Распределив переменные величины по соответствующим рубрикам, можно получить картину взаимодействия языка с внешней средой. Эти три рубрики условно можно обозначить как «категории Б», тогда как в качестве «категорий А» можно использовать такие общепринятые термино-разделы, как «демография», «социология», «лингвистика», «психология», «история», «политика/право/гос.управление», «география», «образование», «религия», «экономика» и «СМИ».

Совмещение категорий А и Б позволяет построить модель, которая может использоваться как инструмент для вычленения соответствующих переменных величин, необходимых для построения универсальной типологии «малых» языков. Первым шагом в этом направлении является формулирование стандартных вопросов в соответствии с количеством клеток в полученной схеме (всего 33). Очевидно, что такие стандартные вопросы вовсе не являются уже готовой типологической схемой, а представляют собой лишь основу для ее создания. Полученный список представляет собой своего рода подробный вопросник, позволяющий описать ситуацию, в которой находится «малый» язык, с помощью переменных величин.

В работе предлагается модифицировать перечень вопросов Дж. Эдвардса применительно к региональным языкам в связи с тем, что, как было показано выше, коллективы их носителей могут быть противопоставлены всему остальному населению данного государства (автономии) только по географическому и социальному (напр. средний/рабочий класс) признакам и не могут быть охарактеризованы как языковые меньшинства в полном смысле этого термина. Видоизмененный вопросник применительно к скотс и подобным ему идиомам будет иметь следующий вид: 1). Численность и степень концентрации носителей языка в ареале его распространения? 2. Географические особенности ареала данного языка? 3. Представлен ли языковой коллектив преимущественно сельским или городским населением? 4. Социально-экономический статус носителей языка? 5. Характер и интенсивность языковой преемственности? 6. Характер языкового строительства в прошлом и настоящем? 7. Возмож­ности для усвоения языка, имеющиеся у его носителей? 8. Уровень стандартизации языка? 9. Характер миграционных процессов в ареале данного языка? 10. Языковые предпочтения носителей языка? 11. Место языка в самосознании большинства его носителей? 12. История данного языкового коллектива? 13. История языка? 14. История региона, в котором языковой коллектив проживает в настоящее время? 15. Уровень официаль­ного признания языка? 16. Уровень автономии или «особого» статуса территории? 17. Является ли данный язык эндемичным? 18. Является ли язык неэндемичным? 19. Образовательный уровень носителей языка и их охват образовательной системой? 20. Характер поддержки, оказываемой языку школой? 21. Уровень развития системы образования на данной территории? 22. Вероисповедание носителей языка? 23. Характер соотно­шения между языком и религией? 24. Общественная значимость религии в ареале распространения данного языка? 25. Экономическое благососто­яние носителей данного языка? 26. Взаимосвязь между уровнем владения данным языком и экономической успешностью? 27. Экономическое благосостояние всего региона? 28. Представленность языка в СМИ? 29. Общая осведомленность населения о языковой проблеме в ареале распространения данного языка?

Этот вопросник может быть использован как при построении общих типологических систем, так и при описании особенностей общественного функционирования отдельно взятого регионального языка.

Основные особенности языковой ситуации в Лоуленде.Используя приведенный выше вопросник как схему, определяем, что скотс практически не представлен в официальной сфере, в СМИ, в рекламе, в религиозной практике и в публичных выступлениях. Он также не является языком массового образования, и лишь недавно стал внедряться в некоторых регионах как школьный предмет. Кроме того, чрезвычайно редки случаи, когда скотс изучается иностранцами как второй язык. В то же время доминирующим языком равнинной Шотландии является местный вариант литературного английского (далее ЛША).

В языковом сознании общества английский занимает место престижного книжного языка, не являющегося родным для многих его членов, которые на этапе первичной социализации (в семейно-бытовом общении в детстве) усваивают какой-либо диалект скотс в более или менее чистом виде. Овладение престижным английским языком имеет искусственный характер и происходит позднее - преимущественно в школе, в то же время пропорция англоговорящего населения неуклонно увеличивается (в том числе и за счет миграции населения).

Очевидно, что разговорная речь Лоуленда лучше всего может быть охарактеризована как континуум, один полюс которого образуют различные диалекты английского языка – от так называемого RP до ЛША, а другой – диалектное море скотс. Следует признать, что лучшая модель, описывающая местный языковой континуум, на данный момент была предложена А. Дж. Эйткеном в работе «Scots and English in Scotland» (Aitken 1984б). Эйткен подразделяет все коренное негэльскоязычное население Лоуленда на 4 группы на основе преобладающего типа речевых (а именно лексических, морфологических и, отчасти, фонетических) употреблений. По Эйткену, первые две социальные группы можно охарактеризовать как собственно англоязычные. Носителями диалектов скотс являются только представители 3-й и 4-й групп, причем в наиболее чистом виде скотс сохранился именно в пределах 4-й группы.

В реальной действительности наиболее распространенный в настоящий момент в равнинной Шотландии речевой тип демонстрирует низкую частотность шотландизмов и получил поэтому эпитет «thin Scots» (т.е. буквально «жидкий» или «разреженный» скотс») (см. McClure, 1979б: 29-31). Этот диалект представляет собой скорее вариант английского языка с большим количеством разноуровневых черт, восходящих к скотс. Он крайне непоследователен в использовании лексических и прочих языковых средств и глубоко отличается в этом отношении от синтетического диалекта современной шотландской литературы - лаланс.

Что касается письменной речи, то бывает трудно определить, написан ли отрывок на скотс, из-за того, что содержание этого термина отличается значительной неопределенностью. Для того чтобы более или менее точно определить содержание понятия «скотс» применительно к письменным текстам, в диссертации вслед за Дж. Д. Маклюром исполь­зуется специальная процедура, в соответствии с которой язык каждого отдельно взятого текста может быть охарактеризован с помощью следующей диаграммы (рис. 2):