Еще не все потеряно…

Подробно говорить о том, каким будет грядущий русский традиционализм, пока преждевременно. Тем не менее, некоторые его характерные черты можно уверенно предвидеть уже сейчас. “Русский быт, – писал митрополит Иоанн, – на протяжении многих столетий характеризуется сильнейшей тягой к воплощению во всем своем многообразии религиозно-нравственного идеала... Русский взгляд на мир веками основывался на фундаментальной идее, предполагающей осмысление жизни как всеобщего совместного служения евангельским идеалам добра, правды, милосердия, жертвенности и сострадания”129.

Это возвышенное представление о смысле бытия русский народ пронес через все беды и лишения XX столетия, равных которым, пожалуй, не знает история человечества. И вот теперь нас стараются лишить самобытного национального мировоззрения, пытаясь заменить его рекламой кока-колы и культом доллара. Поэтому не нужно быть провидцем, чтобы предсказать, что первоочередные меры по возрождению традиционной основы русской жизни должны включать в себя:

В области государственной – возрождение единой, централизованной российской державы в ее естественных [c.202] геополитических границах. Строгое единство государственного устроения. Отказ от искусственного, доведенного до абсурда “разделения” властей, парализующего их деятельность взаимными интригами и противоборством. Демократическую соборность управления, предполагающую наличие на всех уровнях власти коллективных органов (советов, думских собраний, соборов и т.п.), осуществляющих по мере необходимости совещательные, контрольные, представительные и законодательные функции. Усиление сословно-профессионального (учителя, врачи, рабочие, крестьяне, военнослужащие) или сословно-территориального характера представительства.

В области хозяйствнно-экономической – восстановление отношения к труду как к служению, имеющему непреходящую нравственную ценность, а не как к средству заработка, обогащения или удовлетворения прихотей. Решительное пресечение всех попыток превратить российское общество в “общество потребления”, внедрить в общественное сознание “идеалы” обогащения любой ценой, потребления как главной цели общественного развития. Возрождение реальной многоукладности хозяйства, основанной на действительном равноправии форм собственности при тщательнейшем соблюдении принципа социальной справедливости.

Аналогичные меры должны быть предприняты и в других ключевых областях нашей общественной и государственной жизни. Вряд ли стоит их здесь перечислять - они уже не раз обсуждались в патриотической печати. И вообще, в сказанном выше нет ничего нового: все это не раз звучало в выступлениях политиков и общественных деятелей, религиозных иерархов и мастеров культуры. Достаточно назвать такие громкие имена, как митрополит Иоанн, академик Шафаревич, писатели Юрий Бондарев, Валентин Распутин, Василий Белов и многие другие... [c.203]

Пора, пока не поздно, приступить к реальному воплощению в жизнь этих идей. Однако политика нынешних властителей России последовательно и сознательно направлена на разрушение традиций. Оно и не мудрено. Проводя антинародную политику, режим не может не быть враждебным к укорененным в народе идеалам. Более того, эта враждебность неизбежно переносится и на социальные институты, воспроизводящие традиционные российские ценности. Вот почему Кремль спокойно взирает на то, как разрушается школа, гибнет армия, а молодежь развращается культом легкой наживы, жестокости и насилия, порнографии и вседозволенности...

Между тем вся история русской геополитики показывает, что наша страна всегда стремилась устанавливать и осуществлять контроль над той или иной территорией при помощи, в первую очередь, духовно-нравственных средств. Русская школа геополитической мысли отличается от англо-американской и немецкой прежде всего тем, что именно этот фактор контроля над пространством русские мыслители ставили во главу угла.

Не параллели и меридианы, не очертания береговой линии, не удобства ведения войны, а цивилизационная близость и духовное родство народов всегда являлись приоритетами в русских геополитических проектах. История учит нас, что самой прочной формой контроля территории является контроль духовно-нравственный и идеологический. Но для того, чтобы он стал возможен, необходимо духовное пробуждение народа, возрождение традиций и традиционных институтов в российском обществе. Именно в этом залог успешных ответов на все вызовы современной эпохи. Иначе мы рискуем навсегда утратить историческую инициативу, окончательно скатившись в разряд “младших партнеров” богатого и сильного Запада или – с течением времени – богатого и сильного Востока. [c.204]



< Назад   Вперед >

Содержание