<< Пред. стр. 817 (из 1179) След. >>
и память его по отношению к настоящему и недавнему прошлому крайне
слаба, между тем как она еще достаточно сохранена для отдаленного
прошлого. В этот же период болезни резко выступают двигательные
расстройства, наиболее постоянно со стороны речи. Последняя становится
дрожащей и неясной, с оттенком заикания и спотыкания на слогах; в письме
замечаются пропуски и перестановки букв и слогов, а также дрожащий,
неровный почерк. Походка становится неуклюжей, осанка теряет
эластичность, в пальцах рук и в языке замечается дрожание, мимика лица
лишается выразительности; кроме того, врачебное исследование открывает
целый ряд уклонений от нормы со стороны специальных функций нервной
системы. По временам больной впадает в состояние сильного психического
возбуждения с характером неистовства, с разрушительными наклонностями и
глубоким омрачением сознания. По временам он подвергается мозговым
припадкам, похожим на апоплектический удар или падучую болезнь,
сопровождающимся полной потерей сознания. Вслед за такими приступами
упадок умственных способностей и расстройство двигательной сферы
обыкновенно обнаруживают резкое, иногда временное, ухудшение. В иных
случаях вторая стадия П. паралича протекает без психического возбуждения
и без бреда величия, и обнаруживаются явления противоположного характера
- угнетение, малоподвижность, задержка психических актов, а также бред
ипохондрического содержания и идеи самоуничижения: у больного нет
желудка, нет языка, он умер, он весь сгнил, он лошадь, мышь, кукла и т.
п. Весьма нередко случается, что бредовая стадия П. паралича совсем
отсутствует, а также за все время болезни не замечается ни возбуждения,
ни угнетения. В таких случаях происходит лишь постепенное падение
умственных способностей, сопровождаемое теми же двигательными
расстройствами. Этот вид течения П. паралича ничуть не составляет
исключения, и, по-видимому, в последнее время даже преобладает по
частоте над вышеописанным, так наз. классическим видом, характеризуемым
нелепыми идеями величия. Название "паралитическое слабоумие" и присвоено
преимущественно той форме, которая протекает с простым, постепенно
возрастающим упадком умственных способностей; но в тоже время эта форма,
по существу, не отличается от "П. паралича", насколько она зависит от
тех же изменений мозга, и, кроме того, в обоих случаях третья,
последняя, стадия болезни одинакова. Третья, так наз. паралитическая
стадия характеризуется высокой степенью двигательных расстройств,
вследствие чего больной доводится до состояния глубокой инвалидности и
беспомощности. Ноги его не держат, так что он большей частью лежит; в
руках сильное трясение; питание кожи нарушается, и на ней появляются
изъязвления вследствие пролежней; речь становится все более невнятной,
превращаясь иногда в нечленораздельное лепетание; функции мочевого
пузыря и прямой кишки совершаются непроизвольно, и глотание затруднено.
За этот период и упадок интеллекта достигает крайних размеров, сознание
постепенно как бы пустеет, из него исчезают все представления, новые
впечатления не оставляют в нем никакого следа, и вместе с тем
устанавливается глубокое равнодушие. Если в предшествующую стадию
болезни имелся бред величия, то отдельные идеи иногда еще долго
удерживаются при окончательном распаде умственных способностей,
доходящем здесь до невероятной степени.
Продолжительность болезни, считая от самого начала, в среднем от 2 -
3 лет. Иногда, в особенности при хорошем уходе, больной проводит
несколько лет в паралитической стадии, при полной беспомощности и
постоянной неопрятности. В таких, долго тянущихся случаях, смерть
наступает, наконец, от общего истощения или от присоединения
какой-нибудь внутренней болезни. Многие паралитики умирают уже в начале
третьей стадии и даже во второй, от внезапного обострения мозгового
процесса, вслед за приступом удара или судорог. Другие переносят целые
десятки и даже сотни таких припадков и умирают потом от какого-нибудь
случайного осложнения. В первых двух стадиях болезни наблюдаются
временные остановки и улучшения. Однако, врачебное исследование
открывает и при видимой поправке некоторые остатки болезни со стороны
нервной системы и психической сферы, которые не позволяют принять ее за
выздоровление. Мы имеем в таких случаях дело с так наз. ремиссиями, т.
е. обратным развитием болезненного процесса до известного минимума и на
известный срок, нередко на несколько месяцев. Вслед за тем опять
наступает ухудшение, и болезнь идет своим чередом, при чем впоследствии
ремиссии еще могут повторяться, но они становятся все короче и слабее.
Чрезвычайно редко ремиссия переходит в действительное выздоровление и
вообще П. паралич - безусловно неизлечимая, смертельная болезнь. В
редких случаях П. паралич протекает в так наз. галопирующей форме, при
чем явления развиваются в быстрой последовательности и приводят к смерти
в несколько месяцев. Кроме того, бывают некоторые другие формы
"атипического" течения П. паралича, на описании которых мы здесь не
остановимся; всем им общий упадок умственных способностей в
сопровождении мозговых симптомов и смертельный исход.
П. паралич - одна из тех форм душевного расстройства, при которых
мозг представляет резкие патологические изменения. При вскрытии
паралитиков находят с постоянством хронический воспалительный процесс на
поверхности мозговых полушарий и в мозговых оболочках. Процесс этот
ведет к разрушению важнейших элементов мозгового вещества - нервных
клеток, расположенных в мозговой коре, и нервных волокон, связывающих
эти клетки друг с другом. Кроме того, находят болезненные изменения и в
других отделах головного мозга, а также в продолговатом и спинном мозгу,
но несомненно, что существенное значение имеет разлитое заболевание коры
мозговых полушарий. Система клеток и волокон, расположенных здесь, есть
носитель психических актов, и при постепенном разрушении и исчезании
этих элементов на большом протяжении психические акты становятся
невозможными.
Большинство заболеваний наблюдается между 35 - 40 годами, редко
раньше 30 и позже 55. Случаи юношеского П. паралича в возрасте 15 - 20
лет очень редки. У мужчин эта болезнь встречается чаще, чем у женщин,
приблизительно в 4 раза. В последние десятилетия замечено постепенное
возрастание заболеваемости П. параличем, по крайней мере, в больших
городах Зап. Европы. В некоторых из них в течение последних 20 лет
процентное отношение паралитиков к общему числу помешанных, пользуемых в
заведениях, возросло на 4 - 5, местами даже на 8%. Точно также
,повидимому, происходит постепенное увеличение случаев П. паралича у
женщин. В России за пятилетие 1890 - 94 г. общее число поступающих
душевнобольных в целом ряду русских больниц равнялось 18481 мжч. и 9666
жнщ.; из них было паралитиков-мужчин 2449, т. е. около 13%, и
паралитиков-женщин 454, т. е. около 4,6%. Впрочем, множество паралитиков
вовсе не попадает в заведения для умалишенных, и поэтому точное решение
вопроса о возрастании частоты этого страдания встречает большие
затруднения. Что касается причин П. паралича, то относительно него
моменты, играющие существенную роль среди причин душевных болезней
вообще , как то: вырождение, наследственность, прирожденная
психопатическая конституция, алкоголизм, стоят далеко не на первом
плане. Напротив, опыт учит, что П. паралич часто поражает субъектов,
совершенно, повидимому, не предрасположенных к нервным заболеваниям. В
громаднейшем большинстве случаев лица, заболевающие прогрессивным
параличем, раньше страдали сифилисом; по крайней мере в 80-85% это можно
доказать с положительностью. Хотя патолого-анатомический процесс,
лежащий в основе этой болезни, не имеет ничего общего с сифилисом мозга,
и хотя противосифилитическое лечение не приносит пользы при ней, но в
виду столь частого совпадения П. паралича с сифилитической заразой,
приходится смотреть на последнюю, как на необходимое условие для
развития этого мозгового страдания: среди случаев юношеского П. паралича
имеется громадное число случаев наследственного сифилиса. Из других
причин первенствующее значение имеют условия жизни, сводящиеся, по
существу, на переутомление мозга, постоянные волнения и недостаточный
отдых. Чрезмерная распространенность П. паралича и грозное возрастание
его за последние десятилетия в больших городах, по-видимому, и стоит в
связи с быстрым развитием указанных условий жизни, благоприятствующих в
то же время распространению сифилиса, а также алкоголизму и
неправильностям половой жизни. Однако, при отсутствии сифилитической
инфекции все эти жизненные условия, играющие также громадную роль среди
причин нервных и душевных болезней вообще, не приводят к П. параличу, и
отсюда ясно, какое громадное значение имеет для предупреждения П.
паралича оберегание молодежи от заражения сифилисом. Лечение П. паралича
до сих пор бессильно. В большинстве случаев нельзя обходиться без
помещения паралитиков в специальные заведения, по крайней мере в периоды
бреда и возбуждения.
П. Розенбах.
Проза. - Характеристика П., как особого склада мысли и речи, в
известных отношениях противоположного поэтическому, сделана в статье
поэзия. С этой точки зрения П. тождественна с наукой .Противоположение
научного закона и поэтического типа вполне исчерпывает отношения между
поэзией и П. Это противоположение яснее всего определено Вильг.
Гумбольдтом: "поэзия берет действительность в ее наглядном проявлении, в
том виде, в каком она доступна внутренним и внешним чувствам, не
заботясь о том, что собственно делает ее действительностью, и даже
намеренно отталкивая от себя этот вопрос. Переработав это наглядное
проявление действительности в образ, она воплощает в нем художественно
идеализованное целое. П., напротив, доискивается в действительности
именно того, чем она коренится в бытии, тех нитей, которыми она с ним
связана; связав, затем, отвлеченной формулой факт с фактом и понятие с
понятием, она представляет их объективную связь в форме идеи" ("О
различии организмов еtс".). Нельзя противополагать поэзию и П. ни с
точки зрения различия субъективности и объективности - разница здесь
только в степени, - ни с точки зрения их влияния на чувство-эстетический
и эмоциональный характер могут быть в высокой степени свойственны и П.,
- ни с точки зрения их материала - мир ирреальный в некоторых своих
построениях доступен именно только П., науке, а не поэзии: таковы
математические учения о многомерных пространствах, более далеких от
того, что мы называем действительностью, чем самые идеальные измышления
самого необузданного поэта-фантаста. В виду этого сходства поэзии и П. и
по целям (познание) и по материалу (мир реальный и идеальный),
невозможно определять П., как "те словесные произведения, в которых, по
требованию и для удовлетворения собственно мыслящей силы души,
воспроизводится в слове мир действительный или мир нашей мысли, с целью
исследовать истину в области того и другого мира". В этом определении,
выставленном старой эстетической теорией, нет ничего, что не было бы
свойственно и поэзии. Иное, внешнее понимание термина прозы - вместе с
иным пониманием слова поэзия - проводит между ними более определенное
различие: это - отождествление поэзии со стихами, которое собственно и
подало повод к выделению П. (prorsa, т. е. oratio proversa, речь
свободно стремящаяся вперед, в то время как стих должен всегда
возвращаться обратно, versus), как особого вида речи, а вместе с тем и
словесных произведений. С точки зрения науки, которая знает и
художественные романы и даже "стихотворения" в П., и дидактические (т.
е. прозаические) произведения в стихах, такое деление принято быть не
может, но в обыденной речи, за отсутствием других терминов, оно
держится. Необходимо, однако, указать, что и прозаическая речь не так
"свободна", как это может казаться с первого раза: ее структура
подчинена своим законам, более сложным и менее уловимым, чем законы
стихотворного ритма, но тем не менее несомненным. В ней нет рифмы и
однообразия стихов и стоп, но есть иные проявления внешней симметрии и
последовательности. На своеобразие прозаического ритма указывает с
особенной очевидностью не столько дурная, негармоническая П., сколько
попытки дать П. стихотворный ритм (так наз. "рубленная П."), действующая
самым антиэстетическим образом. Деление П. на роды и виды (повествование
- летопись, записки, биография, характеристика, некролог, история;
описание - ученое и художественное, путешествие; рассуждение -
аналитическое и синтетическое, критика; речь ораторская - политическая,
судебная, академическая, духовная, спич), которым в современных
учебниках исчерпывается вся теория П., не имеет ни научного значения, ни
дидактических достоинств; то, что в ней есть научного, заимствовано из
логики, остальное - мертвое наследие старинной риторики.
Ар. Г.
Прозектор (в буквальном смысле производящий вскрытие или упражняющий
учащихся в производстве их) - ученая должность, соответствующая
ассистентству, при кафедрах, связанных с изучением анатомии, хирургии,
гистологии, зоологии и др. При больших больницах полагаются по штату П.
для вскрытия трупов, с целью проверки прижизненного диагноза, и для
производства гистологических исследований.
Прозелиты. - Слово прозелит (еврейск. гейр и гейрим, от гур
пребывать, странствовать, приютиться, обитать где-либо) означает
чужеземца, иностранца, странника, пришельца, поселенца (Быт. XXIII, 4;
Исх. II, 22; XXII, 21 Числ. IX, 14; XV, 29 - 30; XXXV, 15; 1 Пар. XXIX,
15; Псал. XXXVIII, 13; Иep. XXII, 3; Зах. VII, 10) У семидесяти
толковников слово это переводится различно, в особенности же словом
proshlutV и другими подобными (paroicoV;prepidhmoV,xenoV, geiwraV,
ioudaizonteV)ProshlutoV; (от prosercomai - прихожу) - собственно
пришелец, потом всякий переходящий из одной земли в другую, от одной
общины к другой, особенно из одной веры в другую, новообращенный в
какую-либо веру. Так, в особенности назывались новообращенные в веру
иудейскую из язычников (Матф. XXIII, 15; Деян. II, 10, VI, 5; ХIII, 43 и
др.). Пришельцы и иноземцы жили среди иудеев или израильтян со времени
самого исшествия их из Египта (Исх. XII, 38; Лев. XXIV, 10 - 16; Числ.
XI, 4; 1. Нав. VI, 24; VIII, 35). В последующее время, при возрастающем
благосостоянии Израиля, число их увеличивалось (2 Пар. II, 17).
Некоторые яз П. принимали обрезание и потому могли участвовать в
жертвоприношениях и праздновании Пасхи, со временем они вступали
совершенно в общество израильское (исх. XII, 44, 48; Числ. XV, 14 - 16).
П., всецело принявшие веру иудейскую, назывались П. правды, П. сынами
завета, совершенными израильтянами. Другие пришельцы пользовались
покровительством законов, служили в войске, при дворе, в числе
телохранителей царских (ср. 2 Цар. XI, 6; XV, 18; XXIV, 16; 1 Цар. XI,
39, 46 и пр.), но, по-видимому, не принимали всецело закона Моисеева
(Числ. X, 29, Суд. 1, 16; IV, 11; 1 Цар. XV, 6; Иерем. гл. ХХХV). По
преданиям иудейским ,этим П. вменялось в обязанность соблюдать так
назыв. Ноевы законы. Они не принимали обрезания, но вместе с иудеями
посещали храм иepycaлимский, приносили жертвы через священников и
пользовались некоторыми правами; такие П. назывались П. врат. Название
это, может быть, заимствовано из выражения: "пришлец, который в жилищах
твоих", по еврейски - "во вратах твоих" (Исх. XX, 10; Второз. XIV, 21;
XXIV, 14), а может быть, произошло от того, что эти П. могли доходить
только до врат притвора храма. Прозелитизм усилился, когда между иудеями
стало ослабевать соблюдение отечественных законов и распространились
нравы языческие, как это было по смерти Симона Праведного (ум. 1981г. до
Р. Хр.), при первосвященнике Иасоне, когда много являлось отступников от
веры (1 Маккав. 1, 11; 2 Мак. IV, 7 - 20). Такое отступничество должно
было возбудить усиленную ревность в истинных поклонниках Иеговы. Со
времен Маккавеев особенно сильно стала расти ревность к обращению
язычников в иудейскую веру, и число П. стало умножаться. Так ,Иоанн
Гиркан принудил идумеев принять обрезание, Аристовул - итуреев; так же
действовал Александр Ианней. К этому же времени относится и ревность
фарисеев к обращению язычников, но она большею частью происходила не из
чистых религиозных побуждений и делала обращенных лицемерами. И. Христос
называет их сынами геенны, худшими самих фарисеев, обративших их (Матф.
XXIII, 15); по свидетельству Иустина Мученика, они были самыми жестокими
врагами и преследователями христиан. Примером может служить Ирод
Идумеянин, с его семейством. Были, однако, среди иудеев и такие, которые
имели благотворное влияние на язычников. В Св. Писании они называются
людьми богобоязненными, набожными, благочестивыми. Ко времени пришествия
Христа Спасителя, многие благомыслящие язычники, не находя
удовлетворения ни в религиозных обрядах, ни в языческой философии,
страстно жаждали божественной истины, сокрытой в Ветхом Завете,
хранителями которой были Иудеи. Общение с иудеями, особенно
благочестивыми, знакомство через них со священными книгами, с
пророчествами о Мессии - все это имело благодетельные последствия для
язычников, и, тем более, что тогда далеко уже распространилось ожидание
Искупителя (ср. Матф. II, 1 сл.; Иоан. ХII, 20 - 21; Деян. VIII, 27 -
28; XV, 21). В великие праздники такие язычники приходили в Иерусалим на
поклонение; внешний двор храма для них был открыт (ср. Деян. XXI, 28);
они посещали и синагоги (Деян. XIII, 42 - 44). Сотник, построивший
иудеям синагогу, вероятно, был из подобных чтущих Бога язычников (Лук.
VII, 2 - 10). Христианская вера усваивалась ими особенно легко (Деян.
II. 712; VIII, 27, сл.; X, 1, сл.; XI, 19 - 21; ХIII, 42-44; XVII, 4,
12, 17; XVIII, 4, 7 и др.). См. прот. П. Содирский, "Опыт библейского
словаря собственных имен" (т. III, СПб., 1883).
Проказа (Lepra) Elephantiasis Grаecorum; много синонимов -
spedalskhed, leprosy, крымка, крымская бол. и др.). - Хроническая
болезнь, обусловленная, по мнению почти всех специалистов,
специфическими бактериями и выражающаяся в развитии характерных
новообразований (лепром) в кожи, слизист. оболочках. нервной системы и
внутр. органах. Большинство ученых признает только 2 формы П.:
туберкулезную (узловатую) и анэстетическую. Та и другая форма начинаются
неясно выраженными предвестниками: часто задолго до появления первых
признаков больные жалуются на общее недомогание, лихорадки, ревматич.
боли, нередко головокружения, головные боли, невралгические боли лица и
конечностей и различные явления со стороны кожи. Некоторые врачи
утверждают, что наиболее характерные предвестники - сухость носа,
носовые кровотечения, расстройства потения (усиление или прекращение) и
повышенная чувствительность кожи. При узловатой форме - на коже,
обыкновенно всего раньше в области бровей и на тыльной поверхности рук,
показываются ограниченные светло- или темно-красные пятна, то
исчезающие, то возвращающиеся вновь, но затем увеличивающиеся и
постепенно принимающие коричневое и даже аспидно-серое окрашивание. Все
эти места чувствительны к давлению, утолщены и мало-помалу превращаются
в болезненные круглые узлы, с плотной эластической консистенцией,
величиной иногда до волошского ореха, все более и более возвышающиеся и
даже вырастающие в полипообразные, сидящие на стебельках наросты; иногда
же они прощупываются в толще кожи в виде круглых шишек. На месте
появляются лепромы, волосы всегда выпадают. Узлы и разлитые инфильтраты
придают лицу одутловатый и бугристый вид; складки и борозды кожи
обозначаются более резко. Толстые складки на лбу и в нависших бровях,
утолщенный, бугристый, расширенный нос, утолщенные губы, широкий, почти
квадратный, бугристый подбородок, набухшие и нависшие щеки, - все это
придает больным характерное выражение лица, так назыв. "львиный лик"
(leontiasis, facies leontina, satyriasis). На туловище меньше узлов и
узловатых бляшек, чем на конечностях, которые, вследствие значительной
инфильтрации и утолщения кожи, резко увеличиваются в объеме, что делает
ручную работу болезненной и подчас невозможной. Точно также часто
поражаются слизистые оболочки полости рта, носа и глаз. Вследствие
поражения гортани голос делается хриплым, постепенно слабеет, и,
наконец, может совершенно пропасть; дыхание затрудняется и делается
свистящим. Узлы часто изъязвляются, причем образуются довольно глубокие
<< Пред. стр. 817 (из 1179) След. >>