<< Пред. стр. 912 (из 1179) След. >>
"Пускай Гораций называет С. стихотворением, неизвестным Греции, а
Квинтилиан говорит: Satira tota nostra est
- их патриотическое или поэтическое увлечете может присвоить себе
только название рода, а не самый род. С. встречается во всех известных
литературах, или как особенное стихотворение, или как элемент, входящий
в эпопею, оду, песню. Между произведениями санскритской литературы есть
поэмы исключительно сатирические; значительная часть древнейшего
литературного памятника в Китае, "Книги стихов", состоит из С. У греков
С. явилась вместе с появлением поэзии". С такой точки зрения истории С.
захватывает очень широкую область, представляя собой уж не судьбу
определенной литературной формы, но историю обличительных настроений во
всеобщей литературе. Родиной сатиры в европейской литературе считается
Рим. В Греции были сатирические комедии и язвительные ямбы; парабаза
была остатком сатирических вставок, которыми подчас прерывались слова
хора в греческой комедии но С., как обособленной литературной формы, мы
здесь не находим. Определенную форму придал ей впервые Энний, которого
считают ее творцом. Но он воспользовался уже готовым видом народного
творчества: уличные шуты забавляли толпу насмешливыми стихотворениями в
определенной форме; наряду с сатурническим стихом здесь употреблялись и
греческие размеры; получалась смесь - satura laux, блюдо мешанины, -
откуда, быть может не без влияния наименования сатиров, насмешливых
полубожеств, получила название новая литературная форма. Под пером Гая
Луцилия, одного из наиболее видных создателей этой формы, - Горация,
уступающего ему по силе обличения, но превосходящего его в отделке
формы, - ученика его Персия, не столько сатирика-обличителя, сколько
философа, и, наконец, великого Ювенала, римская С. становится
непреходящим образцом для всей последующей европейской литературы. Не
находя выражения в определенной форме сатиры, сатирическое направление,
можно сказать, проникает всю литературу средних веков, особенно конца
их. Уже в французских баснях, фаблио, сирвентах сатирический элемент
занимает заметное положение. "С. есть душа "романа о лисе". В области
"городской лирики", носящей сильный отпечаток С., "иногда личной, на
подобие древнегреческих ямбов, иногда общественной и политической, по
образцу комедий Аристофана, иногда чисто моральной, подобно Горацию и
Ювелану", должно отметить "Иерусалимский плач" (1214 г.) - "сплошной
крик негодования против богатства духовенства и развращенности Рима"
(Лансон). Наконец, ряд поэтов XIII в., в борьбе с настроением общества,
государства и церкви, избирает сатирические темы исключительным
предметом своих произведений. Таковы Гюйо де Прованс, Гюг де Берз, Пьер
Кардиналь и особенно Рютбеф, "Роман Розы", произведения Раблэ,
неисчерпаемый поток народного творчества, от насмешливых ярмарочных
фарсов до популярных обличительных песенок - все это полно никого не
щадящей галльской веселости, во всем умеющей подметить слабую сторону.
Но настоящее воспроизведете римской С. мы встречаем в XVI в. Жак Петелье
напомнил об этой форме в своем "Art poetigue" (1555). Ронсар, в
"Discoars sur les imseres da temps", и Дюбеллэ, в "Poete courtisan",
дали образцы С., еще не упоминая об этом названии. В 1560 г. Пьер Вире
издал обличительные "Satyres chrestiennes de la cuisine papale", а дю
Вердье - "Les ornonymes, satire contres les moeurs corrompues de ce
siecle" (1572). К тому же времени относится так называемая "Мениппова
сатира". "Satires franсaises" (1605), Воклэна де ла Френе, стоят ближе к
посланиям; поэтому, быть может, о них и не упоминает Буало,
провозглашающий родоначальником французской С. Матюрэна Ренье -
преувеличение, оправдываемое лишь до некоторой степени его эпическими,
реальными созданиями, "Facbeux", "Repas ridicule" и "Macette"). Скорее
это название подходило бы к самому Буало, если бы его С., легкая,
скептическая, галантная, по существу относящаяся к области критики, а не
поэзии, и напоминающая С. лишь по форме, не была так бесконечно далека
от истинного пафоса негодования - жизненного нерва С. Приближение этого
пафоса слышно в XVIII в., в "Pauvre diable" Вольтера, "Le dix-huitieme
siecle" Жильбера, "Lе docteur Pancrace" Ж. M. Шенье. В XIX в., в "Ямбах"
и "Сатирах" Барбье, в "Немезиде" Бартелеми, в "Chutiments" Гюго
французская литература дает ряд превосходных образцов настоящей сатиры,
бурной, искренней, негодующей. Теперь редко кто назовет свое лирическое
произведение С. и никто не погонится за верностью сатирической формы. В
Германии уже дидактика шпильманов носила сатирический отпечаток; в
поучительных произведениях Фройданка и Томазина де Цирклария (XIII в.),
С. начинает выделяться из проповеди. Из Австрии в XII веке вышел сильный
сатирик Генрих фон Мельк; его направление господствовало в духовной
литературе следующего века. Австриец был и Штрикер, который, кроме
своего продувного "Попа Амиса", создал ряд язвительных изображений
придворного быта. В конце ХIII в. дворянская и придворная жизнь находить
изображение в пятнадцати С. которые ошибочно приписывались некоему
Зейфриду Гельблингу. Крестьянская жизнь обличается в "Meier Heimbrecht"
Вернера Садовника, городская - в "Wiener Meerfahrt". В XIV в. С.
занимается Гуго Тримберг; в XV появляется знаменитый "Narrenschiff"
Себастьяна Бранта, от которого прежде вели историю немецкой С.
Реформационная литература проникнута духом С., которая является
излюбленным оружием обеих сторон. В ответ на "Похвалу глупости" и
"Письма темных людей" появляются "Сетования темных людей" и другие
произведения противников реформации, среди которых особенно выдается
Мурнер. Самым выдающимся сатириком протестантства был Фишарт (1550 -
1589), "если можно назвать С. бесформенную тяжеловесную массу комических
намеков, экскурсов, игры слов, прозвищ, созвучий и т. п." (Шерер). После
Опица вновь наступает расцвет С., ознаменованный деятельностью
Лауремберга, Рахеля, Грифиуса, Мошероша, Каница, Гунольда и др. В
дальнейшем движении С., отказавшись от стихотворной формы, принимает
более серьезный тон в произведениях Лискова и Рабенера. Гагедорн
подражал Горацию, Рост писал личные С. против Готтшеда. Более поэтичны
сатирические произведения Лихтенберга, Штольберга, Виланда, А. Шлегеля,
Уланда ("Fruhlingsiled des Recensenten"), Гофмана фон Фаллерслебена.
Есть С. и у Гете - "Gotter, Helden und Wieland", "Musen und Grazien in
der Mark". С некоторыми оговорками можно считать сатирами "Atta Troll" и
"Wintermarchen" Гейне. В Англии С. писали Голль, Рочестер, Драйден,
великий Свифт, Поп, Байрон; в Италии - Apиoсто, Садьватор Роза,
Аламанни, Бентиволио, Альфиери; в Испании - Арженсола, Нагарро, Ларра. В
русской литературе С., как особая форма, процветала лишь в XVIII в.,
когда у нас так часто, в погоне за воспроизведшем содержания,
ограничивались подражанием форме. Но русская действительность всегда
давала слишком богатый материал для сатирического воспроизведения,
русские писатели были слишком полны общественными и моральными
интересами, чтобы дух С. не был характерной чертой русской литературы.
Уже в эпоху брожения, предшествовавшего Петровской реформе, русская
повесть, под влиянием едкой С. польских рассказов, западных насмешливых
фацеций и фаблио, "переходит от беспочвенного или идеального эпического
рассказа к изображенью и осмеянию отживающих и тормозящих прогресс
порядков" (Степович, "О древнерусской беллетристике"). "Притча о
бражнике", переработанная из западных подлинников, попала вместе с
апокрифами в число запрещенных церковью книг. Особенно были
распространены С. на суд, и впоследствии составлявший язву русского
строя и излюбленный предмет русской С.; таковы "Шемякин суд" и "Ерш
Ершович, сын Щетинников". С. XVIII в. приходится уже вести борьбу на два
фронта
- и в этом смысле весьма характерно ее начало: первая С. Кантемира
уже намечает те противоположные течения общественной жизни, которые
будут покрыты градом насмешек в С. этого века. Смеяться приходится уже
не только над фигурами и порядками отживающими, но и над незаконными
плодами новых веяний, над Медорами и Иванушками, фанатиками западной
культурности, сумевшими понять и усвоить лишь показную ее сторону.
Будучи, так сказать, программой сатирического направления в русской
литературе, С. Кантемира является первым по времени и чуть не
единственным образцом этой литературной формы. Не раз называли С. свои
произведения писатели XVIII и XIX вв. ("С. на развращенные нравы
нынешнего века" Николева, "С. первая и последняя" Капниста, "Чужой толк"
Дмитриева, "К перу моему" Вяземского), но истинную глубину сатирического
изображения русской жизни мы находим не в этих произведениях, а в
комедии Грибоедова, в "Думе" Лермонтова, в романе (поэме) Гоголя, в
разнообразных произведениях Салтыкова-Щедрина. И даже в лирике, встречая
подчас истинную С., со всей свойственной ей силой бичующего негодования
("Размышление у парадного подъезда", "Убогая и нарядная" Некрасова,
"Последнее новоселье" и отчасти "На смерть Пушкина" Лермонтова), мы не
найдем ни чистой формы, ни названия С.: уже у Державина смешивались в
одном стихотворении две столь диаметрально противоположные формы, как
ода и С. Вымирание чистых и обособленных лирических форм, продолжающих
свое существование только в учебниках поэтики, особенно ясно выражено в
судьбах С. История сатирического элемента в разнообразных произведениях
русской литературы составила бы, в сущности, наиболее яркую и
характерную сторону русской общественности, и именно потому не могла
быть до сих пор представлена в достаточной полноте. Отдельные замечания
по теории С. развеяны в статьях о выдающихся сатириках, особенно о
Кантемире (Жуковского - "Сочинения", т. 5, Галахова - "Отеч. Зап.", 1849
г., №11, Дудышкина - "Современник", 1848 г., № 11). Ср. также Белинский,
"Сочинения", т. VIII (о С. в русской литературе); Добролюбов, "Русская
С. в век Екатерины" ("Соч.", т. 1); Пятковский, "Очерки из истории
русской журналистики" (в книге "Из истории нашего лит. и обществ,
развитая", СПб., 1888); Афанасьев, "Русские сатирич. журналы" (М.,
1859); Нагуевский, "Римская С. и Ювенал" (Митава, 1879) и ряд др. работ,
посвященных Ювеналу; Bautain, "De la satire" (1816); Viollet-leDuc,
"Histoire de la satire en France" (в "Oeuvres" Матюр. Ренье, 1853); Ch.
Lenient, "La S. en France" (1859 - 1866, 2 отд.); Schade, "Satiren and
Pasquille aus der Reformationszeit" (Ганновер, 1863); Erich Schmidt,
"Der Kampf gegen die Mode in der deutsch. Litteratur des XVIII J." ("Im
neuen Reich", 1880,. №39); Schneegans, "Geschichte der grotesken S."
(Страсбург, 1894).
А. Горнфельд.
Сатиры (saturoi) - в греческой мифологии лесные и горные духи,
олицетворявшие элементарную грубую силу природы, что выражается в
звериных атрибутах их внешнего облика. По Гесиоду, они имеют общее
происхождение с горными нимфами и куретами и характеризуются поэтом как
ничтожная и ни в чему неспособная порода. Глупые, плутоватые, склонные к
проказам, падкие до вина и женщин, резвые и трусливые, они совмещают в
себе свойства стихийных демонических сил и козлиной натуры, на что
указывает самое имя (козел). Они отличаются сильно развитыми членами,
имеют тупой нос, остроконечные козлиные унии, всклокоченную и щетинистую
шерсть и сзади небольшой хвост. Они живут в лесах и горах, проводя время
в охоте, плясках и занятиях музыкой; порой они вспугивают и разгоняют
стада, или подкарауливают нимф, или участвуют в Дионисовых странствиях,
прыгают, пьют и совершают разные глупые выходки. Их пляска, называвшаяся
сикиннис, состояла из ритмического ряда прыжков, вследствие чего и сами
они назывались прыгунами. Музыка С. была сельская, пастушеская;
инструментами служили сиринга, флейта, цимбалы, кастаньеты и волынка. л
людям С. были часто враждебны, преследовали женщин, являлись в образе
домовых и т. п. В свите Диониса С. были непременными участниками оргии и
спутниками бога, а потому самыми живыми и типичными представителями
Дионисова культа. Вообще козел был животным, посвященным Дионису
(тотемом бога), вследствие чего хор исполнителей Дионисовых дифирамбов
состоял из С. В связи с этим некоторые (акад. Веселовский, "Три главы из
исторической поэтики", СПб., 1899) склонны видеть в С., выступавших на
Дионисовых празднествах в качестве исполнителей обрядового действа -
ряженых, костюм которых заимствован у тотема чествуемого бога. Напротив,
ВиламовицМеллендорф ("Heracles", I, 1889, стр. 81 слл.) признает С.
духами Пелопонесских гор и отрицает исконную связь их с так назыв.
сатирическими хорами, полагая, что первоначально аттическими спутниками
Диониса были конеобразные Силены (действительно на вазах VI и V в.
обыкновенным является тип С. с лошадиным хвостом), на которых в VI в.
были перенесены атрибуты пелопонесских С. Участвуя в хорах на Дионисовых
празднествах, С. положили начало развитию греческой трагедии и, в
частности, сатирической драмы. Древнее искусство изображало С. старыми,
бородатыми существами отвратительной наружности, с обликом диких обезьян
или леших. Со временем, однако, создался новый, художественный канон С.
: младшие аттические художники стали изображать их в виде нежных юношей,
занятых на доне природы различными забавами, собиранием винограда,
приготовление вина, музыкальными упражнениями или участвующих в оргиях
Диониса, в обществе Менад. Кроме С., в произведениях искусства
встречаются также жены и дети С. Старший из С. назывался Силеном.
Литература: Muller-Wieseler, "Denkmaler der alten Kunst" (II,
Геттинген, 1854
- 81); Jahn, "Berichte der Sach. Gesellsch. d. Wissensch." (1846);
его же, "Die Satyrn und das Satyrdrama" ("Philologus", XXVII, 1-27);
Heydemann, "Humoristische Vasenbilder aus Unteritalien" (Winkelman's
"Programm", Б., 1870); его же, "Satyr, und Bakchennamen" (т. же, Галле,
1880); Wieseler, "De Pane et Paniscis atque Satyris cornutis in operibus
artium Graecarum Romanarumque repraesentatus" (1875); Fortwangler, "Der
Satyr anf Pergamon" ("Winkelmannsprogramm", Берл., 1880);
Preller-Robert, "Griechische Mythologie" (I, Б., 1894).
Н. О.
Сатурн - (Saturnus) - исконный национальный древнеримский бог, культ
которого был одним из самых распространенных в Италии. Святилища С.
можно было встретить всюду; многие местечки и города полуо-ва, наз. по
имени бога; сама Италия, по преданию, именовалась в древности Сатурновой
землей (Saturnia). В самом Риме святилище С. основанное, по преданию,
Янусом (по др. Геркулесом), находилось у подошвы Kaпитoлийского холма и
считалось древнейшим остатком доисторической эпохи Лация. Как явствует
из этимологии слова (Saturnus от satus - посев), С. был богом земли и
посевов. Ему приписывалось введение в Италии земледелия, садоводства,
культуры винограда, удобрения земли, вследствие чего, как покровитель
земледелия и податель плодородия, он считался, по преданию,
доисторическим царем страны, переселившимся из Греции в Италию.
Рассказывали, что С., низвергнутый с трона Юпитером, после долгих
скитаний по морю прибыл в Лаций. В Риме существовало предание, что С. на
корабле доехал по Тибру до Яникула, здесь нашел у Януса дружественный
прием и затем основал себе убежище на другом берегу реки, у подошвы
Капитолия, который раньше назывался холмом С. Исконное население Лация
называлось Сатурновым; о поселянах, живших мирным трудом своих рук на
лоне природы, говорили впоследствии, как об остатке Сатурнова поколения.
Оттого же древнейший безыскусственный национальный размер, которым были
сложены изречения Фавна и произведения древнейших поэтов, назывался
Сатурновым (Сатурническим) или Фавновым. С именем С. было связано
представление о золотом веке, когда народ жил в изобилии и вечном мире,
не знал рабства, сословных неравенств и собственности. Когда С., подобно
другим добрым царям и благодетелям человечества в римской мифологии,
исчез, с ним исчез и чудный век, оставивший по себе лишь воспоминание.
Учредителем культа С. считается Тулл Гостилий; постройка храма на месте
древнего святилища относится к первым временам республики. Под храмом,
который был воздвигнуть совместно в честь Сатурна и его супруги, богини
Опс, находилось римское казначейство (aerarium Saturni), состоявшее как
бы под охраною бога, при котором человечество знало изобилие и счастье.
Изображение С. в течете целого года, за исключением декабрьских
празднеств, у подножия было увито шерстяными лентами и как бы заковано,
чтобы исходящая от бога благодать вечно была связана с городом и
народом. Обряд богослужения в честь С. совершался по древнеримскому
чипу, хотя при священнодействии жрец и молящиеся стояли с открытой
головой (это называлось lucem facere), вероятно - вследствие влияния
греческой обрядности и, в частности, по указанию Сивиллиных книг.
Праздник С. назывался Сатурналии.
Н. О.
Сатурн - планета видимая, невооруженным глазом как звезда первой
величины, тускло-желтого цвета и известная в глубочайшей древности. До
открытая Урана в 1781 т. С. считался самой удаленной планетой от солнца.
Среднее расстояние С. до солнца 1418 милл. км. (9,54 расстояний от земли
до солнца). Эксцентриситет орбиты равен 0,056 (самый значительный после
Меркурия и Марса). Расстояние С. до земли колеблется от 1180 милл. км.
(когда оппозиция приходится в декабре) до 1630 милл. км. (верхнее
соединение в мае). В зависимости от этого, диаметр видимого диска С.
меняется от 20 до 14 секунд. Сидерический оборот С. 29 лет 54 дня;
синодический 378 дней. Наклонность орбиты к эклиптике 21/2°. Диаметр С.
равен 9-ти диаметрам земли; поверхность в 82, объем в 760, масса в 95
раз больше земли (т. е. 1/3500 массы солнца). Плотность С. наименьшая
среди других планет, в 8 раз меньше плотности земли или только 5/7 воды.
Наклонность экватора С. к эклиптике достигает 28°. Из сопоставления
сжатия С. (1/9) со скоростью вращения следует, что плотность планеты
сильно возрастает к центру, и потому части, близкая к поверхности,
вероятно, не тверды и даже не жидки, а быть может представляют
пылеобразное строение, подобное кометам или кольцам С. Это
подтверждается и внешним видом С. Еще Кассини в 1675 г. заметил на С.
полосы, параллельные экватору; подобные полосы, иногда розоватого цвета
с мутно-зелеными промежутками, никогда не пропадали; пятна же замечались
весьма редко. Первое достоверное наблюдение яркого белого пятна
принадлежит Асафу Холлу. Из наблюдений своих (1876 г.) он вывел для
периода вращения планеты 10h14m5. В новейшее время Стоили Вильмас и
Бреннер утверждали, что видели много темных и светлых пятен. На рисунке
Бреннера резкость пятен несомненно утрирована. Чрезвычайно большое
альбедо (Аlbedo - отражательная способность) С. - 0,72 подтверждает, что
мы видим лишь облакообразные формации в его атмосфере. Спектр С. -
отраженный спектр солнца; только в красной и оранжевой частях его
заметны широкие полосы поглощения. Темнейшая часть их приходится на
длину волны в 618 mm. Существует некоторое указание, что С. еще не
вполне остыл даже с поверхности и испускает собственный свет и тепло. В
теории движения С. особенно известно так наз. "великое неравенство" С. и
Юпитера, зависящее от близкой соизмеримости их движений и объясненное
впервые Лапласом в 1785 г. Вследствие удаления своего от земли, С. почти
не имеет фаз. Солнце с С. видно под углом в 3ў (в 10 раз меньше чем с
земли). Свет и тепло солнца в 89 раз меньше, чем у нас. Для наших
оптических средств земля была бы не видна с С., так как постоянно скрыта
в лучах солнца. С. обозначается знаком, который объясняют или как символ
косы, или как сокращение первых двух букв слова KronoV. В астрологии С.
считался холодной и сухой планетой. Отняв (по мифу) производительную
силу у неба (OuranoV), он распределял ее на земле, считался гением
посевов. Халдеи называли С. старым, остывшим солнцем, у греков С. носил
название jainon "тускло светящий", затем Кронос; у древних евреев Ремфан
(Амос 5), у египтян - Harkahri, y халдеев - Mullalu. В алхимии С.
соответствовал свинцу и ониксу. - С. имеет 8 спутников: Мимас, Энцеляд,
Тефида, Диона, Рея, Титан, Гиперион, Япет (в марте этого года В.
Пикеринг объявил, что на нескольких фотографических пластинках, снятых в
августе 1898 г., найден им новый, 9-ый, чрезвычайно слабый спутник С., с
периодом обращения в 17 месяцев, но до сих пор (декабрь 1899 г.) этому
известию нет подтверждения).
Из них Титан по своей величине далеко превосходит все остальные.
<< Пред. стр. 912 (из 1179) След. >>