Здоровье по баснословной цене

Приведем два анекдота, которые говорят сами за себя. Первый анекдот рассказал журналист Жан-Поль Дюбуа (Le Nouvel Observateur ). Дело происходит в воскресенье в Dade Medical Center, Майами (штат Флорида). Один мужчина вот уже три дня серьезно болен. Он страдает, у него высокая температура. Поскольку воскресенье и все медицинские кабинеты закрыты, он отправляется в больницу на Лежен Бульвар. Оттуда его направляют в скорую помощь, где служащая регистратуры спрашивает его фамилию и требует с него... аванс в 200 долларов. «Это гарантийный залог, — говорит она ему, — если врач вас не госпитализирует, то вам придется заплатить только за консультацию, и вам вернут разницу». Он объясняет, что при нем нет такой суммы. Она отвечает, что сожалеет, надо обратиться в другое место. Второй анекдот. В маленьком городке восточного побережья служащий местного предприятия, страдающий зубной болью, спрашивает себя, стоит ли пойти к дантисту. Если он пойдет к врачу, то ему непременно нужно будет вырвать больной зуб. Но почему? Разве американские дантисты не могут применить менее радикальные меры лечения? Разумеется, могут, но наш больной не имеет личной страховки, и стоимость протеза слишком высока для его бюджета. У него нет другого выбора: или потерять зуб, или страдать. В обоих этих примерах нет ничего необычного. Они являются иллю-страцией «дуализма» американского общества (см. гл. 2). Но они указывают также на отсутствие общей системы социальной защиты в США. Общественные расходы на здравоохранение в США пропорционально вдвое меньше, чем в крупных западных странах. За Атлантикой не существует обязательного страхования на случай болезни. Каждый американец должен застраховаться частным образом в зависимости от средств, которыми он располагает; насчитывается 35 миллионов жителей, не пользующихся никакой страховкой этого типа.
Пособия по безработице практически неизвестны, по крайней мере в национальном масштабе, в то время как средний срок предупреждения об увольнении на средних и мелких предприятиях — два дня. Что касается семейных пособий, то их не существует. Крупномасштабными социальными программами являются лишь те, что были внедрены администрациями Кеннеди и Джонсона в шестидесятые годы. Они в основном предназначены для оказания помощи пожилым людям (MEDICARE) и людям с доходами ниже порога бедности (MEDICAID). Но значительная часть населения не охвачена этими программами.
Следовательно, социальная система неоамериканской модели совершенно недостаточна и имеет большие лакуны. Кроме того, она страдает от двух хорошо известных недостатков.
1. Процедурная лихорадка, овладевшая американцами, коснулась медицины в полной мере (см. гл. 2). Пресса ежедневно указывает на колоссальные штрафы, взыскиваемые с врачей, анестезиологов или дантистов, против которых выступили пациенты, побуждаемые к этому адвокатами — «охотниками за вознаграждениями». В США стало обычным делом проконсультироваться у своего адвоката прежде, чем отправляться к врачу или в больницу. И наоборот, первое лицо, с которым мы встречаемся в медицинских учреждениях, — это адвокат врачей или больницы. Таким образом, любое лечение может обернуться юридической герильей, результаты которой отнюдь не радостны. Медики и клиники должны застраховаться от возможных процессов, затеваемых их клиентами, и тратят значительные средства на своих адвокатов. Разумеется, все эти расходы сказываются на тарифах за медицинское обслуживание, они становятся недоступными.
161
2. Можно было бы подумать, что эта частная система социальной защиты более экономична, чем соответствующие ей общественные европейские системы. Но это не так. Именно в США расходы на здравоохранение (11% валового внутреннего продукта) самые высокие в мире. Парадоксальное явление наблюдается в Великобритании — стране всеобщей и 63ак 904 бесплатной социальной защиты: ее расходы на здравоохранение самые низкие, т. е. составляют менее 7% валового внутреннего продукта

< Назад   Вперед >

Содержание